Горькие шоколадки / Bitter chocolate (СИ), стр. 17

Убедив себя, что вмешается, только если ситуация выйдет из-под контроля, Ларри перешёл дорогу. В бистро было людно и шумно. Микки с матерью расположились за последним свободным столиком рядом с выходом. Ларри незаметно нашёл место рядом со стойкой. Близость полицейского участка позволила ему в его тёмно-синей униформе слиться с другими посетителями.

— Мне нужно совсем немного, Микки, и я начну новую жизнь.

— Сколько раз ты уже говорила мне это? — устало произнес Микки, глядя в мутное от разводов стекло. — Самое смешное, что каждый раз я верил. Мне и сейчас хочется верить, мам, что ты действительно завяжешь…

— Я завяжу. Серьёзно.

— …что найдёшь работу, снимешь приличное жильё, начнёшь, наконец, заботиться о себе самостоятельно.

— Так и будет, милый. Я обещаю. Я уже присмотрела неплохую квартирку. Мы даже сможем жить вместе, если захочешь. Только одолжи мне немного.

— Я не могу, — болезненно поморщившись, Микки покачал головой.

— Почему? — удивилась она. — Ты ведь работаешь.

— Уже несколько лет я живу на содержании у своего парня. И то, что я получаю, и я сам принадлежим ему. Это он закрывал твои долги, мама, выплачивал залог за тебя каждый раз, находил тебе адвоката. Я живу с ним в его доме, и у меня нет ничего своего.

— Но ведь он богат, так? — глаза Джули хищно загорелись. — Попроси немного у него.

— Мам, ты вообще себя слышишь?! — высокий голос Микки сорвался до визга.

Окружающие посетители начали беспокойно озираться на них. Микки втянул голову в плечи и сильнее надвинул на голову капюшон. Его взгляд теперь был обращён к столешнице. Пульс Ларри тяжело отдавался в груди. Он не знал, насколько Микки был искренен с матерью, насколько то, что он говорил, соответствовало его внутренним ощущениям. Но слышать такое в любом случае было неприятно. Видеть Микки таким сломленным, потерянным было тяжело.

Ларри напряг слух, чтобы разобрать конец диалога, но его отвлекла освободившаяся официантка.

— Что будете заказывать? — поинтересовалась она.

— Чай со льдом, пожалуйста, — отмахнулся Ларри, стараясь сосредоточиться на разговоре за спиной.

— Сожалею, но мы не продаём чай.

— Тогда кофе, безкофеиновый.

— Сэр, выберите что-то, что есть в меню, — чуть повысив голос, строго сказала девушка.

Ларри опасливо оглянулся назад. Кажется, его всё ещё не заметили. Но риск был велик, а последствия непредсказуемы.

— Тогда ничего не нужно, спасибо, — сказал он, спешно поднимаясь и направляясь к выходу.

В машине он некоторое время размышлял над тем, что услышал. Вероятно, Микки намеренно излишне драматизировал, когда описывал свою жизнь. И всё же это удивило Ларри, ведь он полагал, что вопросы заработка и социального статуса Микки вообще не беспокоят. Ларри рассеянно повернул ключ в замке зажигания. Он собирался поехать домой. Чем бы ни закончился этот разговор Микки с матерью, у Ларри не осталось ни сил, ни желания продолжать свою холодную войну. Хотелось помириться, может быть, даже поговорить, если Микки сам того захочет.

Вопреки ожиданиям Ларри, Микки вернулся домой только вечером. Честер задерживался на работе в компании, и в какой-то момент Ларри пожалел, что не поехал к себе. Чтобы занять себя, он начал просматривать курсы переподготовки для парамедиков. В последнее время он всё чаще задумывался о том, чтобы сменить квалификацию. Останавливал его, пожалуй, только материальный вопрос, тесно связанный с вопросом свободного времени. Всё же совмещать его работу с обучением казалось весьма непростой задачей.

Некоторое время Микки гремел посудой на кухне. Затем отправился в ванную на втором этаже. Ларри с трудом удержался от того, чтобы пойти проверить, в порядке ли тот. Но его излишняя обеспокоенность могла вызвать у Микки подозрения.

Он появился в комнате Ларри сам. Заглянул несмело, задержавшись в дверном проёме. На лице его застыло какое-то щенячье выражение, а глаза странно поблёскивали.

— Ла-арри, можно к тебе? — протянул он как-то нараспев.

