Небо на земле (СИ), стр. 23

— Тоже мне «старик»! — фыркнула прабабка. — Ещё пару раз тебе подскажут, а потом сам начнёшь пятидесятилетних юнцов учить.

Вечер тёк своим чередом, и Пашка постепенно расслаблялся: ни глобальная война, ни новое правительство миру пока не грозили. Прабабка и Герман уважительно не переступали границ личного пространства друг друга, оставив привычные властность и бесцеремонность для простых смертных.

Снова всплыла тема дачи, и старики сильно опечалились, узнав, что много лет жили не просто в одном городе, а чуть ли не по соседству со своими друзьями.

— Потерялись мы в шестидесятых, — вздыхал прадед. — Как разбросала жизнь по разным гарнизонам, так и не захотела свести после. Крепко запомни, Павел: настоящую дружбу надо хранить пуще зеницы ока. Это только кажется, будто времени нет и близкие могут подождать, а когда поймёшь: да вот же оно, самое важное! — ищи-свищи ветра в поле.

Пашка кивал и отчего-то вспоминал исчезнувший звёздный шарик. Эх, вот бы он нашёлся! Подтвердил, что плохое позади и дальше всё будет только хорошо.

Из гостей они с Германом ушли вместе: тот пообещал новым знакомым проводить их правнука до дома.

— Так ты давно знал, что наши семьи дружили? — Пашке было ужасно интересно.

— Я вообще не знал, пока не спросил у тебя имена твоей родни. Дед любил вспоминать друзей своей молодости, но ни одной их фотографии у нас не сохранилось. Иначе всё прояснилось бы ещё летом на даче.

Пашка недоумённо моргнул: — Летом? Погоди, неужели ты тогда за мной следил?

— «Следил» — неудачное слово. Собирал информацию.

— Ну ты и… стратег! — Пашка в последний момент подобрал другое слово.

— Благодарю за комплимент, — Германа откровенно забавляло такое искреннее возмущение.

— Ладно, ты знал, как выглядят мои родственники, а вчера спросил про имена. Но разве можно за одну ночь разработать план знакомства?

— Нельзя, конечно. На самом деле, это был сплошной экспромт. Я случайно заметил Северьяна Васильевича у уличного банкомата. Припарковался, подошёл помочь, а он меня узнал. Точнее, узнал во мне деда. Удачно сложилось.

— Везучий, блин, — всё ещё сердито буркнул Пашка.

— Везучий, — согласился Герман. — Причём главное подтверждение моего редкого везения сейчас идёт рядом.

Продолжать обижаться дальше стало решительно невозможно.

***

Восьмого декабря у прадедов была годовщина свадьбы. А вечером шестого в квартире Стожаровых раздалась телефонная трель.

— Тамара?! — мама не верила собственным ушам. — Добрый… Нет, ничего. Конечно, придём. Конечно. Спасибо большое, я помнила, просто не ожидала… Спокойной ночи.

Она повесила трубку и несколько секунд недоверчиво смотрела на телефон, будто не доверяя реальности звонка.

— Ну, чего там? — вышедший в коридор Пашка изнывал от нетерпения.

— Нас пригласили к прадедам на годовщину совместной жизни, — мама выглядела растерянной. — Послезавтра, в семь вечера, у них дома. Форма одежды: парадная.

— Это мне костюм надевать придётся? Блин, он же тесный, как я не знаю что! И рукава уже короткие.

— Купим мы тебе нормальный, — отмахнулась от жалобы мама. — Но вот что им подарить?

— Компьютер!

— Шутишь? Только не с любовью деда к современной технике!

— Не знаю, с банкоматом же он освоился. А прабабка вообще у меня недавно интересовалась, что такое интернет и откуда его берут.

— О господи! — мама села на пуфик у телефонной тумбочки. — Только в интернете Тамары не хватало.

Пашка развёл руками. Он подозревал, кто тихой сапой склонял прадедов к модернизации, но о причинах, движущих «доброжелателем», терялся в догадках.

— Так, — мама решительно хлопнула ладонью по коленке, — завтра у меня лекции только утром, послезавтрашнюю вечернюю я отменю. Возвращаешься из школы, обедаем и едем за покупками. Тебе — костюм, мне — платье и туфли, прадедам… Не знаю пока. Что скажешь про план?

