Метод Пигмалиона, стр. 1

Александр Косачев

МЕТОД ПИГМАЛИОНА

(психологическая драма)

Челябинск, 2018 г.

УДК 821.161.1-311.1

ББК 84(2=411.2)64-44

К71

Александр Викторович Косачев

К71 Метод Пигмалиона: психологическая драма. Челябинск, 2018. – 205 с.

ISBN 978-5-9500349-3-0

Аннотация:

То, что мы хотим дать своим детям, рассказывает о том, что

мы хотели бы иметь сами. Самое частое пожелание: я хочу, чтобы

мои дети были успешными и счастливыми. Мы все этого хотим и, как уже говорилось выше, не только для детей. Остается только

один вопрос: как? На него отвечает герой этого произведения, который, несмотря на тяжелую психическую болезнь, создает

метод, помогающий достичь заветного желания.

*Не рекомендуется читать беременным, а также людям с

психическими отклонениями.

Возрастной рейтинг: 18+

воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного

разрешения правообладателя.

ISBN 978-5-9500349-3-0 © Александр Косачев

УДК 821.161.1-311.1

ББК 84(2=411.2)64-44

ГЛАВА I

В практике глубинной психологии психотерапевт

иногда просит поделиться самым ранним воспоминанием из

тех, что способен припомнить пациент. Это нужно, чтобы

переключить человека от взаимодействия с внешним миром

на мир внутренний и настроить его на глубокую работу с

подсознанием. В практике запрос не обязательный, но

довольно действенный. Большинству людей крайне трудно

сказать, какое именно воспоминание было самым ранним, и

при этом не ошибиться, поскольку временные рамки в

детстве весьма спутаны и зачастую нет явных маяков для

привязки. При попытке установить самое раннее памятное

событие может возникнуть конфабуляция, при которой

пациент способен исказить воспоминания или вовсе

придумать какое-то новое, которого в принципе не могло

быть, буквально притягивая некоторые факты за уши. Даже

будучи полностью уверенным в точности своего

воспоминания, есть все шансы ошибиться, не подозревая об

этом.

В плане воспоминаний мой случай отличался от всех

остальных, и дело было даже не в конфабуляции. Мне так

говорили. Школьный психолог ничего необычного за мной не

замечал и утверждал, что все со мной в порядке и не стоит

беспокоиться, а то, что я то помню детство, то нет, называл

баловством и желанием привлечь к себе внимание, которого, по его мнению, мне не хватало. По большому счету, я не

придавал отсутствию воспоминаний о прошлом никакого

значения, поскольку думал, что у всех точно так же, и потому

это никоим образом меня не беспокоило. Да и как это может

мешать ребенку жить, если дети живут в настоящем? К тому

же всю мою жизнь всегда происходили какие-то

отвлекающие проблемы, события, и задумываться о

прошлом просто не было времени. Воспоминания, конечно, у

меня были, но всего лишь два за период до десяти лет.

Больше ничего я не мог вспомнить, как ни старался. В одном

все было мутно, я задыхался, махал руками, мне сдавливало

лицо. Второе было совсем другим. Я сидел в надувной лодке

и смотрел на девушку с белыми волосами. Мы плыли по

огромному болоту. Я сидел, сжавшись в углу, трясся то ли от

страха, то ли от холода, хотел даже сбежать, но не мог этого

сделать, поскольку кругом была грязная вода, полная

водорослей, тины и страшных коряг. Запах вспоминался

настолько отчетливо, что мне казалось, будто я его

чувствовал у себя на губах. Пространство болот было

бескрайним и смотрелось довольно иррационально. Я не

знал наверняка, было ли воспоминание настоящим или же

выдумкой моего подсознания, но это было у меня в голове и

мне казалось, что я там действительно был. Яркость

воспоминания была непередаваемой и захватывала своей

реалистичностью. Это даже заставляло меня иногда

просматривать фотографии болот в интернете и что-то там

искать. Может быть, я подсознательно пытался найти то

самое болото, но точно я этого не знал и особо об этом не

задумывался. Жил своей жизнью, постоянными какими-то

проблемами, и не успевал уделять внимание подобным

мелочам.

Еще одной странной вещью была моя глубокая

убежденность в своей важности и даже необходимости этому

миру. Я должен был сделать что-то большое. Что-то ценное.

Не представляю, откуда во мне это взялось, но, по

собственному убеждению, я определенно был