119 дней до тебя (СИ), стр. 105

Неохотно оторвавшись от прекрасного лица, её глаза метнулись к электронному будильнику, стоящему на прикроватном столике, и обратно:

— Какое из тысячи?

— В котором ты посылаешь меня нахрен.

Прыснув, не в силах сдержаться, девушка, тем не менее, быстро успокаивается. На душе полегчало.

— Итан, — произносит, чувствуя, как пылает на губах любимое имя. Старая рана в груди запульсировала, готовая вскрыться, едва ему стоит исчезнуть. — Итан, я не писала тебе ничего подобного.

— Хах, — как-то невесело посмеивается он. — Не веришь мне… Почему ты не веришь?

— Дело не в этом. — вскидывает брови девушка. — Эти сообщения мои и я точно знаю, что писала.

— Нет, не знаешь! — возрожает он лихорадочно и начинает шарить по карманам, — Ты просто не помнишь, от расстройства. Это было… Погоди-ка, — нащупав айфон, вынимает и, судорожно водя пальцем по экрану, ищет нужный чат. — Вот.

Сузив глаза, Нура принимает в свои руки его сотовый.

Я не хочу тебя видеть…

… эгоистичный лжец…

Не приближайся ко мне… Оставь в покое.

Я ничего больше не хочу.

— О! — срывается с губ на чьи-то чужие, необычайно правдивые слова. — От меня.

— Ты что, правда, не помнишь?

— Итан…

— Не важно! Я лишь хочу сказать, что, хоть это и не оправдание моим дальнейшим тупостям, но это твоё сообщение всё изменило. До меня только в этот момент дошла вся серьёзность того, что я натворил…

— Оно не моё!

— Что? Нура, я не виню…

— Ещё бы! Не моё, говорю же! Да и не так всё там… безжалостно. Покажи, когда оно пришло. В три часа? К этому времени я уже прекратила попытки связаться. Ты пропал. Ни единого звонка, ни буквы… и при этом, ты был в наиполнейшем порядке. Я уже отлично была в этом уведомлена.

— В «наиполнейшем»? Что это значит?!! «Уведомлена»… Кем?! Да я башкой об стенку от бессилия бился! И, что ещё за «ни буквы»? Я телефон оборвал, а ты меня беспощадно заблочила!

— Ох, — устало жмурится Нура, потирая виски, — Перестань, никто тебя не блочил. — но на его совершенно невменяемый вид, ничего больше не придумала иного, как просто сунуть ему в руки свой сотовый. И какого́ же было её удивление, когда Итан оказался прав. Его номер действительно находится у неё в чёрном списке.

— Невозможно. — проговорила затравлено, — Я бы никогда так не поступила. — но задумавшись, решила, что третье слово последнего предложения было лишним.

— Кто же тогда? — вовсе не ей задаёт он вопрос. На глазах меняется в лице, больше не чокнутый. Потирая подбородок, отступает и, вдруг, рычит одно единственное имя. — Кристалл, чтоб её!

— Нура! — окликает Элла. — Я нашла твой телефон!

— История повторяется, — посмеиваются кошачьи глаза. — Я обожглась и хочу тебя предупредить о том же.

— Чё-ёрт. — доходит до девушки.

— Вот тварь! — в бешенстве орёт Итан, сжав кулаки, — Ну просто бесчеловечная стерва! Конец ей, — бросается к Нуре, — Обещаю, вернусь и разорву ведьму в клочья! Заставлю её оставить нас в покое. — и уткнувшись в плечо, обнимает так, что рёбра трещат, — Это всё меняет… — судорожно бормочет в волосы. — Боже, как же я рад…

— Дышать не могу! — пищит девушка и он ослабляет хватку, однако из объятий не выпускает. С величайшей осторожностью подталкивает к кровати, усаживает и гладит по щеке.

— Посмотри на меня. — просит мягко, в голубых глазах неистовое волнение. — Нура, я так люблю тебя…

Невероятный сон — реальность. «Уму не постижимо!»

Мысли кружат в бешеном вихре. Если она сейчас откинется на подушки то, без сомнения, с пугающей быстротой провалится в забытье. Смятение и усталость накрывали с головой.

Сладостный бред продолжается. Любимое лицо, голос, запах — всё это куда лучше, чем помирать на полу ванной.

— Замолчи. — непослушно вырывается у неё, с сожалением в голосе. — Замолчи и… убери от меня свои руки.

