"Фантастика 2024-118". Компиляция. Книги 1-27 (СИ), стр. 1381
Иногда я клял себя в малодушии, что не решил задачу с предупреждением близких заранее. Что, скорее всего, моя информация будет для них запоздалой, так как люди уже не смогут нужным образом подготовиться. Все дело было в моей проваленной в конце марта попытке предотвратить полет на МКС. Я ведь отправил предупреждения не совершать тот злосчастный полет с Байконура нескольким министерствам обороны, космическим агентствам, а также в ведущие новостные службы мира. Никто так и не ответил. Никто не поверил… Никто не принял информацию всерьез… Почему же должны поверить мои друзья? Только потому что они меня давно знают? Возможно, любят? Уважают? Ценят? Но скажем прямо — то, что я им скажу для любого адекватного человека покажется форменной дичью. Я это хорошо понимаю…
Жена решила моральную дилемму со своими родителями сама. Она сказала, что повременит с сообщением. Дождется пока мое предсказание не начнет однозначно сбываться. То есть до 15 мая, когда с МКС вернутся космонавты и можно будет сверять реальные события с моим сном годичной давности, записанным на листке бумаги.
Я поначалу немного обиделся, заподозрив ее в недоверии мне. Но после, обдумав, решил, что такой подход разумен. И также решил подождать….
Лифт
15 мая 2020 года.
Пятница.
Вечер.
Утром и днем, несмотря на все еще действующий в городе карантин, я в вынужденном порядке, находился по работе в офисе. Как можно быстрее покончил с рутиной. А потом, дождавшись первой развозки, наскоро нацепив опротивевшую маску и протерев руки вонючим антисептиком, поторопился домой.
Все потому что, как подсказывали новостные ленты, приземление спускаемого с МКС аппарата было запланировано на 16 часов 16 минут и 16 секунд по времени Москвы. Вам не кажутся странным эти повторяющиеся цифры? Да еще и шестерки с однерками? Вот как можно оставаться скептиком в таких ситуациях? Издевательство какое-то! Три, ядреный хрен, шестерки!!! Знак библейского апокалипсиса? Число зверя? Просто совпадение? Очередное, уже не помню какое по счету, совпадение?!! Эти люди с центра управления полетами? Они в своем уме?!! Они разве не могут дать журналистам информацию, что приземление произойдет одной минутой или секундой раньше или позднее, чтобы не светить подобной сатанисткой атрибутикой?!! Они бы еще на корпус спускаемого аппарата наклеили рисунки перевернутого креста. Или пентаграмму!
Разница времени с Москвой у нашего региона — плюс два часа. Значит первых новостей нужно было ожидать в четверть седьмого вечера.
В начале шестого, приблизительно за час до запланированного приземления, я выпрыгнул из развозящего сотрудников компании микроавтобуса и, под стук тревожно бьющегося сердца, почти побежал в сторону дома. Через претенциозную входную арку нашего жилого комплекса, обрамленную парой сидящих в мраморе львов (краем глаза я впервые за много лет обратил внимание на их жуткие пустые глазницы). Через длинный проход во внутренний двор сквозь смотрящее на центральную дорогу здание (опять же, впервые обратив внимание на одинокую памятную табличку о почившем в мир иной жителе). Прошел через внутренний двор, заполненный гуляющими людьми: женщинами с колясками, играющими на детской площадке детьми, стайками крикливых подростков (какого лешего?!! Карантин же!!!).
Внезапно я услышал, как кто-то выкрикнул мое имя. Обернувшись, я увидел знакомого, коллегу с работы. Я не видел его «вживую» около месяца. Только в виде корпоративного аватара в мобильном приложении, когда мы участвовали в одних и тех же телеконференциях во время карантина. Значит, меня ждал не просто обмен парой дежурных приветствий, а полноценный диалог.
Он шел по направлению ко мне с неизбежностью снежной лавины, накрывающей горнолыжный поселок. С закрывающей пол лица маске. Широко улыбаясь узкими щелями глаз. Смешно семеня ногами. Как некстати…. Времени до приземления оставалось все меньше. А теперь мне придется тратить его на пустую болтовню.
— Здравствуйте! — с деланной вежливостью поздоровался я, обдумывая как поскорее отделаться от него.
— Да…, приветствую, уважаемый коллега…, - в свойственной ему вычурной манере ответил тот.
