Небо на земле (СИ), стр. 28

Похоже, она была бы счастлива откусить себе язык, но не произносить этих слов.

«Останься!» — как бы Павел не прятал радость, она всё равно пробивалась наружу сочными пучками трав сквозь трещины в асфальте дорожек запущенного сквера.

— Спасибо, — Герман благодарно склонил голову. — Правда, я просил купить продукты всего на троих.

— Шутите? — не поверил Павел. — Да там небольшую армию накормить можно!

— Армию или нет, но время не резиновое, — его прабабка, разом помолодевшая на двадцать лет, уже подвязывала свой идеально отглаженный белоснежный фартук. — Ну-ка, внучка, бегом мыть руки: пора накрывать на стол.

Кроме еды, предусмотрительная Елена Станиславовна озаботилась главными новогодними символами: декоративной ёлочкой в горшке, упаковкой шариков и подходящей деревцу по размеру гирляндой.

— Сто лет не наряжал ёлку, — Герман повертел в руках стеклянную звёздочку с серебряными «дождинками» внутри.

— А мы каждый год, — похвастался Павел. — Куда её поставим? Может, на журнальный стол?

Герман задумчиво прищурился: — От розетки далеко. Поставим на подоконник — шторы Тамара Гильмутдиновна не задёргивает, и места там достаточно.

Нарядная ёлочка идеально вписалась в панораму окна.

— Красота! — Павел включил гирлянду, заставив забегать по веткам разноцветные огоньки.

— Неплохо, — Германа уже интересовало совершенно иное. — Ну-ка, подойди. Увидишь здесь мат в три хода? — он указал на незаконченную Северьяном Васильевичем партию.

Мальчишка нахмурился, соображая. Поводил над доской пальцами, будто двигая невидимые фигуры, и хлопнул себя по лбу: — Точно! Смотри!

Раз, раз, раз — шах и мат.

— Молодец, — не скрывая гордости, похвалил его Герман. — Сыграем, пока у нас есть время?

— Давай!

Как же просто иногда сделать кого-то абсолютно счастливым. И, возможно, именно здесь прячется ответ на тот-самый-вопрос о смысле всего.

— Рапид?

— Почему бы и нет?