Капитан Риччи (СИ), стр. 101

***

Риччи не приходила в сознание, а ночь шла к концу. Завершить погрузку припасов – большую часть которых, по счастью, они могли взять в купленном Мэлом кабаке, но кое-что необходимо было купить или украсть отдельно – и поднять паруса желательно было не позже полудня.

– Есть у кого-нибудь идеи? – спросил Стеф.

Опасно было задерживаться в Лондоне на лишний час, даже несмотря – или, скорее, принимая во внимание – смерть преподобной. Но если они выйдут в открытое море вчетвером, а Риччи не полегчает, это с большой вероятностью станет последним путешествием для всех пятерых.

Но они все равно подняли на борт все, необходимое для длительного плаванья.

Риччи пришла в себя к вечеру – к большому облегчению их всех.

– У вас получилось, –произнесла она, оглядев знакомую до мелочей каюту.

– У тебя получилось, – поправил ее Стеф. – Иначе мы бы не выбрались.

– Я в неоплатном долгу перед вами ребята.

– Пустяки, – буркнул Берт, отводя глаза.

– Мы же друзья, – сказал Мэл почти обиженно. – Какие долги?

– Я бы сказала, что теперь мы, наконец, в расчете, – заметила Юлиана.

– Давай просто уберемся отсюда ко всем чертям, – предложил Стеф.

– Уберемся, – повторила Риччи.

Она вытянула руку, пытаясь что-то нащупать. Берт первым догадался, что, и протянул ей меч.

– Лилиас сказала, он укажет путь, – пробормотала капитан.

Будь это кто-то другой, Стеф задумался бы над вопросом, не спеклись ли у него от пережитого мозги, но это была Риччи, и взгляд ее был почти ясным.

– Укажет, – бормотала она, вертя клинок, словно надеялась увидеть что-то написанным на лезвии.

Внезапно она коротко вскрикнула и уронила меч на постель.

– Горячий, – растерянно пробормотала она. – Он никогда… Разве только…

Риччи замолчала почти на минуту, а потом заговорила неожиданно твердым голосом.

– Берт, куда он указывает?

– На стену? – растерянно откликнулся тот. – То есть, как если бы он был компасом?

Сверившись с навигационным прибором, штурман отчитался:

– Курс зюйд-вест, капитан. И, кстати, это… хороший выбор.

– Мы возвращаемся в Новый свет? – спросила Юлиана. Словно в методе выбора курса не было ничего странного.

– Да, – кивнула Риччи. – Если вы хотите начать новую жизнь за океаном.

– Не могу не спросить, – выступил Стеф, – а что собираешься делать ты?

– То, что и положено удачливой ведьме. Отправлюсь в другой мир.

– Звучит очень интересно. А как он выглядит?

– Эй, речь не о другом континенте! Другой мир – это значит, совершенно другой мир, и я понятия не имею, каким он будет. Вы, наверное, мне не верите?

– Из всего, что ты говорила и делала, это не самое странное, – пожал плечами Берт.

– Лично я не поверю, пока не увижу собственными глазами, – вставил Стеф.

Мэл кивнул, поддерживая. Он тоже верил лишь в то, что видел своими глазами, а он уже не раз видел невероятные вещи в исполнении Риччи.

Которая, вопреки своему обычаю, пыталась отговорить их от весьма заманчивого предприятия.

– Это самое опасное из всего, что я делала, – сказала она с серьезным лицом. – Во много раз безумнее самого безумного моего проекта. И это дорога в один конец. Вы уже никогда не вернетесь домой.

– Будь все настолько плохо, ты бы не рвалась туда, – сказал Стеф.

– Я хочу найти ответы, а для этого мне надо найти город Экон, а для того, чтобы найти его, надо двигаться по пути, указанному мечом.

– По-моему, тебе нужно еще поспать, – сказал Мэл.

– Ладно, – сдалась Риччи. – Мы отплываем в Новый свет, а там уже разберемся. Еще одно путешествие через океан вас не пугает?

После всего, что они пережили в ее компании, трансатлантическое плаванье им всем представлялось не опасней прогулки по озеру.

***

– Выглядишь неплохо, – сказал Стеф, найдя капитана утром на палубе, разминающейся перед тренировкой.

– На моей шкуре все заживает, как на собаке, – отмахнулась Риччи небрежно, хотя все ее мышцы болели и ныли.

