Цитаты автора "Цветаева Марина Ивановна"

„Как цвет нуждается в поливке,
Так нужно денег, чтобы жить —
Хотя бы для того чтоб лить
Не сливки в кофий по утрам, а кофий в сливки!
(Трепля на себе юбки.)
Чтобы к чертям вот эти тряпки!
Чтобы катать в своей коляске!“

„Здесь я не нужна, там — невозможна.“

„Человечески любить мы можем иногда десятерых, любовно — много — двух. Нечеловечески — всегда одного…“

„Если я человека люблю, я хочу, чтоб ему от меня стало лучше — хотя бы пришитая пуговица. От пришитой пуговицы — до всей моей души.“

„Расстояние: версты, мили… нас расставили, рассадили, чтобы тихо себя вели по двум разным концам земли.“

„Я, когда не люблю, — не я… Я так давно — не я…“

„Ни один человек, даже самый отрешенный, не свободен от радости быть чем-то (всем!) в чьей-нибудь жизни, особенно когда это — невольно.“

„Перестала ли я Вас любить? Нет. Вы не изменились и не изменилась я. Изменилось одно: моя болевая сосредоточенность на Вас. Вы не перестали существовать для меня, я перестала существовать в Вас. Мой час с Вами кончен, остается моя вечность с Вами.“

„Странные бывают слова для самых простых вещей… Но пока до простоты додумаешься…“

„Всё дело в том, чтобы мы любили, чтобы у нас билось сердце — хотя бы разбивалось вдребезги! Я всегда разбивалась вдребезги, и все мои стихи — те самые серебряные сердечные дребезги.“

„Мужчины не привыкли к боли,— как животные. Когда им больно, у них сразу такие глаза, что всё что угодно сделаешь, только бы перестали.“

„Все мои «никогда» отпадают, как гнилые ветки.“

„Не нужен мне тот, кому я не необходима.
Лишний мне тот, кому мне нечего дать.“

„Мне от человека надо — необходимо: или очарование или большой, во всеоружии, бессонный ум. <…> Вне этого мне с человеком пусто. — Лучше одной.“

„Я знаю, что я вам необходима, иначе не были бы мне необходимы — Вы.“

„Не хочу ни любви, ни почестей. — Опьянительны. — Не падка! Даже яблочка мне не хочется — Соблазнительного — с лотка…. Что-то цепью за мной волочиться, Скоро громом начнет греметь. Как мне хочется, Как мне хочется — Потихонечку умереть!“

„Я запрещаю тебе делать то, чего ты не хочешь!“

„Ведь я не для жизни. У меня всё — пожар! Я могу вести десять отношений (хороши «отношения»!), сразу и каждого, из глубочайшей глубины, уверять, что он — единственный. А малейшего поворота головы от себя — не терплю.“

„Я не любовная героиня, я никогда не уйду в любовника, всегда в любовь.“

„Не будет даже пустоты, поскольку я никакого места в Вашей жизни не занимаю. Что касается «душевной пустоты», то чём больше душа пуста, тем лучше она наполняется. Лишь физическая пустота идёт в счёт. Пустота вот этого стула. В Вашей жизни не будет стула, пустующего мною…“

„Если я на тебя смотрю, это не значит, что я тебя вижу!“

„Любите не меня, а мой мир.“

„Я всегда предпочитала заставлять спать, а не лишать сна, заставлять есть, а не лишать аппетита, заставлять мыслить, а не лишать рассудка. Я всегда предпочитала давать — избавлять, давать — получать, давать — иметь.“

„Никогда не говорите, что так все делают: все всегда плохо делают — раз так охотно на них ссылаются. У всех есть второе имя: никто, и совсем нет лица: бельмо. Если вам скажут: так никто не делает (не одевается, не думает, и т. д.) отвечайте: — А я — кто.“

„То, что Вы называете любовью, я называю у Вас хорошим расположением духа. Чуть Вам плохо (нелады дома, дела, жара) — я уже не существую.“

„Первая победа женщины над мужчиной — рассказ мужчины о его любви к другой. А окончательная её победа — рассказ этой другой о своей любви к нему, о его любви к ней. Тайное стало явным, ваша любовь — моя. И пока этого нет, нельзя спать спокойно.“

„Никто не хочет — никто не может понять одного: что я совсем одна.
Знакомых и друзей — вся Москва, но ни одного, кто за меня — нет, без меня! — умрёт.
Я никому не необходима, всем приятна.“

„Раньше всё, что я любила, называлось — я, теперь — вы. Но оно всё то же.“

„Безмерность моих слов — только слабая тень безмерности моих чувств.“

„Счастье для Вас, что Вы меня не встретили. Вы бы измучились со мной и все-таки бы не перестали любить, потому что за это меня и любите! Вечной верности мы хотим не от Пенелопы, а от Кармен, — только верный Дон-Жуан в цене! Знаю и я этот соблазн. Это жестокая вещь: любить за бег — и требовать (от Бега!) покоя. Но у Вас есть нечто, что и у меня есть: взгляд ввысь: в звёзды: там, где и брошенная Ариадна и бросившая — кто из героинь бросал? Или только брошенные попадают на небо?“