Несущие Свет, стр. 56

– А потом диким племенам принесли свет, – сказала Вера.

– Но сделал это уже не Свет Несущий, – нахмурился Руслан.

– Не он, – согласился демон. – Создавая почти с нуля целый мир, перворождённый заплатил за это слишком высокую цену. Лично я считаю, что он заслужил зваться Всевышним, ведь он самоотверженно принёс себя в жертву ради выживания своих последователей, в прямом смысле вложил в сотворение мира всего себя и лишился облика, дематериализовавшись, стал вселенским разумом, истинным подобием Бога.

– Сымитировал то, что было создано до него, и спрятал там украденные чужие творения, – заявил Руслан.

– Не забывайтесь, Руслан Романович, и имейте уважение к создателю, – посуровел демон, сверкнув волчьими глазами. Руслану было чем это оспорить, но понапрасну сотрясать воздух он не стал.

– Новый Бог нового мира приходил в видениях только Владимиру, что и по сей день передаёт нам его волю. Так у нас появился новый предводитель под эгидой предыдущего. Его апостол, если можно так выразиться. Он принёс свет диким людям, что озарил их звериное существование и наделил разумом. Мы возродили цивилизованное человечество и искоренили понятия о религии, чести, искусстве и любви.

Заметив, каким взглядом его одарила Вера, он самодовольно улыбнулся.

– Вижу, вы хотите знать, почему.

– Потому что это то, что возвышает человеческую душу, – холодно отрезала она.

Маркиз ощерился широкой улыбкой.

– Да-а! А зачем это нам нужно? Чем больше грешен человек, тем ближе мы к своему бессмертию. – Тут он с досадой вздохнул. – Немножко тоскливо живётся в мире без святош. Мне нравились времена, когда одно слово «демон» вызывало у людей трепет и ужас… Но есть одна проблема. – Тон его стал совсем иным. – Если большинство демонов, во главе с императором, хотят всего лишь вернуть своё бессмертие и просто жить дальше, оставив в покое людские души, то одна малая часть, наделённая однако огромной мощью… – Маркиз на минуту задумался над чем-то очень нехорошем. – Замысел их, скажу я вам, более чем низменен и жесток.

– Какой замысел? – тихо проронила Вера.

– В кругу тех, кто нынче называет себя рыцарями Ордена Первого Света, шесть особей. Эта шайка принимала активное участие в построении государственности и идеологии в Инферно, но в последнее время они малость зациклились на себе и стали забывать о верности Несущему Свет.

Тут Вера вспыхнула неподдельной яростью.

– Они?! А не хотите ли вы сказать, месье де Руссо, – мы? Ведь вы шестой!

Маркиз озарился самой ироничной улыбкой.

– Oui, ma chère Mademoiselle! Все мы не без греха. Но на данный момент шестой не я, а его ярославское высочество, по бестолковости которого будет уничтожена вся царская семья и каждый их сторонник, как только артефакт попадёт в руки рыцарей. Вслед за ними зачистке подвергнется и вся низшая людская раса, а наши доблестные рыцари, вместе со своими армиями и мелкими пешками, что тут же встанут на сторону сильнейших, будут жить долго, счастливо и припеваючи.

– Они хотят уничтожить всех людей? – ошеломлённо проговорила Вера.

– Ничего этого не будет, пока крест у меня, – непреклонно выдал Руслан.

– А что же будет, когда вы умрёте от сердечного приступа?! Видите ли, Руслан Романович, когда ваша матушка вынашивала вас, она, как и все дамочки высшего сословия, вела не совсем здоровый образ жизни. Не без влияния великих основателей империи, разумеется. И на фоне этого вы появились на свет со слабой нервной системой и ограниченными функциями сердца. А то, что вы носите на своей груди, с каждой упокоенной душой разъедает ваш неполноценный организм слишком могущественной энергетикой. Боюсь, что, продолжая грезить равностью демонам, вы протяните недолго.

Молчание затянулось. Костёр почти догорел, и троих собравшихся медленно поглощала тьма.

– Ты сказал… – не своим, не в своей манере подавленным голосом произнёс Руслан, – что я могу стать равным вам.

