Женитьбу не предлагать (СИ), стр. 27

— Этого не хватит, — произнес Парис, — Ступай прочь отсюда!

Арета медленно уходила прочь от кузни, ведя под уздцы коня. Слезы застилали ей глаза. Она и не заметила, как перед ней возник сам кузнец, и врезалась в него.

— Простите! — пролепетала девушка.

— Что случилось? — ласково поинтересовался Дорасеос.

— Мне отказались подковать коня. Но он нужен моему отцу, чтобы съездить на ярмарку на следующей неделе, — вытирая слезы, рассказала Арета.

— Сейчас подкуем твоего друга! — воскликнул Дорасеос. Когда Арета полезла в мешочек за деньгами, он остановил её руку. Ладонь же у него мозолистая, но ласковая. — Я с тебя денег не возьму.

Кузнец увел коня, а девушка стремглав помчалась домой. Её щеки пылали — никто, кроме родителей, не был так ласков с ней.

Вечером же явились сваты от кузнеца, и он сам — Арета надеялась, что Парис просит её руки. Однако отец быстро разубедил её в этом — и тогда девушка сбежала.

Арета все шла и шла быстро к реке, что протекала за деревушкой. Она ведь надеялась выйти за сына, а не за его отца! Присев на песчаный берег, она горько разрыдалась.

Вдруг из воды вышла девушка в прекрасном наряде, почти открывающим её белое тело. А в её длинные ниспадающие волосы вплетены веточки деревьев.

— Кто ты? — испугавшись, спросила Арета.

— Я наяда, дочь речного царя. Я пришла, чтобы помочь тебе, — голос незнакомки походил на журчание ручейка, — Умойся моей водой и станешь красивой.

Арета настороженно посмотрела на деву реки, а потом все же последовала её совету. Вмиг её лицо стало прекрасным — глаза не косили, нос уменьшился, а веснушки пропали. И отражение в водной глади впервые порадовало деревенскую уродину.

— Тебя будут видеть красивой те, кто изначально видел твою красоту, — проговорила наяда, — Но помни: если до исхода этого месяца тебя не поцелует тот, кто тебя любит, то твоя красота пропадет навек.

Речная дева исчезла и Арета осталась одна. Домой она возвращалась бегом, позабыв про сватов и предостережение. Однако первой к ней выбежала мать, затем отец, а потом появился и сам кузнец.

— И каков твой ответ? — спросил Дорасеос.

— Я не выйду за вас, — ответила Арета.

На следующий день она сама пошла в кузню, чтобы поговорить с Парисом. Но тот отверг её, назвав уродкой. Она, опустив плечи, побрела в конюшню, чтобы забрать верного друга. Вывела Ветра из стойла, расчесала гриву и проверила подковы.

— Арета. — позвал её Дорасеос. Она от неожиданности чуть не подпрыгнула до потолка. — Милая Арета!

Кузнец шел прямо к ней, и нигде нет возможности спрятаться. Девушке его вид показался грозным, она не знала как себя вести с ним. Она зажмурила глаза, ожидая удара, но Дорасеос лишь на несколько секунд прижался к её губам своими и отступил на шаг.

— Какое сейчас число? — открывая глаза, спросила Арета.

— Месяц на исходе, 30, — удивленно ответил мужчина.

Если кузнец и вправду её любит, то она останется красивой на всю оставшуюся жизнь. Но об этом думать даже страшно! Она забрала коня и ушла.

Прошла ночь, начался день. Однако красота от Ареты никуда не делось. К вечеру опять явился кузнец со сватами. И девушка согласилась стать его женой.

Через месяц сыграли свадьбу. на которой гуляла вся деревня. А сын кузнеца куда-то сбежал с другой девушкой. А через год дошли вести, что Парис и та девушка скончались в городе от чумы.

Красота ведь должна быть не только снаружи, но и внутри.

— Это самая лучшая сказка, которую я слышал, — проговорил Ушастик.

— А у эльфов они разве другие? — поинтересовалась я, заглядывая в его глаза.

— Другие, — ответил Арнаэль, — в них больше жестокости.

— Расскажи! — просили люди, приготовившись слушать новую историю.

