Горькие шоколадки / Bitter chocolate (СИ), стр. 7

— Так вы пара? — спросил он, наблюдая за очередным их пустяковым спором.

— Да, — кивнул Чес.

— Нет, — возразил Микки. — Мы просто друзья. С привилегиями.

Ларри вопросительно уставился на Честера. Тот лишь неопределенно развёл руками.

— Ну, допустим. И чего вы хотите от меня?

— Ты мне нравишься, Ларри. И Чесу тоже. Было бы здорово, если бы ты встречался с нами.

Ларри озадаченно потёр висок. Он, конечно, предчувствовал нечто подобное, но воспринять это адекватно в реальности оказалось гораздо труднее, чем в мыслях.

— Ты придерживаешься того же мнения? — спросил он Честера.

— Я был бы рад, если бы ты принял наше предложение.

Почему-то ему показалось, что в их тандеме верховодит всем Микки, а Чес смиренно исполняет все его прихоти. Появилось ощущение, что Микки просто пытался легализовать для себя право на измену. Такие отношения отдавали токсичностью, и Ларри не хотелось ввязываться в подобное.

— Значит, ты тоже считаешь, что моногамию придумали женщины для собственного удобства? — обратился он к Микки, внимательно всматриваясь в выражение его лица.

— Я считаю, что человек не должен чувствовать себя одиноким, — ответил тот задумчиво и грустно.

Ларри понятия не имел, что за история стояла за этим ответом. Но одно он уяснил: эта потребность Микки в третьем партнёре не была просто блажью. И искали они в нём именно партнёра, а не просто того, с кем можно разнообразить сексуальную жизнь.

Он сделал глубокий вдох.

— Мне кажется, из этого вряд ли выйдет что-то серьёзное. И умом я понимаю, что нужно отказаться. Но я недавно расстался с человеком, с которым прожил пять лет. И мне тяжело сейчас. Микки, ты сказал, что люди не должны чувствовать себя одинокими. Довольно пространная фраза. Если вы, зная мои сомнения и мои обстоятельства, всё ещё готовы рискнуть и принять меня, то я тоже пойду на этот риск. Но я не могу обещать вам, что останусь надолго. Или что не разрушу то, что есть между вами.

Микки слушал его, напряжённо поджав губы. По тому, как он хмурился, стало ясно, что ему не очень нравился ответ Ларри. Честер же, напротив, время от времени согласно кивал.

— Я уверен, что всё будет в порядке, — сказал Микки с каким-то неясным упрямством, когда Ларри закончил. Тот удивлённо приподнял брови.

— Ну раз вы уверены, мистер Смит, полагаю, мне не о чем беспокоиться, — насмешливо ответил он. Микки ещё больше нахмурился.

Остаток ужина прошёл в странном немом напряжении. После того, как счёт был оплачен, Микки забрал ключи от машины Чеса и, не говоря ни слова, ушёл. Ларри уже собирался вызвать такси, но Честер перехватил его руку.

— Поедем с нами, — вполголоса произнёс он, и Ларри с трудом удержался, чтобы не поддаться магии его убеждения.

— Это был очень странный вечер, — покачал головой он, высвобождая ладонь и набирая номер.

— Согласен. Потому и не хочу, чтобы он закончился вот так.

Ларри сбросил вызов и положил телефон на стол. Он чувствовал лёгкое разочарование, понимая, что к такому исходу эту встречу привёл он сам. Даже несмотря на то, что был убеждён, что сделал всё правильно.

— Микки будет не в восторге, — вздохнул он, с тоской рассматривая золотисто-коричневый орнамент на стенах. — Он злится.

— Он не злится, — мягко возразил Чес, откинувшись на спинку стула. — Просто расстроен. Ты сказал ему, что уйдёшь.

— А надо было пообещать, что только смерть разлучит нас?

— Ларри, — Чес положил ему руку на плечо и заглянул в глаза. — Я знаю, как это звучит, но я тоже считаю, что всё будет в порядке. Идеи Микки порой похожи на бред, но с моими корректировками они всегда работают.

Всё это было слишком сложно и неправильно. И Ларри совершенно не представлял благоприятный исход таких отношений. А ещё он не понимал этой острой заинтересованности Чеса. Он ведь совершенно точно был влюблён в Микки. Неужели его и правда устраивала перспектива делить его с кем-то третьим?

