Выборка по метке: "Классическая проза". Страница 192

Самое главное для путешественника — это решить, куда поехать, на чем передвигаться и с кем разделить тяготы и радости дальнего пути.

Джон Стейнбек выбрал для странствий Соединенные Штаты Америки, разъезжать предпочел на грузовичке по прозвищу «Росинант», а в компаньоны пригласил пуделя по имени Чарли.

Путешествие получилось увлекательным — от Нью-Йорка через Чикаго и Техас к Новому Орлеану, правда, на обратном пути они заблудились в родном Нью-Йорке, зато Америку нашли там, где и искали, — в АМЕРИКЕ…

«Райские Пастбища» (1932) — фактически сборник рассказов, действие в которых происходит в современной писателю Америке. Действующие лица простые фермеры, живущие неподалеку от Салинаса, в небольшой калифорнийской долине, которую автор назвал Райские Пастбища.

 Вошедшие в книгу двенадцать житейских историй повествуют о несбывшихся надеждах и разбитых мечтах, о жизненных трагедиях и драмах.

Работая летом 1945 года в Мексике над сценарием для кинофильма «Жемчужина», Стейнбек задумал написать новый роман, что-то вроде мексиканского «Дон Кихота». Роман этот писался трудно и долго и вышел в свет в феврале 1947 года только благодаря настоятельным требованиям издателей. Новый роман назывался «Заблудившийся автобус» и отражал размышления его автора о дальнейших путях развития Соединенных Штатов Америки.

Рецензии на новый роман были весьма противоречивыми. Рецензент еженедельника «Геральд трибюн букс» хвалил книгу и, в частности, отмечал: «“Заблудившийся автобус” полностью лишен какой либо сентиментальности, и в нем начисто отсутствуют те милые недоноски, судьбой которых г-н Стейнбек последнее время был слишком сильно обеспокоен». Журнал «Американ меркури», наоборот, утверждал, что слабостью романа является «отсутствие действующих лиц, которые бы вызывали полную симпатию Стейнбека». И далее рецензент объяснял, что, по его мнению, до сих пор «Джону Стейнбеку и его читателям лучше всего служили сентиментальная мягкость и эмоциональная вовлеченность писателя».

Такая противоречивость рецензентов мало беспокоила писателя. «Мне не стоит читать рецензий, ни хороших, ни плохих. Они только сбивают меня с толку, так как одна опровергает другую, и в результате – пустота», – признавался Стейнбек в одном из писем этого периода. Писателя больше беспокоило то обстоятельство, что критики и на этот раз не разглядели концептуального и философского смысла романа, не поняли его глубинной аллегории. Это не случайно. В те годы в США не принято было сомневаться в ценностях американского образа жизни, не модно было копаться в глубинах моральных проблем.

«В городе рассказывают об одной огромной жемчужине – о том, как ее нашли и как ее снова лишились. Рассказывают о ловце жемчуга Кино, и его жене Хуане, и о ребенке их Койотито. Историю эту передавали из уст в уста так часто, что она укоренилась в сознании людей. И как во всех историях, рассказанных и пересказанных множество раз и запавших в человеческое сердце, в ней есть только хорошее и дурное, только добро и зло, только черное и белое и никаких полутонов. Если это притча, может быть, каждый поймет ее по-своему и каждый увидит в ней свою собственную жизнь. Как бы то ни было, в городе рассказывают, что…»

Последний роман Стейнбека – и не похожий на его предыдущие книги.

Место действия – старинный городок Новой Англии. Герой романа – отпрыск основателей городка, неплохо устроенный человек, словом, средний добропорядочный американец. Стейнбека в те годы беспокоил упадок нравов в стране, отсутствие достойной цели, и в своем романе он откровенно показал, как американский образ жизни действует на обычного добропорядочного буржуа, толкая его на путь предательства и преступления ради погони за богатством.

