ТАИСИЯ И ТАЙНА МАЛЬТИЙСКОГО ОРДЕНА, стр. 20
Идиллия была нарушена появлением на поляне… знакомой до боли фигурой в чёрном. Обряженный всё в тот же нелепый наряд, незнакомец держал трепыхающуюся Тасю за горло левой рукой. В правой руке чернел пистолет, направленный в голову девочки. Вероятно, грабитель прокрался сзади и теперь, отвратительно улыбаясь, повторял:
- Не так быстро, моя милая. Не так быстро…
Как громом поверженные, стояли посередине поляны вскочившие на ноги мальчишки. Лишь минуту назад Мир был для них таким светлым и добрым. Казалось, все невзгоды остались там, в огромном городе, а здесь, на этой полянке, уже ничего произойти не может!
- Самонадеянные глупцы! – пророкотал глухим голосом незнакомец, - неужели вы всерьёз надеялись избавиться от меня? Я лишь хочу получить то, что принадлежит мне по праву! Отдайте шкатулку, и я никого не трону!
Ситуация была критическая. Ни о каком бегстве не могло быть и речи. Ведь в руках у незнакомца - Тася!
Иван решительно начал расстегивать свой рюкзак.
- Не смей! – полузадушено прохрипела Тася.
- У нас нет другого выхода, - обречённо ответил Иван.
- Умный мальчик, хороший мальчик, - приговаривал незнакомец, пристально наблюдая за тем, как тот вынимает завёрнутую в газету шкатулку. - Ну, давай её дяде.
Всё ещё держа Тасю под прицелом, он сделал несколько шагов в сторону Вани:
- Ну же, давай! Дава-а-а-ай! – неожиданно срываясь на фальцет, завизжал незнакомец. И, отбросив девочку в сторону, он выхватил у Вани из рук увесистый свёрток и, не разбирая дороги, ринулся в лес.
А наши герои с такой же скоростью рванули в прямо противоположную сторону, подальше от этого страшного места.
…Забравшись в Ванькин сарай и отдышавшись, приступили к обсуждению произошедшего. Тася, ещё потирая шею (она немного болела), обратила всё внимание на Ивана. А он повторял:
- Что же я теперь деду-то скажу?!
Тима, думая, что друг всё ещё не отошёл от потрясения, спросил:
- А причём тут дедушка?
Иван с удивлением вскинул на него глаза:
- Как причём? Мама же ему уже позвонила, что всё есть и обед готовить не надо! А сама всю ночь их пекла! Сейчас бы поели!
- Ты чего? Заговариваешься? – обомлела Таисия. – Что за еда? Какой обед? Что пекла?
- Да пирожки мама пекла, и с капустой, и с мясом! А потом в большой контейнер положила и в газету завернула, чтоб не остыли! И всё врагу досталось!
- Подожди! То есть ты хочешь сказать, что шкатулка осталась в рюкзаке, а ты ему пирожки задвинул?
- Ну, да! Не мог же я ему отдать нашу драгоценность!
- И ты молчал!!! Ванька, я тебя убью! – взревел Тима.
- А когда мне было говорить! Я и не успел бы!
- Господи! Счастье-то какое! Сейчас пошли ко мне, бабушка напечёт пирожков. В печи это быстро! Мы ей скажем, что у нас украли сумку.
- Тася! Во, даёт! Ты же не врёшь никогда!
- А разве это не правда?! Вор-то был!
Вечер откровений
Длинный, летний день клонился к закату, когда трое неразлучных друзей, закончив все дела, собрались, как обычно, у Ваньки в сарае. Узкий стол, вероятно, служивший деду верстаком, сейчас был застелен старенькой скатертью, на которой выложены все найденные артефакты.
Друзья молчали, осознавая торжественность момента. Впервые за двести лет эти предметы снова оказались вместе. Во главе стола возвышался Ларец. Крышка его была откинута, и на ложе из алого бархата, как и прежде, лежала Перчатка. Рядом с Ларцом - развёрнутое Письмо, на котором блестел тяжёлый Крест из белого золота. Шкатулка, с которой хозяйственный Иван счистил плесень, стояла чуть поодаль, поскольку ребята пока не знали истинного её предназначения. Она также была открыта, и все предметы, находившиеся в ней, лежали на прежних местах.
- Итак, - нарушила тишину Таисия, - начнём с самого начала. Нам сейчас необходимо поразмыслить над всеми фактами сразу и понять: куда двигаться дальше.
Тима поднял руку, как на уроке.
- Говори, - милостиво разрешила Тася.
- Я попытаюсь восстановить цепь событий, происшедших в сентябре 1812 года, - степенно начал Тимур. Было видно, что он долго размышлял над каждым словом, потому что звучала его речь, словно научно-популярная статья.
- Итак, начнем: группа Хранителей выехала из Гатчины с намерением собрать оставшиеся сокровища для вывоза их за границу. Однако сделать это было не так-то просто, поскольку тайники были разбросаны везде: по всей губернии. Вероятно, что за Хранителями следили.
- Как за нами! – вставил Ваня, у которого глаза от интереса засверкали.
- Ну, да. Но сокровища были спрятаны таким образом, что непосвящённый человек не мог бы разобраться в этом ребусе. Мне кажется, любая наша находка содержит в себе часть тайны. И, только собрав воедино все артефакты, можно будет найти тайник. Я думаю, что даже Хранители знали каждый – свою часть.
К сожалению, мы никогда не узнаем, что произошло. Но ясно одно: мальтийцы предпочли смерть предательству, не выдали свою тайну. По счастливой случайности, один из них остался жив, хотя и был смертельно ранен. При нём был оруженосец, молодой русский дворянин Головин.
Тут Тася вытянулась как струнка. Она вся обратилась в слух, стараясь не пропустить ни слова из Тиминого рассказа о своём далеком предке. А Тимур невозмутимо продолжал:
- Ему-то и передал своё послание умирающий в надежде, что братья кинутся искать их следы или по приметам, указанным в письме, смогут найти хранилище. Но всё получилось по-другому. Мальтийцы покидали Россию в спешке... Они, вероятно, надеялись забрать сокровища позже. А когда выяснилось, что Хранители погибли, все решили, что реликвии утрачены навсегда. Можно также предположить, что Головин и сам был ранен, потому не смог вовремя доставить Ларец до адресата, а потом всю жизнь ждал, когда за ним придут. К сожалению, у него не было сыновей, и, по закону братства, доверить тайну было некому.
Тут Тима улыбнулся и сказал:
- Не мог же он знать, что Тася у нас такая умная и смелая, что любому мальчишке фору даст!
Все рассмеялись. А Тася сказала:
- Спасибо, конечно. Но ты продолжай, Тимка, уж больно интересно!
- Ладно. На чём же я остановился? Ну, да… Ларец так и пролежал в сундуке двести