Прекрасный плод её больного воображения с тревогой уставился, наблюдая за чередой отражающихся на её лице карусели эмоций.

— Это не меняет того факта, что ты так просто оттолкнул меня. — каким-то чудом удаётся ей произнести без запинки.

Пенная кристальная синева радужки сужается, чёрные, как смоль, зрачки — увеличиваются вдвое.

— Что? — не своим голосом переспрашивает он. — Я же не… Я не знал.

— Да, я понимаю. — почти плачет Нура. — Понимаю. Не знал, и всё же… Ты поверил этим словам и даже не захотел ничего выяснить.

— Хотел… пытался. Я…

— Итан! Это не моё смс, но то, что в нём сказано — сущая правда! Она словно выжжена у меня внутри, она — самое реальное, что существует сейчас между нами.

«Нет-нет!» — мотает он головой. — Нет.

— Да. — кивает она, роняя горячие крупные слёзы. — Из-за одной вещи, из-за чёртовой вещи… ты позволил всему разрушиться.

— А как же ты? — отстраняется он. — Да, признаю… я поверил в то, что стал тебе не нужен. Я видел это собственными глазами. Только вот, как же ты сама-то в это поверила?

— О чём ты говоришь?

— О том самом, Нура, на букву «с». — его передёргивает… палец тошноты тычет в живот. — О Смите. Я знаю о вас! Он здесь, в Техасе. Знаю. И всё равно, через всё переступил, только бы быть сейчас тут, с тобой. Я миллион раз повторял, что люблю тебя, а ты позволила одной единственной моей глупой ошибке подорвать веру в мои чувства. Почему?

— Потому, что твоя любовь всегда казалась невероятной. — её голос срывается буквально через слово. — Проще было поверить тому, что я тебе не нужна, нежели тому, что настолько небезразлична.

Бирюзовые стены бледнеют в опьяняющем полумраке ночи. Искажаясь, растворяются в темноте, лишь стоит закрыть глаза. Морозная свежесть из приоткрытого окна, плавно лаская, касается пылающей кожи… спасает и не даёт задохнуться.

— Мы созданы друг для друга. — шепчет девушка, обретая то, что никогда бы не отпустила, и, в тот же миг осознаёт истинность своих слов. «Как две половинки одного целого».

Он склоняется над ней и она уже не может отстранится… сила воли рассыпалась в прах.

От поцелуев кружится голова. Обхватив икру, он закидывает её ногу себе на пояс… сердце отбивает судорожный ритм, дыхание сбивается. В движениях больше нет осторожности, жадно блуждая пальцами по любимому идеальному телу, в перерывах, она стягивает с себя носки и принимается за майку…

«Раз уж решила себя губить, взамен нужно получить как можно больше».

— Нура, — жарко произносит он ей прямо в ухо. — Перестань, наконец, срывать с себя одежду.

— Хочешь сам это сделать?

— Не сегодня. — его бархатный голос словно часть темноты. Очертив контур её губ, Итан лукаво улыбается и, отпрянув, опускает ей на грудь свою голову.

— Ладно, — дыхание и пульс, предательски, никак не приходили в форму, — Раз не хочешь… то и я тоже. — соврала, чувствуя совершенно невыносимое противоположное.

«Не хочу его, как же!!!»

— Ты ведь прекрасно знаешь, что хочу. — мурчит он, посмеиваясь. — Но не могу позволить этому случится здесь, под крышей дома Ника.

— «Под крышей Ника». — передразнив его, фыркает она, — Она и моя тоже. — и отталкивает, заставив перевернуться на спину. А, натянув повыше неудобные джинсы, поправляет майку и поскорее прижимается обратно, обвивая руками его ароматную шею.

— Нам нельзя шуметь. — теперь его губы двигаются медленнее, целуя её щёку. — Мне и так стыдно за то, что я обманул миссис Прайнс, притворившись спящим. Представляешь лицо, своего дяди завтра за завтраком?

Девушка хихикает. — Ты ему нравишься. Не в каждого он целится из ружья.

— Не напоминай.

В воздухе почти физически летает сладость примиренья. Они в самом деле успокоились и какая теперь разница, что будет дальше — они есть у друг друга, и у них есть большая дружная семья — самая главная драгоценность, которой они безумно радуются. И не важно, что ещё несколько часов назад ей хотелось убить его, да и вообще всех… они уже во всём разобрались. Главное, не цепляться за эту веру в доверие, а жить и дышать рядом с теми, кого безмерно любят и несомненно полюбят чуть позже.