— Давно Вас не было видно… Как ваш карантин? — спросил его я, решив взять быка за рога и самому начать неизбежный обмен ничего не значащих вопросов и ответов.
— Вас тоже не видно. А карантин хорошо. Дома сижу…, соблюдаю правила. А вы, смотрю, гуляете…, - прищурившись, колкостью ответил тот.
Он всегда так разговаривает. Криво. С подковыркой. Я давно к этому привык и в обычных обстоятельствах не обратил бы внимания. Но в этот раз, когда я был на взводе и спешил, то с трудом подавил желание нагрубить в ответ.
— На работу вызвали, — коротко ответил я, поблагодарив надетую на лицо маску, которая, надеюсь, скрыла истинную реакцию моего лица на его реплику.
— Ааа…, ну да…, понимаю… Знаете, коллега…, как хорошо, что я вас встретил. Мне нужно с вами о кое-чем посоветоваться… Может, пройдем и сядем…, - он указал рукой на ближайшую скамейку.
О боже! Нет! Только не это! — ужаснулся про себя я, вспомнив, что этот тип знаменит тем, что может долгими, путанными и пространными описаниями своих надуманных проблем украсть тонну времени. Нет! Только не это!
— Вы знаете…, меня дома супруга ждет… Она…, она…, у нее назначен зубной врач через пол часа и мне нужно сменить ее дома с детьми. Давайте поговорим в другой раз, — придумал на ходу я, радуясь своей сообразительности.
— Конечно, конечно! Идите, дорогой коллега. Спешите домой. Мой вопрос подождет… Он совсем пустяковый…
— Спасибо за понимание. Увидимся. Счастливо, — с облегчением сказал я и направился к своему подъезду.
— Бегите…, бегите…, - я услышал брошенные в мой след слова. Ощутив укол вины за сказанную ложь. За то, что не смог уделить время человеку. Я ведь знал, что он тут один, на заработках. Что его семья с взрослыми детьми — студентами живет в другом городе, а он раз в несколько месяцев навещает их. Ему и до карантина было одиноко, а в условиях изоляции и подавно. Еще я знал, что он выпивает. Хорошо выпивает. И, кажется, для него это становится проблемой, которая пока не сказывалась на работе, но которая грозила скоро таковою стать.
Что со мной не так? Ведь я должен думать о важном. О главном! О себе и своей семье! А не тратить время на посторонних людей. Тем более в такой важный момент!!!
С этими мыслями я добрался до нужного подъезда. Заходя в проем двери я чуть не сбил с ног выходящую навстречу взрослую женщину.
— Аккуратнее, молодой человек! Чуть не убил старушку!!! — проскрипела высоким голосом она, недовольно зыркнув на меня блеклыми, глубоко посаженными глазами на морщинистом лице.
Скомкано извинившись, я позволил ей выйти первой, а потом поскорее прошел в дверь сам, все еще слыша, как бабушка продолжала вслух возмущаться.
Что за напасть такая! Не могу добраться до квартиры. Сначала тот придурок с работы. Теперь бабка. Без маски. Вышла на улицу. Хотя ей то обязательно нужно сидеть дома.
Я подошел к лифтам, ощущая как нарастающее волнение мощным, будто электрическим напряжением наполняло мое тело. Туго сжимало некую тугую струну у меня в груди. Напрягало стенки живота. Стягивало гортань.
Цифры на панели вызова лифтов показывали, что они оба находились на шестом этаже. Что было довольно странно. Они работали в связке и вызывался тот, который находится ближе всего к нужному этажу, чтобы забрать пассажира. Так что они очень редко оказывались на одном этаже одновременно. И еще. Опять эти гребаные шестерки. Вот дела…
Я нажал кнопку вызова. Локтем, как нас сейчас учат, чтобы не подхватить коронавирус. Правый лифт, тот который поменьше, с едва слышным гулом двинулся ко мне, через некоторое время прибыв на первый этаж.
Створки лифта, словно пасть хищника, раскрылись, приглашая зайти внутрь. Отделанные полированной нержавеющей сталью поверхности стенок поблескивали в свете скрытых за панелями в потолке светильников. Звучала приглушенная музыка. Как правило, сервисная компания ставила в лифтах нейтральную классическую музыку. Сейчас же звучало совершенно другое.