Гарри Поттер, неучтённый фактор и всё остальное (СИ), стр. 278

— Какой, блин, Азкабан? — возмутился я. — Мне десять лет! Какой крестраж? Любое нормальное обследование покажет, что у меня всё в порядке! Сметвик даст заключение — и всё, никаких подозрений!

— Это так… — покивал Томми-Ник. — Но не нравится мне всё это. Гарри, на твоём месте я плюнул бы на всё и спрятался бы на Гриммо.

— И подставить Блэков? — возмутился я. — Вот тогда я точно буду воскресшим Волдемортом, а Блэки — моими новыми приспешниками.

— Гарри, Блэки разберутся. Они взрослые и сильные маги. А вот ты один противостоять Дамблдору не сможешь. Тебе нужно спрятаться.

— Спасибо за заботу, Томми, — вздохнул я. — Только если я действительно исчезну с Тисовой, то Дамблдор нас раскроет. Не только Блэков и меня. Но и тебя тоже. А вот для тебя это куда опаснее. Ты-то в отличие от меня, самый настоящий Тёмный Лорд, хоть и бывший. К тому же… Остаются Дурсли. Я не хочу, чтобы из-за моего бегства пострадали Петунья, Дадли и Вернон.

— Только не говори, что Блэки не могут их спрятать… — вздохнул Томми.

— Могут, — кивнул я. — Но вот какая петрушка — я не хочу ломать их привычную жизнь. Конечно, если вопрос станет ребром… им придётся прятаться. Но сейчас… Боюсь, что они к этому не готовы, Томми. К тому же, если мы все уйдём на нелегальное положение — как быть с артефактом Гермия? Если мы его не обнаружим, то Дамблдор так и будет творить произвол. Это нужно остановить, а Доброго Дедушку… Доброго Дедушку запереть в палате с мягкими, но крепкими стенами, желательно выбросив ключ. Чтобы он больше никогда оттуда не вылез. Нурменгард, сам понимаешь, не вариант… Может, его русским отдать?

— Да ты садист… — фыркнул Томми-Ник. — Русские — ребята с фантазией, они могут такого понапридумать, что Азкабан с дементорами средиземноморским курортом покажется…

— Я не садист, я Избранный, — нравоучительным тоном сказал я. — И обязан думать о благе Магической Англии.

Томми рассмеялся. А я продолжил:

— К тому же, ты забыл — мой контракт с Хогвартсом. В одиннадцать лет мне всё равно придётся появиться там. И что тогда будет? Нет, Томми, прятаться — не вариант. Просто буду осторожнее, и всё. К тому же, вряд ли Дамблдор будет предпринимать какие-либо действия против меня лично… Кто у нас там остался? Уизли? Грюм? Бруствер? Знаешь, из всех у меня серьёзные опасения вызывает только Грюм. Но Грюм не идиот, а Кингсли… Кингсли кинется на амбразуру, только если это будет ему грозить теми же самыми преференциями. Он во всех смыслах тёмная лошадка. Так что, Томми, давай не будем паниковать раньше времени, хорошо?

Томми-Ник неопределённо пожал плечами и только хотел открыть рот, чтобы возразить, как рядом с нами материализовался… Лигур. Блин, вот только этого не хватало.

— Лигур, что случилось? — недовольно спросил я. — Я же запретил вам с Таффи беспокоить меня без крайней надобности.

— Сейчас именно такая надобность, хозяин, — быстро ответил Лигур. — Младшая Хозяйка Сусанна разрешается от бремени. Целитель Сметвик говорит, что всё идёт быстро… Вам нужно ввести в Род малыша. Это важно и срочно.

— Я понял, — кивнул я. — Перенеси меня в Мэнор, Лигур.

— Можно с тобой, Гарри? — спросил Томми-Ник, и глаза его загорелись исследовательским интересом. — Я могу помочь, если что…

— Лигур? — спросил я. — Ты как считаешь?

— Наследник Слизерин сильный… Он может помочь, он не замышляет зла, — отозвался домовик.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я. — Забирай нас обоих.

