Мотылек и Ветер (СИ), стр. 67

  - Меня тоже.

  Цена

  Вызов поймал меня в тот момент, когда я уже ждала Юргена. Импульс отразился в солнечном сплетении, я набегу набрала номер:

  - Юрка, у меня вызов! - Неловко достала блокнот и кое-как откинула обложку. - На Дворцовой.

  - Удачи. Еду, там найдемся.

  Минут пять, и я добралась до нужных ступенек заброшенного места, распахнула дверь и быстро вошла в большую залу дорогого ресторана. Дворцовая - это короткая улица в самом центре Сольцбурга, где не было жилых зданий, а сплошь коммерческие и административные. Элитная гостиница, столичный банк, представительства крупных компаний страны, два ювелирных магазина и самый дорогой ресторан города "Vintage".

  Вечер понедельника - за столиками больше людей делового общения, переговоров, чем отдыхающих и празднующих что-то. Блеска мало, живая музыка не мешает разговорам. Я окунулась сразу в приятный мягкий свет, пространство, эстетику и лоск дорогого интерьера и почувствовала человека на грани.

  - Лиля...

  Едва шепнула сама себе, увидев за столиком у окна сестру.

  - Полгода путешествий, все расходы за мой счет. Хороший контракт ляжет в ваше портфолио, как бриллиант, и обеспечит карьерный рост. Лично вам - по пятьсот тысяч в месяц. Три миллиона, Лилия, и вы сможете подарить себе самые дорогие апартаменты в Сольцбурге. За одно только ваше "да".

  Сестра с первого слова поняла суть предложения, и ее "на грани" уже происходило. В тот момент, как представительный мужчина напротив нее делал предложение эскорта, описывая все плюсы сделки. Полгода поездок с ним, все его прихоти, все ее послушание, эмоциональное и сексуальное обслуживание.

  Жизнь Лили коснулась меня, приоткрыв ее чувства и недавние события. Она дослужилась до потолка на своей должности, все силы отдала карьере в фонде экологов, но не устроила личной жизни, была одинока. Ухаживать за собой не забывала - выглядела в свои тридцать пять потрясающе - моложе, дороже, холеней. Одежда и прическа со вкусом, украшений минимум, но дорогих и не броских. Никак и никто не мог бы принять ее за женщину, которая может себя продать.

  Этот человек - иностранец, Луиджи Ро, познакомился с ней на благотворительном вечере месяц назад. Стал выказывать знаки внимания, присылать цветы и подарки, приглашал в театр на премьеру, на модную выставку, в этот ресторан на два изысканных обеда. Сестре он нравился по всем параметрам - от возраста и внешности, до галантного обращения и ума. Она подумала, что у них начался роман. Настоящие и долгие отношения, с такой приятной прелюдией его обходительности.

  - Прекрасная Лилия, давайте сделаем так. Я выйду на пять минут, выпью бокал вина в баре соседнего зала, и вернусь. Если вы останетесь за столиком, я сочту это за согласие и завтра же мы улетим в столицу, чтобы начать тур. Если я вас не увижу, то, - он улыбнулся, - очень буду сожалеть. Сожалеть о том, что такая прекрасная жемчужина останется в этом красивом, но все же маленьком городке.

  Я подошла ближе к столику, осторожно и маленькими шагами. Меня не замечали ни посетители, ни персонал, но сама Лиля могла увидеть, если ее вызов был особенным. Нет, сестра сидела, погруженная в свои мысли, и я буквально читала их.

  Она рождена для другой жизни, она к такому и стремилась все свои сознательные годы, поставив цель еще в школе - выучиться, обрести престижную должность и финансовую независимость. Это - свобода. Это - возможности. И вот, цель почти достигнута, будет все и сразу, как хотела...

  - "Только какой ценой, миссис Рис? Самоуважение вы не вернете ни за какие деньги мира".

  Я процитировала любимый роман сестры. Она девчонкой зачитывалась им, была влюблена в главного героя и сопереживала героине. Выписывала фразы оттуда в дневник и грезила - как она тоже, бедная девушка благородного происхождения, отказывает графу в предложении стать его содержанкой. Лиля светло улыбнулась от воспоминания и все в ней повеселело. Дохнуло юностью, идеалами и романтическими мечтами. И что она еще думает? Конечно, "нет"!

  - Я не продаюсь, граф...

  Допила свой бокал, аккуратно положила салфетку на столешницу и встала. Пошла на выход мимо меня, очень близко, и я не удержалась - коснулась пальцами ее локтя. Мы такие разные, как из разных миров, но все же кровные родственники и не враги друг другу. Она знала мое детство, я ее отрочество. Мы знали наших родителей, хоть и смотрели на них разными глазами.

  - Будь счастлива, сестренка.

  Лиля замедлила шаг, даже осмотрелась осторожно, тронула себя за руку - как раз в том месте, где ее же коснулась я. Почувствовала. Не увидела и не услышала в упор, но ощутила на уровне подсознания. И меня пока не отпустил вызов - я знала, как ей горько от разочарования. О Луиджи Ро она думала иначе и ждала другого. Достойный человек пал в ее глазах, и что тогда ждать от других мужчин, рангом пониже? Нет по-настоящему благородных.

  Конечно, они были. Только Лиля вряд ли бы согласилась с таким есть пирожки в столовой, при всех достоинствах кавалера. Все должно быть в одном - и достаток, и интеллект, и статус, и рыцарство. А что взять с "простого" мужчины?

  Я пошла буквально по пятам, к выходу. Она не оборачивалась, и не увидела меня после, уже на ступенях дорогого ресторана, когда история отпустила и я нарисовалась в реальности для всех.

  - Сойдите на тротуар, пожалуйста.

  Швейцар оглядел меня и через губу попросил. В сравнении со здешней публикой я - бродяжка, и даже дорогие детали одежды не помогли бросить пыль в глаза. Видавшие виды пальто и сапожки, ни макияжа, ни прически, ни аромата парфюма шлейфом. Простоволосая и бледная.

  - Да, конечно.

  Если Юрген тут появится, он тоже будет смотреться черной вороной среди журавлей. Мой "Принц", как его обзывала Катарина с издевательской заменой "и" на "ы". Мой чуткий и внимательный Юрка.