Благословение Небожителей 1-5 тома (ЛП), стр. 334
Пэй Су не терял времени зря — наслал на противника клубок змей, словно опрокинув чан с пурпурной краской. Пока Кэ Мо ревел и неистово отмахивался от извивающихся гадов, Пэй Мин, опустив взгляд, обратился к мечу:
— Ты прекрасно знаком со всеми моими приёмами. Но и я, разумеется, знаю лучше иных, в каком месте тебя проще всего сломать.
Бань Юэ спустилась с небес с двумя глиняными горшками и без лишних слов запечатала в них потрясённого Мингуана и ревущего что есть мочи Кэ Мо.
Теперь Се Лянь наконец вздохнул спокойно и подумал: «Всё-таки легче управиться с трудностями, когда у тебя много помощников!»
Запечатав горшки, Бань Юэ потрясла их возле уха и прислушалась.
Се Лянь поспешил одёрнуть:
— Бань Юэ, не играйся. Положи их и смотри, как бы не вырвались.
Девушка кивнула, присела возле принца и, глядя на Хуа Чэна, спросила:
— Генерал Хуа, это ваш сын?
Се Лянь улыбнулся:
— К превеликому сожалению, нет.
Но улыбка вскоре исчезла с его лица, потому что Бань Юэ, ойкнув, сказала:
— А я подумала, что это так, потому что видела, как вы его поцеловали.
Повисло неловкое молчание.
Се Лянь больше ничего не захотел говорить, только прикрыл лоб ладонью. Бань Юэ же Хуа Чэн показался очень милым, она потянула его за косицу и заботливо поинтересовалась:
— Кажется, он болен. Может, посадить его в горшок, восстановить силы? В прошлый раз я быстро поправилась в горшке генерала Хуа.
Пэй Су подошёл к ним и присоединился к разговору:
— Нет нужды. Не обращай внимания, Его Высочество сможет сам о нём позаботиться.
Бань Юэ:
— А.
Тем временем Пэй Мин обратил взгляд на девушку.
— Так ты и есть советник Баньюэ?
Он смотрел на неё с высоты своего роста, и сидящая на земле Бань Юэ, накрытая его тенью, кивнула.
Пэй Су как бы невзначай оказался перед девушкой, но Пэй Мин оттолкнул его и приблизился, видимо, собирался как следует её рассмотреть. И вдруг, стоило ему оказаться в двух шагах, Бань Юэ переменилась в лице и молнией спряталась за спину Се Ляня, словно скрываясь от напасти. При этом не похоже было, что девушка испугалась.
Остальным это показалось странным, но Се Лянь, поразмыслив, всё понял и тактично напомнил:
— Генерал Пэй, это… ваши конфеты с демоническим вкусом…
Пэй Мин остолбенел со слегка помрачневшим лицом. Видимо, «аромат» демонических конфет ещё не рассеялся, а Бань Юэ, как-никак, демоница, и тоже не смогла вынести отвратительной Ци демонов низшего уровня — сбежала, чуть не задохнувшись…
Се Лянь невольно улыбнулся, но тут же принял серьёзный вид и спросил:
— Для чего Её Превосходительство Повелитель Дождя прибыла на гору Тунлу? Где она сейчас? Почему вы не с ней?
Ему ответил Пэй Су:
— Когда демонов настиг зов горы, большая группа нечеловеческих созданий ринулась сюда. Проходя через владения Повелителя Дождя, они схватили крестьян, чтобы съесть в дороге. Тогда рядом не оказалось ни Её Превосходительства, ни её защитника, но узнав о случившемся, они погнались за похитителями до самой горы Тунлу. Мы неустанно следовали за ними, но вдруг услышали зов Вашего Высочества на языке Баньюэ, вот и пришли разузнать, что стряслось.
Тогда Се Лянь позвал их, потому что того требовали обстоятельства, но не думал, что они в самом деле окажутся поблизости. Что называется — бил криво, а попал в цель. Владения Повелителя Дождя с виду походили на мирную деревеньку. Поэтому поведение демонов, которые, не ведая страху, схватили в поселении первых попавшихся людей, удивления не вызывало.
Пэй Мин хмуро спросил:
— Я никак не мог отыскать тебя в мире смертных. Как ты оказался у Её Превосходительства? Только не говори, что отправился за этой советницей Баньюэ.
Пэй Су чуть опустил голову:
— Нет. Её Превосходительство спасла меня.
Как выяснилось, сосланный Пэй Су всё это время бесцельно скитался по миру, а однажды разорил несколько мелких гнёзд приспешников Ци Жуна. Последний разгневался и нанял шайку какого-то сброда, чтобы убить недруга. Если бы Пэй Су обладал магическими силами, толпа не причинила бы ему вреда, но сейчас он имел лишь смертное тело, и против сотни демонов, что окружили его и напали скопом, выстоять не смог — оказался тяжело ранен. Когда ему пришлось совсем худо, на счастье, мимо проходила Повелитель Дождя на своём быке. Она оказала Пэй Су помощь, а когда узнала, кто он и откуда, позволила временно остаться в своих владениях, чтобы залечить раны.