Тот кивнул и указал на место рядом с собой на кровати. Микки, грустно улыбнувшись, прошёл в комнату и забрался под одеяло.

— Ты пьян? — Ларри поморщился, учуяв ясный запах крепкого алкоголя. — Говорил же тебе не пить, когда грустно. Алкоголь — депрессант, он угнетает нервную систему.

— Я немного, — прошептал в Микки, прижимаясь лицом к его груди. Ларри на автомате запустил ему руку в волосы. — Я сказал ей всё, что думаю, и велел больше не появляться.

Дыхание его стало тяжелее. Он вцепился Ларри в рубашку. Тот заглянул ему в лицо. Глаза Микки были закрыты, но выражение всё равно было болезненным.

— Думаешь, она послушает тебя? — Ларри легко провел кончиком пальца по складке меж бровей и спустился кончику носа. Микки невольно поморщился и открыл глаза.

— Если нет, буду говорить до тех пор, пока не услышит, — в его голосе появилось что-то отчаянное.

Ларри одобрительно кивнул и погладил его по волосам. Лицо Микки немного расслабилось, даже появилась легкая полуулыбка. Он запустил руку Ларри под пижаму и задержал её на животе.

— Ты больше не злишься на меня? — осторожно спросил он.

Ларри вопросительно хмыкнул и приподнял брови.

— Я осознаю насколько жалкий. Нищий, необразованный, моя мать — наркоманка. У меня хватает толка лишь на подработки. Я понимаю, что не подхожу вам с Честером. И я собирался уйти…

— Куда уйти? — не понял в Ларри.

— …и оставить вас с Чесом вдвоём. Но это оказалось труднее, чем я думал. Я правда люблю и тебя, и Чеса. Я постараюсь не быть таким отстойным, только, пожалуйста, позвольте мне остаться.

Микки с надеждой взглянул на Ларри. Его пьяные чуть раскосые глаза были влажными.

— Микки, ты пьян и несешь какой-то бред, — вздохнул Ларри, мягко погладив его по голове. — Тебе надо поспать.

— Это не бред! Ты прав, я пьян. Но если бы не был, у меня едва бы хватило смелости сказать всё, что думаю, — он приподнялся на вытянутых руках и навис над Ларри.

— Хорошо-хорошо, — тот осторожно похлопал его по спине, призывая и лечь обратно. — В любом случае, мы можем обсудить это завтра. Все вместе.

Микки перекинул ногу через Ларри и уселся сверху.

— Я буду очень стараться, — прошептал он, стягивая с себя футболку.

Он прижался к его губам. Ларри ощутил противный терпкий привкус виски вперемешку с ароматом фруктовой жвачки. Он попытался отстранить Микки, но тот настойчиво лез ему в рот языком.

— Микки, перестань, — строго сказал Ларри, разорвав это смутное подобие поцелуя. Тот виновато вжал голову в плечи. Взгляд его блуждал по геометрическому узору пижамы Ларри. — Я не знаю, что вдруг на тебя нашло. И почему ты решил, что нам без тебя будет лучше. Мне до сих пор кажется, что именно благодаря тебе эта наша связь и существует. Ты — это то, что связывает меня и Честера.

— Это неправда!

— Это правда, но не вся. Мне нравится Чес, но мы с ним слишком похожи, чтобы ужиться в паре. И если уж на то пошло, я не верю, что он сможет долгое время пребывать вне твоей компании. И ещё. Ты никому ничего не должен. Неважно, касается ли это денег или секса. Я уже говорил, что ты имеешь право делать то, что хочешь. Ты не обязан ни под кого подстраиваться и угождать кому бы то ни было.

— Но ты же разозлился на меня из-за мамы! — растерянно возразил Микки.

— Я был строг с тобой, потому что беспокоился. Просто мне знакома эта ситуация. У моего отца были серьёзные проблемы с алкоголем. Когда я уже жил самостоятельно, он часто объявлялся, чтобы вытребовать деньги, которые он якобы потратил на меня в детстве.

— Мне жаль, — сочувственно выдохнул Микки.

— Это всё дела минувшие. Я просто пытался сказать, что понимаю тебя.

Микки тяжело вздохнул и неловко поёрзал на нём сверху. Выбранная им поза не особо располагала к серьёзному разговору, и он, по всей видимости, понимал это. Его руки замерли на плечах Ларри. Он задумчиво прикусывал губу, глядя куда-то сквозь него.