Игра. Я поймаю тебя (СИ), стр. 43

И это ее «м-м-м» доводит до оргазма за считанные секунды.

— Завтра поедем домой, — прижимаю ее к себе, а сам пытаюсь отдышаться, — нечего здесь валяться.

— Нечего, нечего… а то там всякие Беллы ходят с Машами. Глазки тебе строят.

— Ох, как, — улыбаюсь, — только вот я не сплю с прислугой.

— Хочется верить.

— Ева, знаешь, кто такая Белла? — заглядываю ей в глаза.

— И кто?

— Дочь Геворга. А Геворг моя правая рука и очень, очень опасный мужик. Он преданный, принципиальный, обязательный, но обижать его никому не посоветую. К слову, Белла вот-вот замуж выйдет. Так что, ее опасаться не стоит. Что до Марии, у нее годовалый ребенок и муж военный. Кира тоже замужем и сейчас на втором месяце беременности. У меня есть два важных правила по жизни, я никогда не лезу в семьи — это раз, никогда не пользуюсь своим положением в отношении наемных работников — это два.

— Надо же, — ложится мне на плечо, — никогда бы не подумала, что они уже все занятые.

— Я специально подбираю таких. Чтобы были семейные.

— Белла дочь Геворга, обалдеть.

— Угу.

— Как же я все-таки мало о тебе знаю.

— Узнаешь, малыш. Буду тебе каждый день перед сном рассказывать о себе.

— Извини, что весь отдых запорола.

— Ну, допустим, гипс отдыху не помеха. Разве что плавать не сможешь. Но если что, можем перенести на пару месяцев.

И она снова целует. Моя девочка вошла во вкус, а главное, перестала бояться. Наверно я сам немного того, но ждать больше не хочу, завтра же поедем в ЗАГС. Я не имею права ее потерять. Ева станет моей женой.

— Ты чего такой напряженный? — возвращает в реальность.

— Да так, разрабатываю стратегию на завтра. Тебе платье надо?

— Прости, какое платье? Для чего?

— Я тут подумал, нечего нам тянуть. Я моложе с каждым днем не становлюсь, так что, завтра выйдем из больницы и того…

— Ты серьезно?

— Абсолютно.

- Ян, может, все-таки не стоит нам торопиться. У меня этот гипс дурацкий, буду как калека.

— Ева, я люблю тебя, хочу жениться, а когда мужик хочет жениться, лучше его не останавливать.

— Хорошо.

Оставлять ее одну не хочется совершенно, но Еве нужно как следует отдохнуть, а мне подготовиться к завтрашнему дню.

Глава 51. Ева

Обалдеть! Просто обалдеть! Сегодня я стану женой Игнашевского.

Что называется, с корабля на бал, вернее, из больницы в ЗАГС. И я даже не знаю, как ко всему этому относиться. Все слишком быстро. Да, я его люблю, он уже въелся в сердце, в душу, в мозг, пропитал собой мысли, без него уже всё не так. Но… не слишком ли мы спешим? Нашим странным отношениям едва ли месяц. А Яна не переубедить, прет как танк.

— Привет! — появляется мой волкодав, и когда вижу его, все сомнения резко улетучиваются.

Он выглядит офигенно — черные брюки, белая рубашка и черный жилет. Две верхние пуговицы рубашки как всегда расстегнуты, рукава засучены, отчего на груди и руках виднеются татуировки. Разве что шляпы не хватает, а то был бы вылитый чикагский гангстер.

— Привет, — не могу оторвать взгляда от этой породистой зверюги. — Ты уверен, что хочешь взять в жены такую замарашку, как я?

— Не просто хочу, а прямо-таки жажду. Смотри, — кладет на кровать чехол.

И когда расстегиваю, нахожу внутри черные брюки и белую блузку с белым жилетом. Причем блузка с очень-очень широкими рукавами.

— Уверен, что мне подойдет? — смотрю на Яна с прищуром.

— Уверен. Я твои размеры знаю.

За час успеваю и душ принять, благо, в палате есть свой, и собраться. Что ж, Ян удивил и поразил. Наряд сел как родной, и образ получился шикарный, куда интереснее традиционного платья с фатой.

— Ну, как? — выхожу из душевой при полном параде.

— Очуметь как, — засовывает руки в карманы. — Тебе сегодня давали обезболивающее?

— Да, но уже меньше, чем вчера. Не хочу плавать весь день.