От тюремных побоев осталось лишь воспоминания, шрам на горле превратился в еле заметный след, но вот руки по-прежнему выглядели ужасно.

– Кроме вот этого, – сказала Риччи, глядя на свои ладони. – Придется учиться обходиться так.

– Людям приходится жить с увечьями и посерьезней, – заметил Стеф. – Подумаешь, придется забыть о красивом подчерке.

Риччи не была уверена, что сможет вообще писать и даже держать ложку так, чтобы кисть не сводило болью. Браться за меч, опасаясь острого разочарования, она до сих пор не рисковала.

– А как же фехтование? – спросила она.

– Никаких проблем, – заверил ее Стеф. – Вот если бы тебе так разнесло плечо, тогда да, можно было бы забыть. Потренируешься, и привыкнешь. Без участия кисти можно обойтись. Даже люди, которым руку по запястье пришлось отрезать, обвыкаются и продолжают драться.

Риччи сразу вспомнила Капитана Крюка, но походить на него ей вовсе не хотелось.

– Надеюсь, в мире, в который мы попадем, будет развитая медицина, – вздохнула она. – И мои руки приведут в порядок.

– И какова вероятность наткнуться на такой мир? – тут же поинтересовался Стеф.

Риччи пожала плечами. У нее было слишком мало знаний об устройстве Вселенной, чтобы подсчитывать шансы.

– Не знаю.

– Тогда тебе лучше начать тренироваться, – заметил Стеф, вытаскивая шпагу. – Как говорится, считай карты, но всегда держи в рукаве джокера.

– Это от кого ты услышал? – удивилась Риччи, вставая в боевую стойку.

– От тебя, – хмыкнул Стеф.

«Новый мир», – подумала Риччи. – «Совершенно новый, незнакомый, опасный мир».

Почему-то эта перспектива ее совсем не пугала.

========== Вне мира ==========

Что-то разбудило Риччи посреди ночи: ни звук и ни движение, но что-то несомненно значительное, поскольку после двенадцати часов на вантах она спала как убитая. Будь у ее чутья на неприятности шкала, стрелка на ней дрожала бы в красной зоне.

Абсолютная темнота не разгонялась светом ни единой звезды. Даже сверхчеловеческое зрение Риччи не давало ей возможности разглядеть лампу.

«Словно все звезды пропали с неба», – подумала она, выбираясь из теплого кокона одеял и опуская ноги на холодный пол. – «Вероятно, туман очень густой».

Они могут на что-нибудь налететь в этом тумане. Когда эта мысль пришла Риччи в голову, она бросила искать сапоги и огниво и поспешила к двери. С ее искалеченными руками даже самые простые вещи, вроде обувания или натягивания куртки, превратились в долгие и болезненные манипуляции.

Она прихватила с собой лишь меч – скорее по привычке, чем в самом деле собираясь им воспользоваться. Но когда она коснулась рукояти, ее тревога почти превратилась в панику.

Эфес грел ее ладонь в прохладные дни и охлаждал в жаркие, случалось, что он раскалялся до оставления ожогов, но сегодня он испускал холод, словно был сделан изо льда. Такого никогда не случалось раньше, и Риччи подозревала, что это не признак чего-то хорошего.

Выпав в коридор в том, чем спала, Риччи едва не налетела на Юлиану, растрепанную и в плаще поверх нижней рубашки. Остальных они нашли уже на палубе.

Риччи относилась к своей интуиции серьезно: после того, как она очнулась в незнакомом мире, шестое чувство стало едва ли не самым надежным источником информации. Но на этот раз вся команда чувствовала тревогу, хоть и не видела ее источника.

– Капитан! – выкрикнул Мэл, одним словом давая понять, насколько дело плохо.

На корабле с командой из шести человек, пересекающем Атлантику, не до тонкостей иерархии, пока от кого-то не требуется серьезных решений.

– Капитан, – на Риччи смотрело уже четыре пары глаз, и во всех читалась вера в ее знание, что следует сейчас делать, – звезды пропали!

– Что? – машинально переспросила она и посмотрела на небо.

Не только звезды отсутствовали. Казалось, само небо исчезло. Осталась только бесконечная пустота, в которой повис слабо светящийся шар, не похожий ни на луну, ни, тем более, на солнце.