Гирта, стр. 286
- Предатель, мародер и убийца – спокойно и без всякого интереса прервала чтение сухих статей обвинения из судебника принцесса Вероника и кивнула глашатаю, чтобы прекратил. Осужденный внимательно, искоса смотрел на герцогиню со спокойным напускным безразличием и даже с какой-то улыбкой. Умный, опасный и выдержанный, закаленный войной человек.
Двое оруженосцев запрокинули ему голову и облили яркой красной краской из ведра, подняли на ноги и повели прочь, на опушку леса.
- Моше Друлль, управляющий герцогского банка Гирты – вывели второго обвиняемого, тоже в колодках. Полненького и крепкого, еще не старого человека, настолько привычного к размеренной жизни наделенного властью, уважением и достатком, светского человека, что даже страх неминуемой скорой смерти не смог до конца избавить его от важной конторской манеры.
- Леди Булле! – возвысив голос, попытался обратиться он с таким видом, как будто вносил предложение на заседании городской комиссии, прокашлялся – я обязуюсь, я полностью возмещу нанесенный ущерб…
Принцесса Вероника бросила быстрый взгляд на сержанта, и тот ударил приговоренного плетью по голове. Банкир даже не вскрикнул от изумления и обиды, только вытаращил испуганные глаза, когда сержант замахнулся на него снова, замотал головой, призывая больше не бить. Когда зачитали приговор, его тоже облили красной краской и повели к опушке леса.
- Двинт Нолле – третьим вывели молчаливого, понурого и покорного своей судьбе квартального смотрителя. Того самого, который не доложил о нарушениях, повлекших гибель целой семьи. Пока читали приговор, кто-то сказал, что в последний момент им заменили Вига Троппа, который, как выяснилось при прокурорской проверке в последний момент, оказался не более чем жертвой низкой клеветы. Жандарм принял свою участь покорно, как обычный служилый человек, который попался на мелком мздоимстве. Он знал на что шел и был готов к этому всю свою жизнь. Вертуре в какой-то момент даже стало жалко его. На его месте мог быть он сам, или лейтенант Турко, или, возможно, даже Фанкиль. Своим видом этот мелкий и жалкий человек не пытался ни разжалобить своих палачей, не выказывал страха, не просил снисхождения. Наверное, когда ему зачитывали приговор и обливали голову краской, он просто молча молился.
- Большое беззаконие творится из мелких злодеяний подобных ему, обличенных малой властью людей – объявила всем принцесса Вероника. И его тоже отвели к лесу.
Двое других были браконьерами, которых еще с позавчерашнего дня доставили на суд местные землевладельцы. Печальные исхудалые и избитые люди, которых егеря выследили и поймали в тайге.
- Плетей обоим, отрубить указательные пальцы, чтобы не могли больше стрелять и отпустить в знак вашей милости – ознакомившись с докладными записками, посоветовал принцессе граф Прицци. Та согласно кивнула и подтвердила приговор. Обоих увели.
- А это мой подарок вам лично, моя леди – с поклоном представил граф последнего пленника. Темного, в глухом, скрывающим лицо шлеме и колодках на искалеченных кандалами руках, обнаженного по пояс человека. Что-то омерзительно-отталкивающее было в его облике и во всех его движениях. Стоя на коленях, он гордо выпрямился и провел по сторонам глухим забралом, словно принюхиваясь, как будто видел через него собравшихся вокруг людей.
- Панзонг Круми – представил граф пленника – чародей и убийца. Один из сподвижников Драбарта Зо. Мы изловили его в холмах на севере и привезли в Гирту. Я распорядился ввести ему ингибитор подавляющий его способности к сублимации пространства-времени.
И приказал сержанту.
- Снимите с него шлем.
Сержант отвернул винт на затылке приговоренного и сорвал шлем с его растрепанной седой головы. Уже совсем немолодой, но крепкий и жилистый, ростом больше и выше любого из рыцарей, с серо-белыми длинными клочковатыми волосами, свисающими с висков, он был схож видом одновременно с волком и червем, или каким иным омерзительным, вызывающим отвращение паразитом. У него не было ни бороды, ни усов, так что ничто не скрывало его неприятно очерченного, с полными губами, как будто специально предназначенными чтобы присасываться во мраке и пить кровь рта, а над плоским, как у животного лбом белела блестящая гладкая лысина. Все внимательно рассматривали его, а он рассматривал собравшуюся публику, словно стараясь запомнить каждого присутствующего здесь. Детективу показалось, что в облике этого человека есть что-то схожее с магистром Дронтом, как будто это какой-то его родственник, быть может, даже старший брат или отец, но молчаливое созерцание длилось недолго.
Сержант одернул руку и вскрикнул, захлопал по бедру затлевшим рукавом. Пленник даже не повел взглядом. Его глаза остановились на принцессе Веронике.
- Самозванка! – одними губами, но отчего-то так, что услышали все, прошептал он, прикрыв глаза, и откинул голову. Недовольный шепот побежал по толпе, словно одновременно пленник мысленно обращался к каждому присутствующему силой своей мысли. Смятение промелькнуло на лицах, тревожно зашептались женщины. Кто-то из мужчин положил руку на эфес.
- Хороший подарок – не обращая внимания на слова приговоренного, как будто это была вещь или породистая птица в клетке, улыбнулась, кивнула графу принцесса Вероника – Август, благодарю, вы действительно умеете приятно удивить. Полагаю, он опасен даже под ингибитором?
- Разумеется – согласился граф.
- Тем лучше – ответила герцогиня и, с вызывающей улыбкой оглядывая стоящих перед ней строем мужчин, громко и весело, так чтобы слышали все, объявила.
- Квартира мэтра Друлля пустует после ареста его семьи. Она будет пожалована тому, кто отрубит и принесет мне голову этого проходимца.
На лицах старших рыцарей промелькнули улыбки. Задорно зашептались оруженосцы и пажи. Оскорбленный подобным пренебрежением маг зажмурил глаза, откинул голову и с ненавистью захрипел.
- Абуль и Джебраил примут меня в свой легион… - прошептал он сам себе, но ему тут же вылили сверху ведро с краской и поволокли в сторону леса.
Весело обсуждая предстоящее действо, все поехали следом.
- Выше по реке есть бетонная башня