Любой каприз за ваш донат (СИ), стр. 11

Плюнув на все, я решил пойти и спросить.

— Саш, — на пороге моей комнаты появился дядя Юра. — А может ты поможешь?

— С чем?

— Марь не хочет идти к матери на день рождения. Твоих родителей тоже позвали. Вы с ним вроде неплохо ладите. Вдруг если и ты пойдёшь, то он там будет вроде как не один.

— Я спрошу, но не могу обещать. А почему они так не ладят?

— Это он не с Леной… Больше с Витьком, — путано стал объяснять дядя Юра. — Марь же он… не как все. Вот Витёк к нему и цепляется постоянно.

— Не как все? — повторил я, пытаясь угадать, понимает ли дядя Юра, что Марь предпочитает парней.

— Не хватает ему, знаешь, такой мужественности. Слабенький он.

Для меня внешность Маря не была таким уж минусом, но это для меня. Решив прогуляться пешком, я прихватил толстовку, потому что погода не была еще стабильно хорошей, и пошел дворами. Мне и самому было бы спокойнее, если Марь пошел туда не один, если этот самый Витёк начнёт и там к нему лезть. Вообще, это было странно, все знали, что он доводит Маря, но никто ничего с этим не делал? Тогда не удивительно, что Марь просто сбежал жить с отцом. Дядя Юра хоть и не одобрял внешности Маря, но выражал это словами, которые парень пропускал мимо ушей.

— Сашка!

Я обернулся на голос, с досадой понимая, что встретил девушку Сереги и ту самую Наумову, имя которой я опять забыл. И все это в пятнадцати минутах ходьбы от дома Маря.

— Привет!

— Ты к девушке своей идёшь? — улыбнулась мне Даша.

— Да, — пришлось признаться мне.

— Давай там аккуратнее. Мне Серега твоей миниатюрной блондинкой Аней все уши прожужжал. Я вообще-то ревную.

— Ничего не знаю, — натянуто улыбнулся я. — Я как раз-таки прячу ее от всех. Так что Серега просто сует нос не в свое дело.

— А чего прятать-то? — спросила Наумова, которую я больше всего и опасался. — Пришел, показал, сказал «мое». Всё! Хотя… была бы у меня такая девочка, я бы может тоже ее никому не показывала.

— Ты же вроде по каким-то там странным мальчикам все время убиваешься, — заметил я, только потом прикусив язык.

— Настя сказала, ты тоже. Ссылку же она тебе доставала.

Так Настя все рассказала. Это было очень плохо. Прибью эту болтушку. Теперь обнаружение Маря практически дело времени или случая.

— Какую ссылку? — прикинулся я дурачком.

— На вебкам стриминг. Она сказала, ты в Мари Энн узнал кого-то, — выкладывала она, а я понимал, что все медленно, но верно рушится.

— Это вы сейчас о чем? — спросила Даша, глядя то на меня, то на подругу.

— Если у тебя реально есть знакомый андрогинный мальчик, то познакомь, а? Обещаю, не обижу.

Наумова была странной, но явно не тупой. Она же когда-нибудь свяжет воедино эти факты и обо всем догадается.

— Что за бред ты несёшь? Я просто прикольнулся над другом детства и все.

— Если он такой же симпатичный, то ты должен познакомить нас, — не отставала она.

— Извращенка, — вздохнул я. — Пойду. Меня ждут.

Пока я бежал к Марю, в голове роилась куча мыслей. Настя все выложила подруге, та знает в лицо стриминговый образ Маря. Есть еще Серега, который видел его тоже в женском образе, пусть и не вблизи, но все же. Когда они догадаются, как отреагируют? Я могу потерять друзей, если правда раскроется. Вот только врать я не привык. Как долго еще смогу продержаться?

— Что ты тут делаешь? — открыл мне дверь поражённый Марь.

— Соскучился.

Стоило мне только войти и обнять его, как волнение только усилилось. Я уткнулся в белобрысую макушку и вдохнул запах волос и шампуня. Странно, но волновался я не столько за себя, сколько за него.

— Я тоже рад тебя видеть, но пытаюсь учиться, — он поднял голову, нахмурился и спросил: — У тебя все в порядке?

— Нет, — признался я.

Марь отобрал у меня толстовку, которую я так и нёс в руках всю дорогу, и достал тапочки.

— Что случилось?