В Поттер-мэноре мы оказались, когда всё уже закончилось. В том плане, что Сусанна мирно спала, а рядом с ней в колыбельке лежал крепенький толстенький малыш. Ребёнок Сусанны не казался новорожденным, выглядел он уже месяца на три и был просто до невозможности хорошеньким. Большие голубые глаза, голова, покрытая золотистым пушком, еле заметно заостряющиеся ушки… Он не спал, как мама, просто смирно лежал в колыбельке, пытаясь сфокусировать взгляд то на кровати Сусанны, то на суетящейся рядом Таффи, то на сидевшем в кресле рядом с кроватью Гиппократе Сметвике. Крошечный беззубый ротик то и дело раскрывался в улыбке. А когда он увидел меня, то сделал попытку шевельнуть ручонками и издал мягкое протяжное:

— Аааа…

— Ах ты, говорун… — улыбнулся Сметвик и пощекотал голенький животик, чуть выше несомненного признака мужественности. Малыш не остался в долгу, и руку целителя тут же оросила тоненькая струйка.

— Рефлексы в норме, мочеиспускание тоже, — невозмутимо констатировал Сметвик, вытерев руку белоснежной салфеткой, тут же поданной Таффи. — Бойкий малыш. Гораздо развитее, чем обычный новорожденный.

Ну, учитывая, сколько у Сусанны продолжалась беременность, это и неудивительно…

— С лактацией у мамы всё в порядке, с аппетитом у новорожденного — тоже, — продолжил отчитываться Сметвик. — Роды прошли легко, никаких осложнений. Мальчик полностью здоров, насколько могут показать мои диагностические заклинания, а мисс Сусанне я бы рекомендовал постельный режим на пару дней, потом она может вставать, но с осторожностью. Месяц избегать физических нагрузок, магических — минимум три. Колдовать она может и сейчас, но на три месяца — только простейшие и незатратные заклинания. Как ухаживать за ребёнком — твоя домовушка в курсе, Гарри. Со своей стороны обязуюсь осуществлять еженедельный патронаж новорожденного в течение полугода. В общем и целом, мисс Сусанна по показателям сейчас практически не отличается от обычной, хоть и сильной волшебницы, сможет пройти любую общую проверку… а более тщательно… Вряд ли кто-то будет копать. Что же касается малыша… Его лучше пока никому не показывать. Внешне он не отличается от обычного младенца за исключением ушек, но, думаю, в первые три года будет расти и развиваться быстрее человека. Очень большой магический потенциал. Никаких контрактов с Хогвартсом, обучать его придётся гораздо раньше и на дому. Думаю, ваш крёстный сможет найти неболтливых учителей. Но это в перспективе. А сейчас важно как можно быстрее ввести его в Род.

— Почему, целитель? — спросил я.

— Потому что я не знаю, какие поисковые артефакты могут быть у нашего дорогого общего друга. Вы ведь любезно просветили меня, чья душа может быть скрыта в этом тельце.

Это точно… Шляющегося в Албании Волдеморта он же как-то обнаружил? Но, с другой стороны, там был осколок, так сказать, в чистом виде, а вот Томми, вселившийся в Ника, не привлёк его внимания… и слава Мерлину…

— Лигур, — спросил я — ритуальный зал готов?

— Конечно, — ответил Лигур. — А ваш друг… Вы не планируете сделать его крёстным малыша?

— А это ничего, что Томми несовершеннолетний? — спросил я.

— В данном случае это неважно, — спокойно ответил домовик. Вот ведь тихушник ушастый! Хотя, раз уж он называет Томми-Ника Наследником Слизерина, чего уж тут скрывать-то?

Ритуальный зал выглядел идеально — ни пылинки, ни соринки, а от Родового камня ощутимо веяло силой. Сам обряд представления новорожденного ничего сложного из себя не представлял. Родовой камень домовики накрыли белоснежным, с вышитыми на нём белым же шёлком рунами, покрывалом. На покрывало осторожно уложили Сусанну и малыша. Сусанну в подвал на руках отнёс Сметвик, а малыша — я.

Я, кстати, очень боялся, что в подвале будет холодно, ведь Сусанна была в белоснежной длинной сорочке, тоже с рунной вышивкой, а малыш — в одной пелёночке. Но, к моему удивлению, в подземелье было довольно тепло, и даже камень Рода был ощутимо тёплым. С другой стороны, мать и младенец должны были благословение и силу Рода получить, а не пневмонию заработать, так что, видимо, это срабатывало автомагически.

Рядом с камнем Рода на небольшой подставке уже стояла небольшая же керамическая чаша с прозрачной чистой водой, свежая пресная лепёшка и довольно длинная прямая дубовая ветка. А можно было положить можжевеловую, тисовую или ясеневую, но мне показалось, что в данном случае дубовая будет правильнее. Если бы малыш был девочкой, то вместо дуба лежала бы ветка липы, ивы или другого «женского» дерева.