– Сказал, – немного погодя, кивнул де Руссо. – Но видите ли, какое дело, Руслан Романович… Крест упокоения… м-м… как бы так сказать? Он допускает несколько способов применения. На самый простой как раз рассчитывают рыцари Ордена. Они хотят поглотить все заточённые в артефакте падшие души, что сделает бессмертными их шайку. Значит, эти пятеро станут единственными неуязвимыми владыками Инферно и будут вольны делать с нашим миром всё, что им вздумается. И первым делом они уничтожат императорскую семью и всё человечество. Вторая функция креста упокоения самая гуманная и, на мой взгляд, правильная. Им можно провести ритуал крещения человечества во имя Несущего Свет, что вернёт нам не только бессмертие, но и Всевышнего. Тогда наш великий предводитель будет вновь среди нас, он-то наведёт порядок в городе Дит. В ваших услугах больше не будет нужды, и вы спокойно доживёте оставшийся вам срок, а человечество будет освобождено от проклятья вечной порочности. И, наконец, третья функция… Можно провести и другой ритуал.

– Какой же?

– Тот, что исполнит вашу мечту о вечной жизни. Вот только в проведении обряда смертным человеком нужен посредник. Думаю, сами понимаете, что им не может быть другой смертный.

– И ты, конечно же, предлагаешь себя.

Блондин пафосно рассмеялся.

– А с чего бы мне предлагать всего лишь вам аж самого себя? Какой мне от этого резон? Да, как вы, наверное, заметили, я давно оторван от общества своих собратьев, привык жить в полной независимости и готов покориться судьбе, чего бы она мне ни приготовила. Буду жить вечность – найду, куда её расточить. Нет – ну что ж. Всё когда-то заканчивается. Но разве это аргумент для предательства всей своей расы? Верите вы, Руслан Романович, или нет, но я имею некоторые понятия о чести. А вот вы…

Руслан не мог не почувствовать себя пристыженным, но выработанная годами защитная реакция уже выставила длинные, острые иглы.

– Вы имеете? – провоцировал его де Руссо. – Вы сможете сделать выбор между своей судьбой и судьбами всего человечества? Чем вы будете отличаться от дворцовых заговорщиков, жаждущих разделить эликсир могущества на пятерых, если возжелаете выпить всё залпом одному? У вас совсем ничего не кольнёт, – он подставил ладонь к груди, – когда демоны начнут новую охоту на священность людских душ? Тысячи лет существования разума показали, что пределу нет не только совершенству, но и людской низости. Задумайтесь – ещё рьянее тщеславие, ещё ниже достоинство, ещё больше подлости и безграничной похоти, ещё короче человеческая жизнь. Убийства, насилие. Больше смертей. Больше пролитой крови. И больше тех страдающих в небытие, которых вы хотите использовать ради своего бессмертия.

Он понаблюдал за подавленным Русланом и злорадно оскалился.

– Но как можно думать о каких-то других, если на кону собственная шкура, верно? Гнить в земле телом и бродить по небытию разорванной душой ох как не хочется.

Очень долго Руслан таращился в пустое пространство.

– Что нужно сделать для этого ритуала? – прошептал он.

– Руслан…

– Я жить хочу! – сквозь зубы шипел Волхонский. – Просто жить, Вера! Кому я помешал?! А все люди… Почему я должен ради них приносить себя в жертву? А ради меня хоть кто-то чем-то жертвовал за всю мою пустую жизнь? Хоть кто-нибудь сделал для меня… хоть что-то?! Да даже не самоотверженно, а хотя бы бескорыстно, от чистого сердца! Почему для кого-то это должен делать я? Только потому, что этих кого-то больше?!

Он не мог поднять глаз ни на Веру, ни на маркиза, настолько его угнетала собственная ничтожность. Дрожащее и ощутимо пульсирующее тело точно парализовало.

Де Руссо фыркнул и отвернул от него голову.

– Что я могу тут сказать? Помимо вашего покорного слуги у вас ещё много хороших знакомых. Адмирал Александр, великий князь Ярослав Владимирович, командор Рофокаль, Джулиан Ховард. И почти все самые значимые и возвышенные персоны в нашей великой державе. Завидный выбор, Руслан Романович, если сможете договориться с кем-то из них. – Он замолчал и устало вздохнул. – Ох, грязные эти дела – ваши человеческие выборы.