А ведь это я пришел задать этот вопрос. Как же получается, что я пришел успокоить его, а в итоге он успокаивает меня?

— Настя проболталась этой Наумовой, что просила ссылку для меня.

Марь выглядел спокойным. Он поставил чайник, достал кружки, чай, а потом повернулся ко мне.

— У меня нет для тебя ответа, — устало выдохнул он. — Я не знаю, что делать. Я могу только…

Он виновато опустил глаза и закусил губу. Только сейчас я отметил покрасневшие глаза и его вымученное состояние. Мне оставалось только гадать, последствия ли это той истерики, о которой говорил дядя Юра, или общее нынешнее состояние парня.

— Марь, — позвал я, потому что пауза затягивалась.

Тогда он просто отвернулся от меня. Отвернулся и оперся о стол перед разложенными чашками и пачкой чая.

— Нужно что-то придумать, потому что они догадаются.

— Здесь нечего придумывать, — тихо сказал Марь, и я понял, почему он отвернулся.

Подойдя ближе, я обнял парня, а он шмыгнул носом. Я второй раз видел его плачущим, но тогда все было иначе. Тогда он выл от досады, а сейчас слезы будто сами катились из его глаз, а он пытался их сдержать.

— Я не хочу расставаться с тобой, — предупредил я, догадываясь о его мыслях.

— Тогда ты просто испортишь себе жизнь. Я не просто так не говорил тебе о своих чувствах. Самым простым исходом был бы твой отказ. Тогда страдал бы я один, — он все еще не поворачивался ко мне.

— Я не хочу, чтобы ты страдал.

Он повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза.

— Ты не понимаешь? Я ничего не теряю, если кто-то узнаёт обо мне. У меня… У меня и нет ничего. А ты готов потерять друзей, группу, возможно, даже семью?

Я молчал. С начала наших отношений мне в голову не приходил подобный расклад. Я думал, что мы вместе что-то придумаем, как-то выкрутимся. Марь утер слезы и добавил:

— Сейчас ты лучшее, что есть в моей жизни, но я не прощу себе, если ты все потеряешь из-за меня.

Вот так просто.

— Ты все время так думал? Ты был со мной и думал, что как только запахнет жареным, то сбежишь, будто ничего и не происходило? — Он виновато опустил глаза. — Отвечай!

— Да.

— Да? — не мог я поверить своим ушам.

— Да! — выкрикнул он. — Да! Я не такой, как ты! Я был счастлив провести с тобой хоть некоторое время. Но оно закончится.

Я зажал его, оперевшись о стол, чтобы он не сбежал, как пытался в прошлый раз на чердаке.

— А обо мне ты подумал? Что мне теперь делать?

— Это нечестно, — всхлипнул Марь, закрывая глаза руками.

— Нечестно?

— Я тебе не признавался! — он снова не мог сдержать слез. — Я не признавался тебе. Я держался на расстоянии. Ты даже не должен был узнать…

На плите кипел чайник, но мы оба не обращали на него внимания. Я попытался сделать еще один шаг к нему, сокращая расстояние до минимума, но упёрся в его руку.

— Что еще ты обо мне думаешь? — холодно прозвучал мой вопрос. — Какие планы строишь? Саша, давай уедем куда-нибудь… Это тоже было ложью?

Марь поежился и только затравленно смотрел на меня, не опуская руку, не давая подойти ближе.

— Я думал, у нас больше времени, — тихо проговорил он. — Тебе лучше уйти.

Оттолкнувшись от стола, я убрал руки и сделал шаг назад. Марь последовал за мной в прихожую.

— Твой отец очень хочет, чтобы ты пошел на день рождения матери.

— Меня там не будет, — тут же отрезал Марь.

— Я там буду.

========== 2.6 ==========

Жизнь без Маря казалась уже не такой радужной во всех смыслах этого слова. Мне пришлось сделать пару кругов по району, чтобы остыть, прежде чем идти домой. Я был зол на него, но и на себя тоже. Выходит, его терпеливое поведение, осторожные слова и такое количество секса — всего лишь попытка успеть все до побега. И он ещё прикрывается тем, что делает это ради меня. Но это был эгоизм чистой воды. Быть рядом и ждать, что когда о нас начнут узнавать все вокруг, он просто сольётся. Знать, что ему придётся уйти, но молчать и быть рядом, сколько это было возможно.