Капитан Риччи (СИ), стр. 138

– За то, что заставила меня выстрелить в него! – Бут начал выходить из себя. – Жаль, что я могу убить тебя лишь один раз!

Он начал разговаривать вместо того, чтобы стрелять, и Риччи собиралась заставить его пожалеть об этой ошибке.

Хотя сведенья о Арни он сообщил интересные. Заставить сына убить собственного отца?

Сначала он выстрелит в Гиньо, в объект своей ненависти и охоты, дав тем Риччи секунду или две. Недостаточно, чтобы спасти союзницу и ее кровников, но она сможет выпутаться живой из переделки.

И тут Льюис выкрикнул на языке, который точно не был английским:

– Убей его! Я прикрою командира!

Кажется, это был греческий, отметила Риччи частью мозга, уже бросая тело вперед со всей возможной скоростью.

Выстрел в замкнутом пространстве прозвучал оглушительно, сразу за ним послышался шум рухнувшего на пол тела, но Риччи уже повисла на правой руке Бута. Пистолет полетел в сторону, и они принялись бороться один на один.

Она видела удивление на его лице – хоть он и знал о Вернувшихся больше обычных людей, все равно не мог не думать о ней как о хрупкой девушке-подростке. Он пытался стряхнуть ее, но Риччи держалась за него с силой, которой позавидовали бы тренированные бойцы. Он нанес несколько ударов, которые были бы смертельны для человека, но она даже не разжала пальцев.

Позже ей это отзовется, но сейчас Риччи сдерживала Бута, и он ничего не мог с этим поделать. Вот только и она ничего не могла сделать с ним – сил не хватало.

– Убери голову! – услышала она голос Арни за спиной.

Значит, пуля в нее не попала. Или ранение не было смертельным.

Риччи оттолкнула Бута, который от неожиданности выпустил ее, и повалилась на спину. Она не видела пули, но почувствовала движение воздуха прямо над головой.

Половина унции стали пришлась Буту в подбородок, и Риччи искренне порадовалась, что содержимое его головы осталось на стене, а не на ее одежде.

– Ты чуть не пристрелила меня! – возмутилась она для порядка, хотя переживать из-за неслучившегося было не в ее стиле.

– Я тебя предупредила, – бросила Арни. Она даже платье не порвала, лишь скинула туфли, видимо, чтобы не потерять равновесие из-за отдачи.– И я ничего не говорю о том, как ты пыталась выкрутиться.

– Уже говоришь, – заметила Риччи и обратилась к Льюису, побледневшему и зажимавшему предплечье. – Как ты?

– Царапина, – мужественно ответил тот.

– Я ее перетяну, – сказала Арни. – У меня найдется платок.

«Ей, в самом деле, не плевать на своих людей», – подумала Риччи. Этот факт делал ее команду сильней, но саму Гиньо уязвимей.

Пока Арни оказывала первую помощь, Риччи разглядывала тело и оценивала устроенный в кают-компании разгром.

– Как он это устроил? – спросила она вслух.

– Как он нас выследил? – уточнила Гиньо. – Не знаю. Но он был в этом хорош. Думаю, все компании он предупредил заранее, когда догадался, что мы направимся в море. Потому нас и мариновали в офисе целый час. Не думаю, что у него было разрешение от Бюро, иначе он пришел бы не один, – добавила она после паузы. – Но Бут не из тех, кто умеет… умел вовремя останавливаться.

Риччи бы сказала, что у него имелись на то причины, но предпочла сменить тему.

– Ну, так или иначе, возвращать эту яхту владельцам не стоит, – сказала она. – Даже если выкинем тело за борт. Надо убираться отсюда, пока кто-нибудь не хватился.

– Вы двое справитесь с яхтой? – спросила Арни.

Риччи предпочла бы кого-нибудь еще, поскольку яхта была довольно большая, Арни избегала грязной работы, а Льюис получил пулю. Но им ведь не пересекать Тихий океан.

– Но куда мы поплывем? – спохватилась она. – Я совершенно не знаю берега.

– Я посмотрю карту, – сказала Арни. – Какое-нибудь частное владение с личным причалом нам подойдет. Сейчас не сезон, так что они стоят пустые.

– И можно будет наш заказ записать на счет владельца дома, – добавил Льюис.

У этих двоих явно был большой опыт пиратства.

