Гарри Поттер, неучтённый фактор и всё остальное (СИ), стр. 283

И противная старуха презрительно хмыкнула. Как она меня всё же ненавидит…

— Возможно, Дурсли действительно переборщили со строгостями, Арабелла, — задумчиво пожевал бороду Светлейший. — Что же, пора забирать Поттера отсюда. Думаю, в семье Уизли он обретёт материнскую заботу и ласку. Бедная Молли лишилась единственной дочери, и сейчас ощущает в душе зияющую рану. К тому же, её младший сын, Рональд, подходящего возраста и если с ним поговорить в нужном ключе, он с удовольствием настроит Гарри на его Великую Миссию… А когда мальчик приживётся в семье Уизли и проникнется неприятием Тёмного колдовства, он и сам не пойдёт к этому… псевдокрёстному. Нет, ну до чего же мерзавец похож на Сириуса, просто один в один! Вот что значит, Блэковская кровь, не дай Мерлин она начнёт проявляться в Гарри!

Мисс Фигг только кивала в ответ, а потом спросила:

— Но что же делать? Если раньше я хоть как-то могла общаться с мальчишкой, то теперь он ко мне и носу не кажет. А я не могу часто появляться на улице… Болезнь, знаете ли…

— Да-да, Арабелла, — кивнул Дамблдор, — вот, кстати, ваше жалованье за прошедший месяц — все тридцать галлеонов.

Вот же Иуда! Тридцать галлеонов! Тридцать сребреников, блин!

— Благодарю, — сгребла деньги мисс Фигг, — как всегда, весьма кстати… Но что же делать с мальчишкой?

— Вот, — протянул Светлейший мисс Фигг тот самый бумажный пакет. — Это односторонний портал. Сработает только тогда, когда его возьмёт в руки Поттер. Арабелла, постарайтесь всучить его мальчишке… Попросите его о чём-нибудь…

— Ну да, — блеснула глазками Фигг. — Он знает, что я болею, так что не удивится, если я попрошу его сходить в аптеку за лекарством. А куда перенесёт его портал? В Хогвартс?

— Нет-нет, — поморщился Дамблдор. — Не хочу лишних расспросов, Минерва в последнее время стала совершенно невыносимой, да и Флитвик со Спраут… В общем, в Хогвартсе ему пока не место, портал ведёт прямо к «Норе».

— Это та ужасная дыра, в которой проживают Уизли? — ехидно спросила мисс Фигг.

— Ах, Арабелла, думаю, это то, что нужно мальчику… Не стоит ему привыкать к роскоши, ещё загордится. А Молли с Артуром сумеют внушить мальчику правильные установки. Жаль, конечно, что этот проклятый Блэк заморозил счета мальчишки в Гринготтсе… до выяснения… Но ничего, когда дорогой Гарри придёт к правильным выводам и опекунство официально оставят мне, гоблины откроют счета, никуда не денутся. Дело Света нуждается в финансировании, Арабелла, увы, но сейчас многие не горят желанием становиться под наши знамёна… Впрочем, это уже моя забота, а ваша, Арабелла — чтобы мальчик оказался в нужное время в нужном месте. Раз уж он сам не понимает своего счастья — придётся постараться за него… И да, разумеется, вам за это будет полагаться премия…

— Благодарю, — поджала губы мисс Фигг. — Для дела Света я готова на всё…

После этого Дамблдор сердечно распрощался со своей престарелой сообщницей и отбыл камином, выкрикнув перед этим: «Министерство Магии!»

Вот это и заставило меня задуматься. Да, вчера мне повезло, я сумел вырваться из расставленных силков. Но везение есть вещь не бесконечная. Рано или поздно Добрейшему Дедушке удастся воплотить задуманное, и я окажусь у Уизли. А налаживать какие-либо близкие контакты с представителями этого семейства раньше Хога я не планировал. Само собой, Уизли очень скоро пожалеют о том, что вообще решили пригреть сироту (прикладная гадология мне в помощь!), но кто поручится, что Дамблдор не перебросит меня, к примеру, Дожу, чей кузен так лихо опекал Флинта… или тому же параноику Грюму… А уж если Грюм решит в свою игру поиграть, то я точно окажусь между молотом и наковальней, поскольку и Дамби, и Грюм заинтересованы в сохранении моей тушки лишь постольку-поскольку, лишь бы было кого выставить на последний решительный бой… А я с этим категорически не согласен.

