Ждать у моря погоды, стр. 14

Следователь скользнул взглядом по статной фигуре Наташи, подчеркнутой джинсами и футболкой, по ее крупным красивым чертам лица. "Понятно. Его, наверное, раздражали самим фактом своего существования все привлекательные женщины - за то, что они его игнорировали. Человек, довольный жизнью, не будет обдавать всех вокруг желчью. А вот невезучие нередко бывают озлоблены на весь мир. Хотя сейчас еще и мода пошла на мизантропию и социофобию, даже новые кумиры у молодежи появились - всякие Джокеры и Доктора Хаусы! Моя Нина тоже от таких тащится, - вспомнил следователь свою дочь-девятиклассницу. - А Коган его бесил своей успешностью, уверенностью в себе, моральной силой. Бесил по контрасту потому, что сам Куропаткин ничего в жизни не добился, судя по тому, что я узнал, он уже четверть века трудился автомехаником в своем Лисьем Носу и не был работником, за которого руками и ногами держатся... Жена от него уехала в Питер еще лет 15 назад, детей не было. Почему он привязался к Когану и Навицкой, понятно. И почему задергивал замечаниями всех вокруг, тоже..."

Наташа тоже задумчиво смотрела на следователя, изобретая способ предложить ему помощь так, чтобы он не смог отказаться. А что, если пообещать вывести его в следующей книге - умный и находчивый следователь, который помогает Кате Савской распутать очередное дело. Согласится ли на это Аверин? "Одна голова хорошо, а три - еще лучше. Он пока ищет человека в кепке, а мы попробуем аккуратно выяснить, кого и чем пытался шантажировать Куропаткин. Но надо заручиться поддержкой следователя, чтобы не получить по шеям за то, что суем нос и путаемся под ногами!".

Когда следователь аккуратно записал ее показания в протокол, Наташа перешла к делу.

- Иногда жизнь подбрасывает такие события, что нарочно не придумаешь, - сказала она. - Может я даже напишу об этом чуть позже, когда будет завершено следствие...

- О Джамете и "Волшебнице"? - заинтересованно посмотрел на нее Аверин.

- А почему бы и нет? И рядом с Катей вывести образ следователя, с которым они расследуют преступление...

Глаза следователя заблестели, и Навицкая поняла, что он хочет стать героем книги любимой писательницы. И девушка выпустила следующий шар:

- Кстати, не исключено, что Куропаткина убили из-за попытки шантажа. Вчера вечером, перед ужином, я случайно услышала, как он требовал от кого-то деньги за молчание и говорил, будто сделал видео со звуком, разоблачающее какую-то страшную тайну, - о грузе на переправе Наташа пока умолчала, желая сначала самой выяснить, где зарыта собака. - Я искала аптеку, спутала направление и уперлась в трансформаторную будку на задах. А из-за нее услышала разговор.

- С кем?

- Не рассмотрела. Я пряталась в кустах, и мне приспичило чихнуть. Пока я подавляла позыв, Куропаткин и второй человек уже ушли.

- Ну а о какой тайне шла речь? Вы что-то поняли из их разговора?

- Протестую, - вмешался Ефим, - Наталья Викторовна уже сказала, что собеседники пользовались общими фразами без конкретики. Вы повторяетесь, это расценивается, как оказание психического давления на свидетеля!

Следователь помрачнел. С местными работать проще, для них "люди из органов" - до сих пор непререкаемый авторитет, и никто не придет давать свидетельские показания с адвокатом. Да и адвокаты местные - не чета этому зубру. Выставить бы его в коридор - да себе дороже - завалит жалобами все инстанции, еще и по шапке из-за него надают.

- Я поняла одно, - ответила Наташа, - что человек, которого шантажировал Куропаткин, живет в номере с видом на море.

*

Через полчаса Наташа вышла и устало опустилась на скамейку возле административного корпуса.Футболка прилипла к спине, снова пекло щеки. Трудно было одновременно стараться не сболтнуть ничего лишнего, но и не попасться на утаивании информации...

Наташа решила дождаться Когана, которого Аверин опрашивал сейчас, и достала из сумочки "Колдрекс" и бутылочку минеральной воды. Выпив лекарство, она подумала: "Не расклеиться бы! Это сейчас ни к чему!".

Но ей удалось добиться согласия Аверина на совместную работу в пансионате, а это значит, что она будет иметь доступ ко всей оперативной информации дела. То, что здесь, в Джамете, неожиданно мелькнул "крымский след", насторожило Навицкую, и теперь она не остановится, пока не прольет на него свет.