— Зачем тебе это, Честер? Зачем ты потакаешь его бредовым идеям? Надеешься таким образом завоевать его? — Ларри осознавал, что его слова могут ранить. Но это было сродни хирургическому вмешательству.

— Мне это не нужно, — спокойно ответил тот, поднимаясь. — Микки и так всегда будет со мной. Я просто хочу, чтобы он был счастлив.

Молчание всю дорогу действовало Ларри на нервы. Он уже пожалел, что не вернулся домой. Чес с невозмутимым видом вёл автомобиль по ночному городу. Микки, сложив руки на груди, забился в угол на заднем сиденье. Когда они прибыли на место, он выскочил из машины и, не дожидаясь их, скрылся за одной из дверей жилого комплекса.

— Он будет в порядке? — спросил Ларри, проводив его взглядом.

Они не спеша последовали за ним. Квартира, что скрывалась за той дверью, была старой и занимала два этажа. Создавалось впечатление, что никто из многочисленных хозяев, сменившихся за длительное время её существования, ничего не менял в ней, лишь скромно добавлял что-то своё. Так старые платяные шкафы для книг явно из пятидесятых мирно сосуществовали с мягкой мебелью из начала двухтысячных и репродукциями полотен известных художников, популярных в конце семидесятых. Посуда из каталогов Бэд баз&Бейонг соседствовала с восточными скатертями и занавесями. Чем дольше Ларри находился здесь, тем больше понимал, почему жильцы не торопились ничего менять. Это место было живым, и оно было способно вдохнуть жизнь даже в такого опустошённого человека, как он.

Непроизвольно озираясь по сторонам, Ларри подошёл к одному из подернувшихся тёмным налётом времени зеркал. Собственное отражение показалось ему слишком серым и скучным для окружающей обстановки.

— Вам бы поговорить, — ненавязчиво сказал Честер, снимая свой тесный серый жилет.

— Мне нечего добавить, — задумчиво разглядывая самого себя, ответил Ларри. — Я сказал, что думаю.

— Я не прошу взять свои слова назад. Просто помиритесь, — Ларри не заметил, как Чес оказался рядом и обнял его со спины, прижимаясь губами к затылку. — Пожалуйста.

От его голоса приятная дрожь пробегала по телу, а от аромата и прикосновений сердце начинало биться быстрее. Ларри понимал, что прямо сейчас им, пусть совсем немного, но манипулируют. Но в конце концов, он ведь уже согласился встречаться с ними, так что нужно было хотя бы попытаться наладить контакт. Только в этот раз, он готов был поддаться на уговоры Честера.

Пересилив себя, он оттолкнул Чеса и поднялся по лестнице на второй этаж. Дверь в комнату Микки была приоткрыта. Обстановка внутри не оставила сомнений — это была именно его комната, хотя квартира явно принадлежала Чесу. Ларри накрыло смутным чувством ностальгии, будто он оказался в своей старой комнате в родительском доме. Со стен на него взирали полуобнаженные мужчины-модели и герои неизвестных Ларри мультфильмов и комиксов. В дальнем углу мигала разноцветными лампочками новомодная стереосистема. Из колонок доносился какой-то странный рваный ритм, явно что-то из современного хип-хопа. Какой-нибудь там Лил «сгенерируйте вторую часть имени в случайном порядке». Сам Микки сидел на кровати, подобрав колени к подбородку. Он практически не отреагировал на появление Ларри, только едва заметно вздрогнул, когда тот закрыл за собой дверь.

Некоторое время Ларри молча смотрел на него, не представляя как вести себя в такой ситуации. Микки был похож на капризного ребёнка, но Ларри не хотелось брать на себя роль родителя. Учитывая характер их общения, это было бы как минимум неправильно.

— Я знаю, о чём ты думаешь, — сипло проговорил Микки, первым нарушив напряжённую тишину.

— И о чём же? — заложив руки за спину, Ларри навалился на дверь и уставился на светлое пятно от настольной лампы, отражённое на потолке.

— Ты считаешь меня эгоистом, но я всего лишь хочу сделать как лучше. Для всех.

— Думать, что знаешь, как лучше для всех, в высшей степени эгоистично, — не повышая голоса, заметил Ларри.

Микки не ответил, только его скулы нервно дернулись, а взгляд стал ещё более отрешённым.