Значит нужно… что? Значит нужно, чтобы Совет Лордов зашевелился и надавил на Визенгамот, чтобы передать крестничество Сири. И как я могу это сделать? Ой вэй, как плохо быть ребёнком с чисто юридической точки зрения!

Своими размышлениями я поделился с Томми-Ником, и бывший Тёмный Лорд задумчиво протянул:

— А не стоит ли устроить весёлую жизнь аврорату?

— И как ты себе это представляешь? — уныло вздохнул я.

— Гарри, — широко заулыбался Томми-Ник, — ты же волшебник, Гарри! А что делает аврорат, если у маленького волшебника случается сильный стихийный выброс?

— А ты уверен, что этим аврорат занимается?

— Есть Отдел по Надзору за колдовством несовершеннолетних, — махнул рукой Томми-Ник, — но Обливиэйтеры числятся в штате аврората. А именно они ликвидируют последствия стихийного детского колдовства.

— То есть, — быстро уловил суть идеи я, — ты предлагаешь задолбать Обливиэйтеров? Чтобы они устали от вызовов в Литтл-Уингинг?

— В точку! — хмыкнул Томми-Ник. — Ты согласен?

— Согласен, — ответил я. — Но я должен скоординировать свои действия с Блэками. Сам понимаешь, если я начну действовать в одиночку, может получиться не очень согласованно…

— Конечно, — согласился Ник. — Куда ж без твоего крёстного и прочих Блэков?

И мы тихо поржали над сложившейся ситуацией. Вот уж воистину, всё это было бы смешно, если бы не было так грустно.

С Сири я связался в тот же день, и когда он выслушал мой рассказ, то только случившийся поблизости Северус помешал его попытке немедленно использовать на мисс Фигг по меньшей мере Круцио. Но когда Сири остыл и посоветовался с остальными, то они дали «добро» на наш с Томми-Ником план.

И началось… Нет, я не хотел никому вредить, в конце концов сейчас отношение жителей Литтл-Уингинга ко мне было вполне доброжелательным. Так что передо мной стояла сложная задача — с одной стороны вызвать череду странных и непонятных происшествий и выдать своё участие в них в магическом мире, но не раскрыть эту правду в маггловском. Так что, предварительно всё обговорив, я принялся за дело. Томми-Ник от всей души был готов мне помочь, Сири постоянно страховал, дабы в нужный момент появляться в облике Сириуса Альфарда и доставать появившихся на месте происшествия авроров занудными вопросами и не менее занудными комментариями.

Первым эпическим деянием стала ночная перекраска крыш Литтл-Уингинга. Магическая, естественно. Беспалочковой магией я уже владел неплохо, Бытовые чары знал (а чары Перемены цвета именно к таким и относятся), так ранним утречком жители имели честь лицезреть крыши самых весёленьких расцветочек — от красно-золотой под хохлому до чёрно-белых клеточек. Многим понравилось, да. Появившиеся на мощный магический выброс Обливиэйтеры помучились, поправляя память жителям и возвращая крышам первоначальный скучно-зелёный одинаковый цвет. Дурслей не тронули, поскольку выяснилось, что именно в их доме проживает Герой Магического мира, который всё это безобразие и устроил. Обливиэйторы покачали головами, подивились мощности магического выброса, погрозили мне пальчиком и растворились в утренних сумерках. Ровно до вечера.

Ибо вечером стены домов неожиданно стали прозрачными и гладкими словно лёд. Надо сказать, что большинство обитателей Литтл-Уингинга оказались людьми добропорядочными, но вот коллекция наручников с разноцветным мехом, шлёпалок и розовых шариков-кляпов, развешанная по стенам спальни добропорядочнейших мистера и миссис Сауткот лично меня позабавила.

Обливиэйторы появились вновь, снова поправили память несчастным жителям, сделали стены домов непрозрачными и снова погрозили мне пальчиком. Я рыдал, просил прощения и твердил, что я не знаю, как оно получается, и что с этим делать — тоже не знаю. Петунья в стёганом домашнем халате с пузырём льда на голове полулежала в кресле, Вернон хлопотал вокруг неё и громогласно жаловался аврорам, что знать не знает, что делать с племянником. Авроры сочувственно переглянулись и спросили, помогает ли им хоть чем-то магический опекун Гарри.

После этого мизансцена окончательно приобрела оттенок греческой трагедии. Вернон выпрямился и десять минут высоким стилем поливал так называемого магического опекуна, о котором он до этой минуты и знать не знал.