"Чужих здесь нет, территория тщательно охраняется. Дырки в заборе находят и заделывают прежде, чем к ним проляжет "народная тропа" - все, чтобы отдыхающие чувствовали себя спокойно в безопасности. У всех ворот и калиток дежурит охрана. И это не клюющие носом бабули с вязанием и не старички с берданками, а крепкие парни из охранного агентства, - Наташа вспомнила рубашки с эмблемой на местных "Фарамантах". - Незаметно сюда не пролезешь, если у тебя нет карточки жильца или удостоверения сотрудника пансионата, или приглашения от кого-то из жильцов. То есть, убийство совершил кто-то из "Волшебницы", и скорее всего - человек, живущий в нашем корпусе. Вот весело!" - Наташа достала сигареты, но взгляд уперся на запрещающую табличку у входа. Девушка нехотя поднялась со скамейки: "Не многовато ли их тут понавертели?". И зашагала к пляжу.

По дороге ее обогнали две пышущие праведным гневом молодые женщины.

- Нормально, вообще? Типа, никто не уедет, пока идут следственные мероприятия! Щас, так я и послушалась! Да пошли они лесом, дауны!

- Да жесть, надо в блоге запостить! Я ребенка в Алупку везу, в профилакторий для легочников, а тут сиди в этом Джамете!

- А меня в Коктебеле друзья ждут на биеннале, и ваще, на фиг мне торчать там, где людей убивают? Преступника пусть ловят и сажают, ментам за это деньги платят, а я этого чела не убивала и нефиг меня прессовать!

- Ваще! Охраны всюду до фига, вчера гуляю с малой, она в туалет захотела, мне влом было искать, хотела ее за скамейку завести, тут же наскочил, барбос, мол, не положено, штраф, все, блин, видят, а у них под носом чела грохнули, а они это про...ли!

- Да этот чел всех тут заколебал, фиг его знает, кто его прибил. Но точно не я, - заржала любительница биеннале.

- И не я, хоть и хотелось! Чайлдфри злобный, детей прямо ненавидит, на мою малую сказал, чего она орет сиреной? Ваще! Она же маленькая! Он че, совсем не в теме?

- У самого, небось, детей нет, какая дура такому даст! - фыркнула богемная особа.

- Да никакая! - выпалила оскорбленная в лучших чувствах молодая мать. - И нефиг людей задерживать из-за этого урода. Пошли они... Возьму малую и уеду, у меня путевка! И ваще, я - мать!

- Лучше не делайте этого, - посоветовала Наташа. - Вас не выпустят. Да еще и заподозрить могут, что вы не просто так убегаете.

- А я при чем? Я его не убивала! - обернулась к ней молодайка.

- Я вам верю. Но у полицейских сработает условный рефлекс: убегает - виноват - догнать.

- Так и что тогда? - спросила богемная девушка, в длинной полотняной юбке и ослепительно-пестром блузоне, поправив чуть не слетевшую на ветру огромную шляпу.

- Ждите спокойно, пока разрешат уехать.

- Фигасе! - ахнула юная мамочка. - У меня же путевка пропадет! Они же до зимы валандаться будут! Мне ребенка лечить надо, она с весны кашляет, простудилась в садике и до сих пор кашляет!

- Надеюсь, что гораздо меньше, - успокоила Наташа. - И думаю, что вы успеете в санаторий.

- Ваши бы речи, да Богу в плечи, - шумно вздохнула девушка в шляпе. - Мне как-то нервно тут задерживаться! Меня в Коктебеле один человек ждет, - загадочно протянула она. - Ну, вы понимаете...

- А я этого чела ночью видела, - сказала вдруг молодая мать. - У меня дочка ночью проснулась от кашля, хныкать начала, ну, я ей сироп дала и на руках носила, убаюкивала и вдруг слышу - за окном кто-то упал и матерится. Ну, я выглянула, вижу - этот по аллее шел и мимо ступеньки шагнул, они ночью с гравием сливаются. Я думала, покурить подался. Других за это чморит, а сам втихаря бегает, есть такие двуличные. Ну, я только дочку уложила, когда он вернулся и давай по кустам и под лавкой рыться, обронил, небось, что-то, и опять чертыхается. Блин, думаю, ща малую разбудит, ее потом не унять. Хотела на него в окно прикрикнуть, да думаю, себе дороже: с таким только свяжись, задолбает до обморока.