Извечные загадки науки, стр. 14

при к-рых рассматриваемое уравнение справедливо: (32+42=52) или: (9 + 16 = 25);

Продлим этот ряд дальше, каждый раз удваивая

значения х, у и z:

(62 + 82 = 102 ), или: (36 + 64 = 100); (122 + 162 = 202), или: (144 + 256 = 400); (242 + 322 = 402), или: (576 + 1024 = 1600) и т.д.

Другими словами, в случае n=2 просматривается

совершенно четкая закономерность, в рамках кото-

рой данный ряд уравнений может быть продлен до

бесконечности. Главным условием для этого являет-

ся то, чтобы сумма х, у и z была всегда кратной 12, что достигается путем последовательного удвоения

предыдущих показателей х, у, z.

Вот в этой закономерности, собственно, и содер-

жится, по моему разумению, решение предложенной

Ферма головоломки.

Но продолжим. Итак, после того как обнаружи-

лась закономерность в повторении положительного

решения уравнения при п=2, все сразу встало на свои

места, и осталось только сделать окончательный вы-

вод, который, на мой взгляд (опять-таки дилетант-

ский), и содержит искомое решение теоремы Ферма

в общем виде.

Вывод же этот заключается в следующем: в беско-

нечном ряду положительных чисел первые десять

цифр от единицы до десяти содержат в себе в прин-

ципе все свойства всего ряда, поскольку весь после-

дующий ряд чисел представляет собой многократное

повторение «десятерицы». Это же, в свою очередь, означает, что если уравнение имеет положительное

решение в пределах первых десяти чисел, то его по-

ложительное решение должно закономерно и после-

довательно повторяться в последующих рядах. И на-

оборот: если уравнение не находит своего положи-

тельного решения в этик пределах, то оно не может

иметь такого решения и во всем ряду чисел.

Отсюда естественным образом вытекает оконча-

тельный вывод: поскольку предложенное Фермаурав-

нение при п >2 не находит своего пол ожит ельногоре-

шения в пределах первых десяти цифр числового ряда, то оно не имеет, и не может иметь такого решения

и в пределах всего ряда простых чисел.

Сам же факт, что уравнение при п>2 не имеет по-

ложительного решения в пределах первой «десятки», легко подтверждается эмпирически.

Вот, собственно, и все доказательство. Лично мне

странным здесь представляется то, что с XVII века, т.е. со времени жизни П. Ферма, эта логическая зада-

ча не была решена. Как я уже упоминал выше, по имеющимся сведениям, это было сделано англий-

ским математиком Э. Уайлзом. Однако, каким имен-

но образом она была решена им, мне лично неизвест-

но. Каким бы, однако, ни было его решение, мне

представляется, что соображения, представленные

выше, доказывают или, если вам больше нравится, показывают, почему уравнение (хn + уn = zn) при n>2

не имеет и не может в принципе иметь положитель-

ных решений. Но ведь это как раз и есть тот ответ, ко-

торый требовалось получить.

1V. ОСНОВАННОЕ НА ДАННЫХ НАУКИ

И МНОГОВЕКОВОМ ОПЫТЕ

ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ОРГАНИЧЕСКОЙ

ПРИРОДЫ ВОДЫ

Предлагаемое читателю исследование было напи-

сано в своем первом варианте более тридцати лет на-

зад. Оно долго лежал среди кип ненужных и старых

бумаг. Я почти забыл о нем, вернее, память о его су-

ществовании жила где-то в отдаленном уголке мозга

как один из необычных эпизодов в моей жизни. Бы-

ло время, когда эта работа казалась мне чрезвычайно

важной, и я думал, что если человечество не узнает

немедленно о содержании рукописи, то погибнет во

мраке невежества и неведения. Наивные чувства

каждого первооткрывателя! Они были быстро ох-

лаждены почти полным равнодушием со стороны

тех, от кого я, как автор, ожидал не только наиболь-

шей заинтересованности, но и рукоплесканий. Мне

понятны эти чувства: будь я на их месте, я бы, скорее

всего, поступил точно так же. В самом деле, какой-то

гуманитарий или, другими словами, дилетант, осме-

ливается влезать в совершенно чужую сферу со сво-

ими «открытиями» - как тут не возмутиться?

Бог с ним, со всем этим. Дело давнее, и не сюит

много о нем говорить. Но почему же я снова не только

вспомнил о своем сочинении, но и решил его вторично

опубликовать? Да, забыл сказать, что первая его пуб-

ликация была в 1992 году, и тираж ее составил всего

двести экземпляров, из которых, разошлось, по-моему, не более пятидесяти. Почему в 1992 году? Эго были

первые годы так называемой перестройки, когда вдруг

стало возможным сравнительно свободно высказывать

свои мысли как в сфере политики и идеологии, так

и науки в целом, и, не испрашивая «высочайшего соиз-

воления», писать и печатать всякую крамолу, в том

числе научную. Ну, а разве заявить, что простая вода, о которой всем всё известно со школьной скамьи и зна-

менитая формула которой Н20 была такой же аксио-

мой, как и «2 х 2 = 4», что эта формула ошибочна и что

на самом деле вода есть органическое вещество, что

воздух есть лишь иное состояние все той же воды (чет-

вертое после жидкости, пара и льда) - разве все это не

крамола! В старые добрые времена за такие штучки

можно было угодить и на костер. Однако сегодня, сла-

ва богу, можно писать и заявлять о вещах покпетце, не опасаясь всех этих «египетских казней». Но не толь-

ко и не столько по этой причине. В жизни есть вещи, за которые люди шли на костер, на пытки, и славная

история человечества дает тому массу примеров. Дело

здесь не только в том, что прошедшие годы не поколе-

бали моего убеждения и веры в правоту своих догадок

и предположений, равно как и тех средств, с помощью

которых я пытался доказать их истинность. Дело еще

и в том - и для меня это кажется более важным, - что

происходят заметные изменения в климате планеты, которые естественным образом вызывают беспокойст-

во не только ученых, но и многих людей, поскольку

они непосредственным образом затрагивают все сторо-

ны его жизнедеятельности. В последнем эссе я специ-

ально останавливаюсь на этой проблеме. Однако сразу

же хотелось бы предупредить читателя, что не ознако-

мившись с данной частью работы и главными ее выво-

дами, невозможно будет не только понять подлинных

причин изменения климата на Земле, но и осознать ре-

альных его последствий для планеты и жизни всего

живого на ней.

От предыдущих двух эссе данное сочинение отли-

чается своей манерой изложения. Оно, если можно

6З

так сказать, более академично, его стиль ближе к тра-

диционно принятому в научных трудах. Это связано

отчасти с той эпохой, в которой оно писалось, отчас-

ти же с самим материалом. В те времена всякие воль-

ности не только порицались, но и просто не допуска-

лись. И это хорошо, так как заставляло писателей

всех рангов и направлений заботиться как о внешней

чистоте своих сочинений, или, другими словами, о чистоте языка, так и о толковом изложении самого

материала. Я старался по мере возможности сохра-

нять этот стиль, так как считаю, что для такого рода

научных сочинений он подходит наилучшим обра-

зом. Помимо того я стремился к максимально боль-

шему использованию эмпирического материала, по-

черпнутого мной из трудов разных ученых. Это силь-

но загромоздило мой труд, но придало мне уверенно-

сти в том, что меня