АН (цикл 11 книг) (СИ), стр. 520

— Есть! — отозвались одновременно Шарыпов и Никитин.

Я попытался шевельнуть рукой. Доспех нехотя начал просыпаться. Да уж, в этом новом мире я приобрёл какую-то странную привычку ломать доспехи в каждом серьёзном сражении.

Отбросив лишние мысли, я связался с генералом Лежалым.

— Ваше сиятельство, как вы? — пусть Лежалый и пытался скрыть волнение, но всё же я легко распознал его в голосе мужчины.

— Нормально. Мы закончили, Гуру повержен. Княжич Новочеркасский и тринадцать бойцов Вадима свободны. Что у вас?

— Всё под контролем. Но чтобы ускорить зачистку территории, освободившихся бойцов предлагаю разделить на две группы. Необходимо поддержать группу Ярого и группу Можайского.

— Понял, сейчас им передам, и они сами с тобой свяжутся, — отозвался я и «повесил трубку».

Доспех уже более-менее сносно двигался. Я снял шлем и бросил взгляд на связанных пленников. Боярин Холецкий и дворянин Ласькин, как и их сподвижники, виновато отводили глаза.

— Нормально всё ведь, да? — отвлёк меня Арвин, и как только я повернулся к нему, он проворчал: — Давай уже к жене лети. Без тебя тут справимся.

— Поддерживаю его сиятельство, господин, — серьёзным голосом проговорил Вадим.

Глядя на них и на смотревшего в нашу сторону Шарапова, я улыбнулся.

— Спасибо. Вадим, Арвин свяжитесь с Лежалым. Вадим, выдели мне двух носильщиков. А то доспех не в кондициях, — я провёл космоперчаткой по груди.

— Эх, бедный старик опять на себе от расстройства волосы рвать начнёт, — покачал головой Арвин.

Через тридцать секунд двое космодесантников подняли мою тушку в воздух. Дождь на улице усиливался, ночное небо полностью затянули тучи.

И именно в этот момент космо-Алиса сообщила, что со мной хотят связаться.

— Слушаю, — отозвался я. — Как у вас там дела? Лежалый выслал вам подмогу.

— Да, я уже знаю, — ответил великий князь Тверской, сражавшийся бок о бок со взводом Ярого. Отчего-то мне послышалось, в его голосе сквозит вина.

— Так, давай не тяни, — выдохнул я и, прикинув варианты, рубанул сплеча: — Ты что, не смог взять живым Клода Закази?

— Прошу прощения за это, — пробубнил Андрей Оболенский. — Бой выдался жарким. Он ещё и артефакт использовал, и… в общем не получилось. Если бы я сдержался, могли бы погибнуть люди, так что…

— Не переживай, — легко ответил я. — Сдох Гуру и Форкх с ним.

— Но вы же…

— Да и ладно! — снова перебил я своего бывшего слугу. — Тело-то его у нас останется. Тоже неплохое доказательство. А так меньше проблем с его содержанием будет. Так что плюнь и забей. Лучше скорее заканчивай и лети в особняк на базу.

— Вы направляетесь к Софье Ивановне? — тут же понял меня великий князь.

— Да. Наконец-то я могу себе это позволить, — ответил я.

* * *

Наконец, меня доставили в господский деревянный дом на территории «турбазы».

Со слугами я связался заранее, так что меня встречали. Также я вызвал сюда одного из техников, обслуживающих косподоспехи на базе.

Пришлось немного повозиться, чтобы вылезти из покорёженного «Золотого Льва».

Но я справился с этой задачей и побежал в ванную комнату.

— А-А-А-А!!! — слышал я дикий рёв Сони, гуляющий по коридорам особняка.

Но нельзя в таком виде бежать к рожающей женщине. Да, вероятность того, что я занесу какую-нибудь заразу ей или ребёнку — крайне мала. Соня — Мастер, а наш сын родится с очень хорошими генами и, полагаю, могучим даром.

Но зачем рисковать, да и пугать своим внешним видом?

Вот и мылся я изо всех сил, не пустив к себе слуг. Скоростное мытьё будет самым быстрым, если никто не помогает.

На выходе из ванной меня уже ждал один из врачей с базы. Сам-то я успел заранее вколоть себе лекарство Архуна, но всё же требовалось как минимум перевязать мою дырявую бочину, чтобы минимизировать риск забрызгать родильную комнату кровью.

— А-А-А-А-А!!! — очередная волна рёва, но мне уже сделали повязку.

Отлично!

Дальше прыгнуть в халат, тапочки и можно бежать.