— Хорошо, — согласился эльф. Сделав глубокий вдох, он начал свое повествование:

— Давным-давно пробудились эльфы возле прекрасного озера. Не знали они вражды, алчности и сластолюбия. Бог Вера отправил своих посланников, чтобы встретить эльфийский народ и даровать им бессмертие. Но испугались рожденные звездами, приняв посланников за духов тьмы.

Часть ушла в темень лесов, в подземные царства гномов. Часть выбрала свет Вера. Так появились Темные и Светлые эльфы.

Два народа жили отдельно друг от друга, а браки между ними стали редкостью. Темные эльфы выбрали магию подземных источников, Светлые — магию лесов и полей.

Темные стали служить Тьме, воплотившейся в Мауроне. Они развязали войну, в которой столкнулись народы Донауворта. Много полегло на поле боя. Но только Светлые победили в этой бойне, а Темные спрятались в непроходимых чащобах, вырождаясь со временем.

— И почему ты мне не рассказывал об этом? — удивилась я.

— Потому что отголоски той войны видны до сих пор, — не стал медлить с ответом Ушастик, — и хоть Темных эльфов, действительно, мало, они могут вредить нам. Невеста Светлого обязана знать об этом.

Да уж. Мало того, что нас везут в неизвестность, так и Арнаэль решил «вовремя» предупредить об опасности. Интересно, а он женится на мне или нет?

Я многого не знаю о Донауворте! Обидно. Радует, что моя служба в Банке идей закончится в этом году. Где бы я ни оказалась, магическая нить, связывающая меня с ним, оборвется сама. И также произойдет с Ушастиком. Именно в этот период незамужние дамы должны выйти замуж.

Эх! Или стать женой эльфа или умереть старой девой. Хорош выбор.

Глава 24. Остров странностей

Путешествие закончилось резко. Под дулом ружей и обнаженных сабель мы сходили на землю с корабля по трапу.

Нас привезли на остров. Остров, где жили только дети. Пропавшие. Ушедшие из дома на зов Пэна Питера.

В платье ощущала себя неудобно. Постоянно путалась в зеленом бархате. Вставка, что перекрывала глубокое декольте, не спасала совсем. Идти становилось труднее — распущенные волосы постоянно лезли в глаза. Но то, что увидела потом…боги!

С десяток разновозрастных Алис спорили кто из них Алиса. Два Безумных Шляпника загадывали друг друга загадки, чтобы выяснить кто из них тот самый Безумный Шляпник.

Три Белоснежки — одна в синем платье, другая — в штанах, рубашке и сюртуке и луком за спиной, третья — в желтом платье пытались доказать друг другу, что она — та самая Белоснежка. Две Злые королевы пытались понять кто из них прекраснее всех.

Два Пэна Питера — один подросток в зеленых штанах и рубахе, другой — мальчик на вид лет восьми в зеленой шляпе с пером громко выясняли, кому из них принадлежат пропавшие мальчики. И чья конкретно девушка по имени Венди.

К Белоснежкам потом присоединилась женщина в теле. Её кожа имела зеленоватый оттенок. Спор набрал новые обороты — теперь Белоснежки пытались доказать друг другу, что лучше всех призывают птиц и животных и шьют себе платья.

Капитан Крюк поздоровался с другим Капитаном Крюком — с седыми волосами, в красном камзоле и черных штанах.

Что же здесь твориться-то?! Мне не дали обдумать — пленников развязали и отпустили. Видимо, это наказание.

Мне хотелось присоединиться к мальчишкам, что стреляли из лука, голосили и бегали как сумасшедшие. Ушастик, естественно, меня не пускал. Но, когда он на секунду отвлекся, я смогла развлекаться с мальчишками.

Меня даже научили стрелять из лука и попадать точно в цель. А еще… я вдруг почувствовала себя потерянной. Черт возьми, мне понравилось!

Мальчишки развели костер и плясали вокруг него. И я была среди них. Веселилась. Танцевала. Пела песни.

— Ивет! — упорно звал меня несносный эльф. — Ивет!

Все оборвалось в один миг. Я нужна ему. Я больше не потерянный ребенок.

Пелена будто спала с глаз. Легкое головокружение заставило прислониться к дереву. Стало легче.

— Что происходит? — спросила я у подошедшего Ушастика.