Гарри Поттер, неучтённый фактор и всё остальное (СИ), стр. 279
От меня требовался самый минимум действий. Я воззвал к Покровителю Рода Поттер и попросил его признать нового члена Рода. После этого я окунул пальцы в чашу с водой и окропил лобик малыша. Тот уже спал, поэтому не вскрикнул, только поморщился, не открывая глаза. Окропил я водой и Сусанну, а затем и Томми-Ника — как будущего крёстного. Томми-Ник без всяких подсказок произнёс нужные слова — что он обязуется беречь, помогать и в случае необходимости заменить. После этого между Томми и малышом на миг сверкнула тонкая золотая нить, тут же, впрочем исчезнувшая. Ага, а это, выходит та самая крестническая связь.
То есть Покровитель Рода запомнил крёстного и крестника, принимая малыша в Род. Как мне потом объяснил Сметвик, правильно было делать это до имянаречения, а не после, ибо имя можно поменять, а вот так называемый индивидуальный магический отпечаток — нет. То есть малыша могли увезти далеко, дать ему другое имя, воспитать в полном неведении… Связь «крестник-крёстный» всё равно продолжала работать, напоминая о долге.
Неудивительно, что в каноне Блэк так стремился в Хогвартс, к крестнику. А потом… А потом, видимо сработала ментальная закладка на Петтигрю. И это ещё добавило неадекватности и так не совсем вменяемому после Азкабана магу. А уж когда с подачи Доброго Дедушки он не позаботился о безопасности крестника, не забрал его к себе, да ещё и оставил в ужасном психическом состоянии после Турнира на целое лето… так что падение того Сириуса в Арку смерти было банальным магическим откатом. Увы, пока Сириус был в Азкабане, это учитывалось, а вот когда он его покинул…
В той ситуации Сириусу следовало бы сразу же укрыться на Гриммо, привести себя в более или менее нормальное состояние, а потом схватить крестника в охапку и драпануть подальше, произнеся слова отречения от участия в Турнире трёх Волшебников. Как крёстный и законный опекун по магии, Сириус Блэк имел на это полное право. Да, я-то понимаю, что он находился под ментальным влиянием Дамблдора и мозги его были явно набекрень, но вот магия нарушенного крестнического обета сработала, уничтожая невольного клятвопреступника.
Кстати, о магии… Что-то мне кажется, что проклятие, которое поймал Дамблдор, тоже результат его многочисленных подстав по отношению к Гарри Поттеру. Ну не верю я, чтобы старый опытный интриган, прекрасно зная, на что способен Волдеморт, просто потащил колечко себе на пальчик, даже не удосужившись проверить, всё ли там в порядке. Налицо явное размягчение мозга и отсутствие критического мышления. Интересно, а не словил ли что-то подобное и здешний Дамби?
Размышления эти пронеслись в моей голове со скоростью молнии, а церемония между тем шла своим чередом. После того, как между сыном Сусанны и Томми-Ником возникла крестническая связь, женщина открыла глаза и слабо прошептала:
— Я, Сусанна Поттер, младший член Рода Поттер, прошу Главу Рода и Наследника даровать имя моему сыну… пусть оно свяжет его с этим миром и этим Родом…
Ого… а она, кажется, готовилась… книги полезные читала… Молодец.
Я осторожно разломил лепёшку на две части. Одну из них я положил на Камень рядом с малышом, другую — рядом с Сусанной. Неожиданно раздалось громкое насмешливое фырканье, и рядом с камнем возник Единорог. Он осторожно взял губами сначала один, а потом второй кусок лепёшки и проглотил их.
«Интересный ты маг, Гарри Поттер. Ты хоть представляешь, кого собираешься принять в Род?» — возник у меня в голове вопрос.
«Сына Сусанны, — ответил я. — А что? Я принесу этим вред Роду?»
«Роду? — насмешливо отозвался Единорог. — Нет! Да в целом для волшебного мира будет сплошная польза… ладно, пусть будет так… Имя подсказать, или сам справишься?»
«Вообще-то я его хотел назвать Джеймс Ариан Поттер, — отозвался я. — А что? Не стоит?»
Единорог топнул копытом об каменный пол, высек несколько искр, задрал голову и тонко, насмешливо заржал.