— Тогда идем. Выписку я твою получил, рекомендации есть. Будем восстанавливаться дома.

— И все-то у тебя схвачено, — подхожу к нему, — поцелуешь?

— Только после того, как перед ответственным лицом ответишь мне «да», — ухмыляется этот Минотавр.

— Ох, как… ладно, ладно. Вот возьму и отвечу «нет».

— Тогда я тебя выпорю, — накрывает ладонями мой зад. — А потом снова притащу в ЗАГС. И так по кругу, пока не ответишь согласием.

— Уговорил.

Через полтора часа мы оказываемся в том самом ЗАГСе, моя же паника выходит на новый уровень. Сегодня я выйду замуж! Вот так спонтанно с загипсованной рукой, накачанная таблетками и до жути влюбленная в того, кого ненавидела еще пару недель назад. И мы оба красивые стоим напротив стола, за которым миловидная дама вещает нам о важности семьи и прочих морально-нравственных ценностях.

— Так что, Краснова, станешь моей женой? — притормаживает даму, уже намеревавшуюся задать главный вопрос.

— Да, Игнашевский, стану.

— А я стану твоим мужем, — и осторожно надевает мне на палец, перепачканный гипсом, кольцо.

— И пока смерть нас не разлучит, верно? — надеваю кольцо на его палец.

— Именно так.

— Теперь-то поцелуешь? — кажется, мы сейчас здесь одни, потому что всё вокруг перестало существовать. Есть только он и я, и еще дергающая боль, но ничего, терпеть я умею.

— Ага…

Наверно, сегодня Ян поцеловал меня действительно по-новому, как жену — нежно, чувственно, хотя под конец все равно прикусил засранец. Такой уж он… Игнашевский.

А на выходе из святая святых нас встретил Геворг при костюме и галстуке, да еще и горсткой риса в нас запустил:

— Чтоб всегда так жили, — пробормотал с улыбкой. — Куда дальше?

— Домой, — пожал плечами супруг, затем склонился ко мне и прошептал, — наследников делать.

Но в машине меня конкретно накрыло — разревелась белугой, честное слово. Накопилось столько всего. К счастью, Ян не стал ничего спрашивать, просто дал хорошенько прореветься. А когда я успокоилась, наконец-то поняла, что имею право на счастье.

ЭПИЛОГ

Четыре месяца спустя…

Ева

— Ян? — нависаю над дрыхнущим без задних ног муженьком. — У меня хорошие новости.

— Получила пятерку за контрольную? — не открывая глаз, хватает меня, затаскивает в кровать и прижимает к себе. — Поздравляю, — после чего снова засыпает.

Вчера он вернулся домой из недельной командировки, приехал поздно ночью совершенно никакой. И вот уже двенадцать дня, а проснуться все не может. Ну, ничего, сейчас проснется.

— Я получила двойку, — обнимаю его.

— Бывает, пересдашь, — бормочет.

— Целые две полоски, Ян. На такой белой палочке, на которую надо пописать.

— Ничего страшного, случается и пописать… — все еще не доходит до моего волкодава.

— Игнашевский, ты дурак?

— Нет, умный… дурак бы не заключил контракт на годовые поставки, — открывает один глаз. — Что ты там сказала? Какие палочки с полосками?

— Боже, с тобой невозможно, — и поворачиваюсь к нему спиной. — Беременна я.

Вдруг меня укладывают на спину:

— Точно?

— Да, Ян. Сегодня утром сделала тест.

Вдруг он поднимается, уходит в ванную, откуда возвращается спустя минуты три уже бодрый и с горящим взглядом, но не успеваю я и слова сказать, как этот Бронтозавр стаскивает с меня одеяло, а через мгновение припадает губами к низу живота.

— То есть, там теперь сидит мини Игнашевский?

— Угу, не зря ты так старался последний месяц. Затрахал меня вконец, но своего добился, — накрываю рукой его голову и направляю пониже. Все-таки неделя без него мне далась слишком тяжко.

И следующие пять минут я отсутствую на планете Земля.

Да, мой Минотавр во всем лучший, даже в своей вредности и обидчивости. Мы же повздорили перед его отлетом. Ян разобиделся за то, что я не захотела лететь с ним. А я не могла, потому что институт никто не отменял. И при всем желании быть с любимым волкодавом, была вынуждена учиться и восстанавливать свое доброе честное имя перед слегка неадекватными преподавателями.