Метод Пигмалиона, стр. 52

учителей. Я ругался, сколько мог, но в итоге согласился. У

меня не было сил бороться со злыми тетками, которые

123

истерили на ровном месте и постоянно сплетничали за моей

спиной. К тому же нужно было позатыкать рты фактами, чтобы уже никто не говорил мне, что я неправильно веду

уроки. Неожиданно для учеников провели тест при участии

директора и завуча. Парты были расставлены стандартно, а

ученики предупреждены, что от этого зависит, будут ли уроки

вестись по старой схеме или по новой. Это их, конечно, взволновало. Они начали спорить, готовы были жаловаться

куда угодно, но по моей просьбе перестали волноваться и

согласились выполнить условия проверки.

– Ребята, – сказал я классу, подняв руку на уровне

груди ладонью к аудитории, – не нужно волноваться! Это

просто тест, который покажет, эффективна ли система

обучения, которой мы пользуемся. К тому же, разве вы не

справитесь? Разве мы не проходили подобные тесты?

Сейчас нам нужно просто показать свои знания, вот и все.

Вы справитесь! Эти тесты проще, чем те, что мы проходили

раньше, потому что я вел вас по углубленной программе.

Эти слова сняли возникшее напряжение. Ребята не

знали, что вел я их по стандартной программе и тесты были

такими же стандартными. Я просто хотел внушить им

уверенность. Зачастую этого достаточно, чтобы поверить в

себя и сделать больше, чем обычно. Как только все

подтвердили готовность пройти тест, я раздал задания.

Время стало тянуться медленно. Я откровенно нервничал и

кусал ногти на пальцах. Последний раз я так сильно

нервничал перед первым уроком и на защите диплома.

– Ну-ка, убери телефон! – произнесла ученица.

– Какой телефон? – ответил ученик.

Весь класс посмотрел на ученика.

– Ты справишься! Не надо телефон! – сказали

ученики. – Все! Тихо!

Завуч и директор удивленно переглянулись. Они не

понимали, что это было. Меня же ситуация умилила. На

124

глаза навернулись слезы. Я отвел взгляд и проморгался, чтобы никто ничего не заметил.

После теста я до самого вечера проверял ответы.

Конечно, я мог их взять на выходные домой, но понимал, что

все равно не смогу уснуть, если не буду знать, как все

прошло, и потому решил сразу проверить задания. Живот

крутило от голода, голова кружилась, даже хотелось спать, было очень тяжело концентрировать внимание на проверке

заданий, но я все равно продолжил проверять. В восьмом

часу все было закончено. Работы были сделаны на

«хорошо» и «отлично». Получилось только три работы на

тройку. Это меня обрадовало. Ребята знали материал на

хорошем уровне. Можно было жить спокойно. Я сообщил

ученикам через соцсеть, что все написано хорошо, что они

большие молодцы и можно не волноваться. Затем поел, кровь отлила к желудку, начало сильно клонить в сон, и я

упал в кровать, забыв обо всем.

После пробуждения мне казалось, что ночь прошла

без сновидений. Но через полчаса после подъема я

вспомнил, что мне снился достаточно яркий сон. Я стоял в

магазине, в очереди. Очередь была небольшая: за мной

стояла пара человек.

– Саш, привет! – произнесла девушка, похожая на ту, что мне повстречалась, когда я хотел снять проститутку. –

Купи мороженое. Я тебе отдам деньги. Угу?

– Привет. Ладно, – взволнованно произнес я.

Затем секунда перед продавщицей – и секунды две на

выходе из магазина. После сон оборвался. Я совсем ничего

не мог вспомнить из дальнейшего сюжета. Это натолкнуло

меня на различные воспоминания прошлого, которые на

практике не получалось припомнить. Я окидывал взглядом

свою жизнь, пытался почувствовать ее и не понимал, почему

все именно так повернулось, ради чего я живу, куда

двигаюсь, что в итоге хочу получить, а также кто я такой.

125

Налицо был экзистенциальный кризис. Голову посетила

мысль, которую мне