Метод Пигмалиона, стр. 35
вышел из падика. Меня задевал этот порочный круг насилия, который никак не хотел разрываться. Но, с другой стороны, я
боялся, что мое присутствие и знание того, что происходило
в падике, могло стать причиной привлечения меня к
уголовной ответственности. А мне не хотелось разделять
ответственность за чужую жестокость. Так в мою голову
пришла мысль избавиться от последствий.
– Данил, – сказал я, вернувшись, – мне нужно кое-что
тебе показать.
– Показывай, – произнес он и рассмеялся.
– Наедине.
– У меня нет секретов, – ответил он, оглянувшись.
Данил был зол на меня. Это чувствовалось.
– Мне нужно знать твое мнение, – ответил я, сыграв
на самолюбии.
– Ну, ладно. Черт с тобой, – ответил он и проследовал
за мной на улицу.
83
Вечерело. Ночь готовилась заявить о своих правах, побеждая день. Людей вокруг стало меньше. Мы стояли у
падика и говорили. Сначала я задал Данилу пару вопросов, подготавливая почву, а затем рассказал все, что было со
мной в доме тренера, исключая рассказ о том, что его
вынудило быть таким. Он молча выслушал меня и дернулся, лишь когда я сказал, что у тренера был какой-то мальчик лет
десяти. Я ему объяснил, что точно не могу знать о том, кто
этот мальчик и что там было, но, учитывая, что случилось со
мной ранее, представить нетрудно.
– Ты можешь это подтвердить? Видео сохранилось? –
спросил Данил, замешкавшись. Ему не хотелось верить в то, что уважаемый в городе человек… не такой.
– Есть, но я не смотрел его и точно не знаю, что есть
на записи.
– Включай.
– Ну, вы что тут? – спросил Артем, выходя из падика.
– Ничего-ничего, скоро придем, – сказал Данил, отмахнувшись. Я увидел, что он заинтересован
происходящим и уже не играл на толпу.
– Ладно, – ответил Артем.
Данил включил видео. Кусок записи был коротким, но
он полностью захватывал события у зеркала и немного еще.
Все стопорилось на моей попытке уйти. Трактовать
неоднозначно было крайне сложно: на видео отчетливо было
видно, что он красовался голый перед зеркалом и пытался
пристроиться ко мне сзади. Данил схватился за голову, не
зная, что сказать. У меня тоже не было подходящих мыслей.
– Об этом еще кто-нибудь знает? – спросил он, придя
в себя.
– Я больше никому не рассказывал и тем более не
показывал видео.
84
– Нужно, блин, не знаю… нужно… Думаю, нужно
наведаться к нему и застать врасплох. Нужно проследить.
Поймать с поличным. Можно сейчас дойти до него.
– Там парень внизу, – сказал я, – нужно сначала его
отпустить. Он уже свое получил. Я поэтому и хотел его
отпустить. Не до него сейчас, сам понимаешь.
– Точно. Да. Пойдем.
Мы зашли в падик, сняли парня с груши и вывели за
собой. От всех отмахнулись: мол, у нас неотложные дела, и
он нам нужен как приманка. За домом, недалеко от кустов, он
попытался сбежать, но Данил сразу же догнал его и сбил с
ног. Парень пробовал позвать на помощь, но и тут у него
ничего не вышло. Из его носа текла кровь, марая и без того
грязный снег.
– Да в жопу его! – сказал Данил. – Не до этого. Ссы на
него, и пошли отсюда.
– Я? Да не, я не хочу, – растерянно ответил я.
– Саня, твою мать, он тебя обоссал! Это честно. Он –
тебя, ты – его. Давай! Зуб за зуб. Это нужно сделать. По
законам Хаммурапи!
– Эмм… ладно.
Я послушался Данила. Отмщение пришло: парень
был окроплен моей уриной. Внутри меня больше не было
груза, который я носил до этого дня, но было какое-то
зудящее чувство превосходства, которое было мне
незнакомо и которое немного пугало. Оно мне нравилось. Но
долго об этом думать я не мог. Нам нужно было идти.
– Вы что творите?! – закричала незнакомая женщина
в паре десятков метров от нас.
– Все! Бежим, быстро! – сказал Данил и потянул меня
за рукав в другую сторону. Я побежал за ним.
Мы добрались до дома, в котором жил мой бывший
тренер, и начали ждать, постоянно оглядываясь. Какое-то
время молчали, но потом Данил спросил:
85
– А чего ты разделся-то?
– Побоялся.
– Ты по девочкам, по мальчикам? – спросил он с
подозрением. От вопроса усилилось сердцебиение.
– Д-девочкам, – ответил я, запнувшись.
– Кто нравится?
– Кристина. Она как-то была с вами, – сказал я, чтобы
не вызвать сомнений. Да она и правда мне нравилась как
девушка. Я часто на нее мастурбировал. Не было в комнате
ни одного угла, в который бы я не кончил, думая о ней.
– Эта шлю… ой, баба?! – удивился