Паскаль Ковичи: «…В книге нет ни нотки надежды, да ее и не должно там быть. Она ниспровергает преклонение перед так называемой добродетелью, перед успехом, перед американским образом жизни. Мало писателей атаковали эти американские понятия с такой силой. В этом десятилетии никто, кроме вас, даже и не пытался сделать этого… Вы написали великую книгу, Джон, и да поможет вам Бог».

Автор: «…Плохой роман должен развлекать читателей, средний – воздействовать на их чувства, а лучший – озарять им путь. Не знаю, сумеет ли мой роман выполнить хотя бы одну из этих задач, но моя цель – озарять путь».

«Пармская обитель» – второй роман Стендаля о Реставрации. Парма, в числе других провинций Северной Италии, была на короткое время освобождена Наполеоном от владычества Австрии. Стендаль изображает пармских патриотов как людей, для которых имя Наполеона становится синонимом освобождения их родины. А в то же время столпы пармской реакции, страшась Наполеона, готовы в любую минуту предать свою родину.

Лоренс Стерн — крупнейший английский писатель XVIII века, кумир всего читающего Лондона. Творчество Стерна оказало продолжительное влияние на всю европейскую литературу, а его роман `Сентиментальное путешествие` дал название новому литературному направлению. Сентименталисты обожествляли `чувствительного Йорика`, романтики оценили в полной мере иронию и юмор писателя, Оноре де Бальзак и Лев Толстой признавали Стерна — психолога, а Джеймс Джойс и Вирджиния Вулф увидели в его творчестве истоки современного романа.

Шедевром Стерна безоговорочно признан «Тристрам Шенди» (Life and Opinions of Tristram Shandy, Gentleman). На первый взгляд роман представляется хаотической мешаниной занятных и драматических сцен, мастерски очерченных характеров, разнообразных сатирических выпадов и ярких, остроумных высказываний вперемежку с многочисленными типографскими трюками (указующие пальцы на полях, зачерненная («траурная») страница, обилие многозначительных курсивов). Рассказ постоянно уходит в сторону, перебивается забавными и порою рискованными историями, каковые щедро доставляет широкая начитанность автора. Отступления составляют ярчайшую примету «шендианского» стиля, объявляющего себя свободным от традиций и порядка. Критика (прежде всего С.Джонсон) резко осудила писательский произвол Стерна. На деле же план произведения был продуман и составлен куда более внимательно, чем казалось современникам и позднейшим викторианским критикам. «Писание книг, когда оно делается умело, – говорил Стерн, – равносильно беседе», и, рассказывая «историю», он следовал логике живого, содержательного «разговора» с читателем. Подходящее психологическое обоснование он нашел в учении Дж.Локка об ассоциации идей. Помимо разумно постигаемой связи идей и представлений, отмечал Локк, бывают их иррациональные связи (таковы суеверия). Стерн разбивал крупные временные отрезки на фрагменты, которые затем переставлял, сообразуясь с умонастроением своих персонажей, от этого его произведение – «отступательное, но и поступательное в одно и то же время».

Герой романа Тристрам – вовсе не центральный персонаж, поскольку вплоть до третьего тома он пребывает в зародышевом состоянии, затем, в период раннего детства, возникает на страницах от случая к случаю, а завершающая часть книги посвящена ухаживанию его дядюшки Тоби Шенди за вдовой Водмен, вообще имевшему место за несколько лет до рождения Тристрама. «Мнения» же, упомянутые в заголовке романа, по большинству принадлежат Вальтеру Шенди, отцу Тристрама, и дядюшке Тоби. Любящие братья, они в то же время не понимают друг друга, поскольку Вальтер постоянно уходит в туманное теоретизирование, козыряя древними авторитетами, а не склонный к философии Тоби думает только о военных кампаниях.

Читатели-современники объединяли Стерна с Рабле и Сервантесом, которым он открыто следовал, а позже выяснилось, что он был предвестником таких писателей, как Дж.Джойс, Вирджиния Вулф и У.Фолкнер, с их методом «потока сознания».