***

День выдался тяжелым, впрочем, чего еще можно было ожидать от дня, который начался с убийства секретного агента? По субъективному ощущению Риччи он длился не меньше двух суток.

Они погрузили припасы, которые привез фургон доставки из супермаркета, и точно забыли что-то важное, но хотя бы отговорили Арни брать на борт машину. Потом выстроили курс и вывели «Барракуду II» в открытое море, лавируя между огромными контейнеровозами – Риччи не могла доверить штурвал в такое время никому другому. За последние сутки она выпила больше кофе, чем когда-либо в жизни, и то ли из-за этого, то ли еще по какой-то причине она не могла заснуть, несмотря на привычное успокаивающее покачивание судна.

Она вернулась на палубу, хоть ее смена и кончилась. Со всеми приборами и оборудованием яхта могла идти почти сама по себе, и кто угодно мог присматривать за горизонтом. Например, Арни Гиньо – последний человек, которого Риччи хотела бы сейчас видеть.

Она сидела у фальшборта, у того места, где они подняли доску и отправили в пучину тело Николаса Бута, погребая его по морскому обычаю. Рядом с Гиньо стояла бутылка – хоть она и заказала целый ящик, такими темпами он быстро опустеет.

Огни Лос-Анжелиса остались далеко за кормой, и ничто не отвлекало от россыпей звезд – звезд тропических широт, точно таких же, какими они были в их мире. В предыдущем виденном ею мире, поправилась она, поскольку тот мир тоже не принадлежал ей. Крупные и красивые звезды – Риччи научилась ценить их после беззвездной пустоты междумирья.

– Думаешь о человеке, который подогнал нам эту посудину? – Арни все же заговорила.

Она ведь не умеет читать мысли? Или Риччи настолько предсказуема?

– Он был твоим врагом, – ответила она, стараясь выглядеть незаинтересованной. Если Арни хочет поговорить о Николасе Буте, пусть выскажется сама.

– Врагом, которого я сама создала.

– Меня удивляет только то, что ты не избавилась от него тогда же. Где был твой практический подход к решению проблем?

– Убить испуганного мальчишку, который только что выстрелил в голову своему отцу, обезопасившему себя, но не подумавшему о сыне – это было бы просто. Слишком просто.

Арни промолчала несколько секунд, словно ожидая слов Риччи.

– Наверное, мне было скучно, – «Или ты еще не верила полностью, что убийство – это лучший способ решения проблем». – Слишком легко уходить от погонь и ускользать от ищеек. И я создала человека, у которой была бы личная причина искать меня.

Риччи могла бы уйти вниз – но ей следовало уйти вниз гораздо раньше, чтобы не быть посвященной в ненужные ей чужие тайны. Им с Арни еще некоторое время предстояло идти одним путем, поэтому она ответила:

– Ты слышала о взятии Панамы?

– Панамы? Это там, где бананы? Канал? Пираты?

– Да, пираты.

– Какой-то пират… разграбил и сжег город, – вспомнила Арни. – Это было очень давно.

– Я жила в те времена, – напомнила Риччи. – В моем мире этого пирата звали Годфри Инглиш, и это я подарила ему идею напасть на Панаму. Сотни… наверное, больше тысячи человек: испанцев, пиратов, индейцев погибли из-за того, что мне хотелось золота и приключений.

Они обе замолчали, глядя на звезды.

– Как и положено тем, кого бог Хаоса вернул к жизни, мы несем хаос, – произнесла Арни. – Не думаю, что могу сосчитать, скольких человек я убила.

«Но как быть с теми, кто верит в нас?» – подумала Риччи. – «Ведь они идут за нами».

Но как в пустыне можно идти только к воде, а по горному обрыву – только вперед, так и Риччи видела только один путь.

– Как далеко до следующего мира? – спросила Арни.

– Не знаю, – ответила Риччи честно. – Но уже гораздо ближе, чем раньше.

Рукоять меча нагревалась ощутимо сильнее.

– Выпьем за это? – предложила Арни. – Можешь не волноваться из-за возраста, мы ведь уже покинули эти… как их…

– Территориальные воды?

– Да, они. Ты помнишь много для контрактницы.

– Твоя память тоже пострадала после чертовой сделки? – рискнула спросить Риччи. Все равно Арни едва ли вспомнит их разговор наутро.