— Нормальный, — «Но если бы ты мне разрешила вообще забить на школу, то было бы намного лучше».

Снегопад начался восьмого в обед, к ночи обещая привести городские виды в соответствие официальному календарю.

— Любимая Тамарина погода, — улыбнулась мама, выйдя из подъезда. Пашка видел, что она очень радуется приглашению, пускай и старается не подавать вида.

Только гости успели поздороваться и вручить подарки (не компьютер, но мобильные телефоны для обоих стариков), как раздался ещё один короткий звонок в дверь.

— Вы кого-то ждёте? — удивилась мама.

— Да, — прабабка извечным женским жестом поправила собранные в строгую причёску волосы. — И я бы хотела, чтобы ты повнимательнее присмотрелась к этому человеку.

Мама сердито сжала губы: и десяти минут не прошло, а она уже пытается «причинить добро»! Но хмурая мина продержалась ровно до того момента, когда гость оказался в прихожей.

— Добрый вечер, Тамара Гильмутдиновна, Северьян Васильевич, — Герман пожал прадеду руку и галантно вручил хозяйке дома огромный букет кроваво-алых роз. «Так вот зачем он о прабабкиных любимых цветах спрашивал!» — понял Пашка.

— Добрый, молодой человек, — прогудел прадед, помолодевший в этот вечер на пару десятков лет. — Разоблачайтесь и проходите: мы хотим вас познакомить с последним членом нашего небольшого семейства.

— Ирочка, это внук наших старых друзей — Герман Стрельников. Герман, это наша единственная внучка Ирина.

— Рад знакомству, — гость вежливо склонил голову.

— Взаимно, — мама держалась непринуждённо, однако её с головой выдавал лёгкий румянец на скулах. — Но, дед, разве ты не забыл о Павле?

— Не переживай, родная, с правнуком они уже знакомы.

— Так и есть, — подтвердил Герман. — Доброго вечера, юноша.

— Вам тоже.

Весь торжественный ужин Пашку раздирали на части противоречивые эмоции. С одной стороны, он пребывал на седьмом небе от счастья: впервые за много лет его семья наконец-то собралась вся вместе, и здесь, с ними, был Герман, как никогда похожий на отпрыска старинного дворянского рода. Но с другой нельзя было не замечать, с каким удовольствием мама отвечает на обращённые к ней реплики нового знакомого. Прабабкино пожелание тоже внесло немалую лепту в душевные терзания, да и сам Герман ни с того ни с сего решил этим вечером включить своё обаяние на полную мощность. «Он хочет понравиться, — вдруг осенило Пашку. — Хочет понравиться моей родне». От этой мысли по спине побежали толпы мурашек: серьёзно, всё совершенно серьёзно, он не шутил про восемнадцатилетие, он…

— Что-то ты, правнук, не голодный сегодня, — добродушно заметил прадед. — Или еда не по вкусу?

— Очень по вкусу! — поспешил откреститься Пашка. — Ты просто себя превзошла, ба.

— Присоединяюсь, — поддержал Герман. — Мне много приходится мотаться по миру в командировках, но такой великолепный эскалоп я не пробовал уже очень давно.

— Благодарю, — прабабка позволила себе показать удовольствие от хвалебных замечаний. — Если не секрет, то кем вы работаете, Герман?

— У меня собственный скромный бизнес. Разрабатываем автомобильную электронику, потом продаём результат заводам, которые уже ставят производство в серию. Словом, ничего особенного или интересного. А вы, Ирина? — обратился он к сидящей напротив маме. — Павел как-то проговорился, что вы преподаватель.

— Да, в нашем университете. Геологический факультет.

— Любопытный выбор профессии.

— Просто мне хватило смелости заниматься тем, к чему лежит душа, — мамин и прабабкин взгляды на миг встретились, лязгнув сталью, и тут же разбежались. Продолжать давний спор не хотела ни одна из них.

— Мужественный поступок, — от внимания Германа не ускользнул ни единый нюанс.

— Спасибо за комплимент, — мама решила перевести разговор в более мирное русло. — Тамара, расскажи, откуда вы с дедом вообще знаете родственников Германа? Я никак не могу припомнить эту историю.