Пэй Мин, кажется, изрядно удивился:
— Её Превосходительство не стала чинить тебе неприятности?
По словам Ши Цинсюаня, ранее между владениями Повелителя Дождя и дворцом Мингуана случался конфликт — несколько сотен лет назад Повелитель Дождя избавилась от прошлого помощника Пэй Мина. Судя по всему, и Пэй Мин не считал Повелителя Дождя божеством широкой души.
Пэй Су же ответил:
— Нет. На это никогда не было и намёка. Напротив, я получил от неё немалую поддержку.
Внезапно послышался приглушённый голос:
— Повелитель Дождя? Уроженка государства Юйши?
Се Лянь непроизвольно ответил:
— Да! — но сразу же понял, что голос принадлежал Мингуану.
Даже заключённый в горшок, он всё равно навострил уши и внимал всему, что происходит снаружи. Услышав ответ, он стал плеваться:
— Пэй Мин! Ты переспал со столькими бабами, а родился такой никчёмный потомок? Влачит своё существование, прося о защите уроженку государства Юйши! Да ещё восхвалять успевает! Поистине, каждое новое поколение хуже предыдущего! Ха!
Выражение лица Пэй Мина сделалось несколько напряжённым. Се Лянь так и не нашёл, что здесь смешного или обидного, поэтому тихонько спросил Бань Юэ:
— Ты что-нибудь поняла?
— Не очень. Но кажется, братец Пэй Су говорил, что перед своим вознесением его генерал командовал войсками в государстве Сюйли.
Пэй Мин служил генералом в государстве Сюйли. Но разве это столь важно?
Даже очень!
Насколько Се Ляню было известно, именно армия государства Сюйли сровняла государство Юйши с землёй!
Бань Юэ добавила:
— А Её Превосходительство Повелитель Дождя была последним правителем государства Юйши.
Не удивительно, что Пэй Мин так странно отреагировал на упоминание Повелителя Дождя. А также вполне ясно, почему Повелитель Дождя не стала церемониться с прежним помощником дворца Мингуана. Выходит, между ними существует стародавняя вражда.
Надо сказать, для небесных чиновников процесс взаимного уничтожения человеческих государств, когда одно сменяет другое, являлся делом обыкновенным, лишь волей Небес. Но когда дело касалось их лично, мало кто оставался невозмутимым. И если великий полководец, уничтоживший родное государство, также становился божеством, да ещё то и дело мелькал перед глазами в чертогах Верхних Небес, довольный собой… Нельзя не отметить, подобное весьма раздражало.
Пэй Су прилепил на горшок с Мингуаном ещё один талисман, и голос мгновенно затих.
— Генерал, а вы зачем здесь? — обратился Пэй Су к Пэй Мину.
— Ради чего же ещё? Да чтобы поскорее вернуть тебя обратно.
Тут Се Лянь припомнил фразу Хуа Чэна. Как видно, именно о такой «награде» Пэй Мин попросил Цзюнь У за отправку на гору Тунлу.
Пэй Мин похлопал Пэй Су по плечу.
— Раз уж и ты здесь, прояви себя как следует. Если получится, может, раньше срока вернёшься в чертоги Верхних Небес.
Пэй Су ничего не успел ответить — талисман на горшке в его руках неожиданно вспыхнул, как оказалось, от гнева сидящего внутри Мингуана.
— Пэй Мин!!! — завопил он. — Ты забыл, что однажды сказал?!
Пэй Су хотел было заткнуть его ещё одним талисманом, но Пэй Мин сделал знак и спросил:
— За свою жизнь я говорил немало. Что ты имеешь в виду?
Мингуан со злостью прошипел:
— Чем ты оправдал себя, когда убивал подчинённых, следовавших за тобой долгие годы? «Некоторых людей можно убить, иных же — нельзя; некоторые поступки можно совершить, иные же — нельзя». Да ещё в такой манере, будто нёс в душе высочайшее стремление спасти всё живое! А что же теперь? Думаешь, никто не знает, какую подлость совершил твой Сяо Пэй? Давно разнесли по свету! А ты всё придумываешь, как бы ему задницу подтереть, прикрыть его преступления? Неужели твои собратья, что прошли с тобой через столько сражений, заслужили смерти, а как дело коснулось твоего потомка, он — не заслужил? Что же ты за человек… Одежду — поносил и выбросил, руки-ноги — попользовался и отрезал! Или что же, твой Сяо Пэй — самоцвет, а мы все — пустоцвет?!