«Стоит-стоит… Я всё время поражаюсь, как тебе удаётся придумать что-нибудь… этакое…»
«Но мне это показалось естественным, — ответил я. — Мой отец… Он достоин памяти. Он любил меня и маму. Он старался спасти семью. Он сразился с Тёмным Лордом. И он не заслуживает репутации балбеса и шалопая. Пусть о нём помнят. А второе имя… Так ведь у этого малыша часть души бедного Ариана…»
«Всё правильно, да… — снова фыркнул Единорог. — Пусть так и будет. Благословляю».
После этого Единорог коснулся губами лобика малыша и растаял. А я громко произнёс:
— Нарекаю это дитя Джеймс Ариан Поттер, да будет он Младшей Ветвью Рода Поттер!
— Свидетельствуем! — громко сказали Томми-Ник и Сметвик. На этом церемония принятия в Род завершилась. Я решил, что отдельную церемонию имянаречения, как Малфои, проводить не буду. Люциуса можно было понять — рождение дочери должно было показать, что с Рода Малфой снято их знаменитое Проклятие одного ребёнка. Это прибавляло Сиятельному Павлину очков среди Старых Родов, но у меня-то ситуация другая — чем меньше народу знает о начале возрождения Поттеров, тем лучше. Так что, обойдёмся без лишних понтов.
Тем временем Сметвик, подойдя к Родовому камню, чтобы снова взять на руки продолжающую пребывать в полудрёме Сусанну, неожиданно наклонился над маленьким Джейми и осторожно поднял с его груди нечто похожее на длинную, тонкую, слабо светящуюся нить и взволнованно произнёс:
— Гарри, смотри! Покровитель Рода благословил малыша! Это его волос! Хорошо, что ты не забыл положить на Камень ветку дуба — и то, и другое нужно сохранить, а потом заказать для маленького Джеймса палочку, которая будет очень сильной и максимально подходящей ему!
Вот оно что! А я-то гадал, зачем класть на Камень ветку дерева… Оказывается, в давние времена именно так и подбирали подходящую палочку сильному магу… Потом, как водится, про предназначение ветки забыли, а обычай остался. Точнее, может, о нём и упоминалось в Хрониках Рода, но я их ещё, к стыду своему, толком не открывал, пользуясь тем, что описание нужного ритуала можно было получить, просто назвав его вслух. Хотел получить Принятие в Род новорожденного? Получил. Но без подробностей. Стыдно. Стоит, пожалуй, приняться за чтение Хроник с самого первого тома, только где же на всё время взять? Как я порой жалею, что в сутках не по тридцать часов…
В общем и целом, волос и веточка были бережно упрятаны запасливым Лигуром, Сусанна и Джейми остались в Поттер-мэноре под присмотром домовиков, правда, Лигур спросил, нельзя ли приобрести ещё одну домовушку в качестве поварихи и горничной, поскольку Таффи сейчас будет плотно занята уходом за малышом… да и собственный у неё скоро появится… Это правда, эльфийка в зелёном сарафанчике окончательно стала напоминать шарик на ножках, так что я устыдился и тут же связался с Сири с просьбой помочь мне в этом деле. Сириус заявил, что не сегодня-завтра наведается к гоблинам и приобретёт лучшую домовушку из имеющихся, а мне нужно будет привязать её к себе и к мэнору.
Я согласился, попросил Сири забрать меня на Гриммо, когда нужная домовушка будет найдена, а потом Лигур вернул нас с Томми-Ником в Литтл-Уингинг.
Томми немедленно свинтил домой, шепнув мне, что у него есть идея для первого подарка крестнику, который положено было дарить на седьмой день после введения в Род. Я хлопнул себя по лбу и тоже отправился к заветной шкатулочке. От меня Сусанне и Джейми тоже полагались подарки, важное же событие. Конечно, можно было обратиться к Сигнусу, и гоблины на блюдечке притащили бы гору фамильных драгоценностей Поттеров, выбирай любую, но мне почему-то казалось важным подарить Сусанне и Джейми нечто, сделанное собственноручно, а своей интуиции я привык доверять.
Так я занимался текущими делами, попросил всё-таки Лигура притащить мне первый том Хроник Поттеров, привязал к мэнору новую домовушку, приобретённую Сириусом, назвав её Айра, учился, готовился к выступлению… Всё было как обычно, но меня не покидало ощущение, что отступление Дамблдора только временное и меня ждёт очередной нежданчик со знаком минус…