Пробежать по коридору, оказался перед родильной комнатой…

Здесь дежурили трое космодесантников. Тамир был одним их них. Он с низким поклоном и отворил передо мной дверь.

— УА-А-А-А-Р-Р-Р!!! — рёв дикой львицы встретил меня на пороге и ударил по ушам не хуже недавней воздушной бомбы из артефакта Гуру.

И первое, что я увидел в комнате — как Соня выгибается дугой на кровати. Она была облачена в длинную ночнушку, и сейчас между её раздвинутых ног акушерка Нина Ивановна высматривала моего сына.

Соня расслабленно рухнула на кровать. Всё, находящиеся в комнате сударыни смотрели на неё. А она, повернув голову, первой обратила на меня внимание и устало улыбнулась.

— Наконец-то ты пришёл, дорогой, — нежно проговорила она.

А в следующий момент раздался оглушительный грохот — за окном уже не просто шёл дождь, а бил ливень, к которому теперь добавилась и гроза.

Дамы в комнате изумлённо уставились на плотно занавешенные окна. Вдовствующая императрица вдруг дёрнулась и рванула к шторам. Резко распахнула их и…

Небо за окном озарила яркая вспышка, от которой захотелось зажмуриться.

Тут же на смену молнии пришел и гром, зазвенела посуда на подносе, по-моему, даже качнулась люстра.

— Перун сообщает всем, что вот-вот родится его потомок! — изумлённо прошептала суеверная тётя Мари.

— А-А-А-А-А!!! — рёв Сони зазвучал гораздо громче, чем раньше. — Выходит! Аскольд, дай мне руку! — требовательно воскликнула она.

И через секунду впилась в меня пальцами. От мощи её хвата у меня чуть глаза на лоб не вылезли. Дома я не держал покров. Правда и она… ух ты!

Тело Сони на секунду покрыл узор инея. Моя жена непроизвольно активировала покров!

Поняв, что сейчас мне просто-напросто сломают руку, я уже специально сделал то же самое.

Сжимая зубы, я старался ничем не выдать, насколько мне больно. Ну а что? Она — Мастер жи́вы. Мои же объёмы чуть меньше. Да, я могу сражаться с Гуру, но это благодаря альтере.

А рядом с рожающей женой я побоялся использовать энергию разрушения.

Но… Форкхово дерьмо, она так реально сломает мне руку! А моя целительница, своими техниками облегчает страдания не мне, а Соне…

Но всё это правильно. Так и должно быть. Главное, чтобы с мамой и малышом было все хорошо.

О, кость хрустнула?

— Уа-а-а-а!!! — громкий плач разнёсся по комнате.

В следующий миг за окном сверкнуло так ярко, будто молния ударила в паре метров.

— Ваше сиятельство, сюда! — окликнула меня акушерка.

Соня, будто услышав её, разжала пальцы. Я запомнил её взгляд в тот момент. Она смотрела на меня с тёплом, нежностью и благодарностью.

Раздался гром. Как раз в тот момент, когда мои руки ощутили тепло крохотного тельца.

А затем по моим пальцам пронеслись молнии. Золотые молнии Ауры Александритов вмиг заполонили комнату. И принадлежала эта Аура отнюдь не мне.

Моё сердце сжалось от трепета, любви и нежности, когда я увидел своего сына. Наследник рода Александрит был весь слизкий, грязный, сморщенный и ревущий, но…

Для меня в тот момент он был самым прекрасным созданием на планете. Ну… после его матери, разумеется.

Я нежно держал ревущего малыша, всё ещё связанного с Соней пуповиной. Акушерка спешно пережала её и протянула мне нож.

Я сам перерезал пуповину и прижал к себе сына.

— Добро пожаловать в наш мир, Архей Александрит, — тихо произнёс я, глядя в его небесно-голубые глаза.

Глава 9

Несколькими часами ранее

Усадьба боярского рода Хранителей, располагавшаяся на территории Московского Кремля, охранялась только проверенными людьми. Других, в принципе, не подпускали ни к Рюриковичам, ни к членам рода Годуновых. Однако произошедшее с вдовствующей императрицей и цесаревной Софьей показало, что и в непоколебимой, на первый взгляд, защите можно найти дыры. С тех пор Канцлер лично перепроверил досье каждого, кто служил на территории Кремля. Доказательств чьей-либо неверности Александр Борисович не нашёл, но без колебаний отправил в отставку тех, на кого указала его интуиция. А после этого лично участвовал в отборе новых служащих… И теперь вера в непоколебимость защиты Годуновых на территории Кремля почти восстановилась в сердце Канцлера.