Поражённые Слоем, стр. 47
– Да неет, – засмеялся Береев, являя наружу ровный ряд белых зубов. – Для организации общения Марье Михайловне достаточно только единожды произвести тактильный контакт – и этого навсегда хватит, чтобы ты был подключён к двусторонней удалённой нейросвязи с Марьей Михайловной.
– Ох… Теперь я под колпаком? Всё что известно мне, становится известно ей? – я недовольно перевёл взгляд на Марью Михайловну, потом на Егора.
– «Хе-хе…» – «услышал» я в мозгу голос Марии Михайловны и вздрогнул.
– Я не согласен! – возмутился я.
– Да нее. Не так. Вернее, не совсем так, – поспешно принялся объяснять Егор. – Мария Михайловна твои мысли читать у тебя в мозгу не может. Ну, я надеюсь, что это так… Ведь правда, Мария Михайловна? Она может получать только посыл, адресованный к ней. Или, скажем, ясно выраженную мысль о ней же. В свою очередь, она сможет отправить свою мысль тебе в любой ей удобный момент.
– Это как? – не понял я.
– Да вот так. Попробуй, обратись к уважаемой Марии Михайловне мысленно, – предложил Егор.
– «Вы в моей башке точно копаться не будете?» – обеспокоенно сформулировал мысленно я.
– «Даже не сомневайся, – пришёл мне ответный мысленный контакт. – Больше мне нет удовольствия, чем твоих тараканов дрессировать».
– Ох, какое жуткое чувство, – ошарашенно поведал я. – Как будто у тебя раздвоение личности. Свихнусь.
– Ничего, привыкнешь, – успокоил меня Егор.
– И что, так она… Вы так с каждым можете? – спросил я.
– «А с кем тебе ещё надо?» – мысленный ответ.
– Да, пожалуй, «да». Мария Михайловна одновременно поддерживает связь со всеми нашими сотрудниками, которые у неё «зафиксировались», – почти в один момент с мысленным ответом от Бабаевой-Ягодовой ответил Береев.
Я поморщился. Вести вместе две беседы: одну устную, другую мысленную, было трудно и дискомфортно.
– Здорово, – неуверенно пробормотал я.
– Это что. Мария Михайловна отвечает у нас за приём заявок на транспортные услуги от наших слоевых друзей для нужд НИИ в рамках их сотрудничества с нашим поведенческим отделом, – уважительно сообщил Егор.
– То есть, гномы, что ли? – догадался я.
– О, да – эти в первую очередь, – подтвердил Егор. – А также ещё целая куча остальных, сотрудничающих.
– Они все тоже должны были «регистрироваться» у Марии Михайловны через рукопожатие? – поинтересовался я.
– Они, нет. Для выходцев из Слоя встречаться с Марией Михайловной не обязательно. Достаточно только подумать о ней, находясь в нашем мире. Да и она может общаться с ними обратной связью.
– Ничего себе! Да она как станция мобильного оператора! – удивился я. – А как далеко работает этот комплекс РЛС в одной сборке?
– «Ну-ну, ты там не фамильярничай, родной».
– Да как… Вот отсюда Мария Михайловна покрывает всю Москву и Московскую, а также большую часть Тульской и часть Калужской с Рязанской областями.
– Это бык корову покрывает, – проворчала вслух Бабаева-Ягодова.
– Извините, Мария Михайловна. Неудачно выразился, – извинился Егор.
– Так, ты кушай-кушай, милок, – вдруг спохватившись, по-старушечьи радушно обратилась ко мне Михайловна, подвигая ко мне корзиночку с пирожками.
Я поблагодарил и приналёг на пирожки. Они оказались удивительно вкусными – внешне одинаковые, румяные, пышные с приятной коричневой корочкой, так и просящимися в путешествие по пищевому тракту, но будучи с самыми разными начинками: с постным рисом, с варёным яйцом, с зелёным луком, с картошкой, с каким-то мясом, с грибами и, возможно, какие-то ещё. Но я не смог все попробовать, так как просто не могло в меня всё это поместиться.
– «Взывать ко мне до 20:00. По выходным до 18:00 – ложусь я рано. Раньше 9 утра также обращаться не стоит. Не чаще 2-3 раз за день. И покороче. Без длинных там рассусоливаний», – отпечаталась в моём мозгу Мария Михайловна.
Я тут же поперхнулся чаем.
– Мария Михайловна! Ну хоть в непосредственной близости не телеграфируйте мне в сознание! Прошу Вас, вслух, если можно! – взмолился я. – Ведь Вы же мне так мозг выжгите!
– А чего ты кричишь, – проворчала Бабаева-Ягодова на сей раз вслух. – Рядом сидим. Я, чай, тебе по делу говорю: не взывать ко мне понапрасну. К тому же, чтобы ты скорее привык.
– Вот именно – рядом. Да понял я, понял. Разве ж, к такому привыкнешь.
Егор добродушно усмехнулся себе в бутерброд с вареньем.
– Понял он, – не унималась Михайловна. Видно было, что моё опротестовывание сильно задело её.
– Кстати, Марья Михайловна, я тут чуть не забыл – хотел с Вами уточнить два адреса запроса, пришедших от Вас, – обратил на себя внимание Егор, очевидно, чтобы разрядить обстановку. – Вы передавали, что группа из двенадцати гномов просит поспособствовать им перебраться из под деревни Губин Угол Тверской области в Тульскую область. Но эта заявка со вторника была нами уже обработана в среду, а от Вас повторный запрос поступил в пятницу. Может, какая ошибка?
– Никакой ошибки быть не может, – уязвлённо отрезала наша необычная хозяйка. – Раз заявка поступила в пятницу, значит, она была создана в пятницу. Если заявка поступила во вторник – значит, она была заявлена во вторник. Делайте выводы.
– Вы хотите сказать, что это другая группа тоже из двенадцати гномов из того же места так же планирует перебраться по такому же маршруту? – переспросил Егор.
– Я вам информацию передала, а дальше, делайте выводы, – упрямо повторила Михайловна.
– Ясно, – задумчиво протянул Егор. – А вот ещё…
Я поблагодарил хозяйку за угощение и отпросился выйти.
Одевшись, я вышел на крыльцо. Мне сразу же бросился в глаза Зелёные Ручки. Орк сидел на перевёрнутой колоде и покачивал ногой.
Я подошёл к нему.
– Ждёшь? – спросил я очевидный факт.
– Угу, – добродушно пробасил зелёный лаборант.
– Строга Марья Михайловна, – поделился впечатлениями я.
– Угу.
– На, я тебе захватил вот что, – я передал завёрнутые в салфетку пирожки. – Попробуй.
Орк сгрёб своей огромной ручищей пирожки вместе с салфеткой, поблагодарил, и, отвернувшись в сторону, принялся лакомиться.
– Салфетку не слопай, – пожурил я его…
Я решил пройтись, осмотреть двор купеческий – хозяйство Бабаевой-Ягодовой. В сторону рядом с домом вела протоптанная орком дорожка к большой свеженабранной длинной поленнице под косым деревянным навесом. Обойдя по тем же следам дом, я увидел источник дров. Оказывается, глухой спереди перед домом высокий забор, позади дома со стороны леса имел широкую прореху в нём секции на две. Да такую, что туда спокойно прошёл бы целый бульдозер. Очевидно, со стороны леса Марья