Гирта, стр. 275
- Он сказал, сэр Вильмонт? – принимая поводья из трясущихся рук похмельного, покачивающегося на нетвердых ногах лохматого дворника и вручая ему мелкую монету, уточнил уже на улице детектив.
- Да – мрачно кивнул, как будто вспомнив что-то очень дурное, неподвижно уставился вдоль домов Фанкиль – там, в карантине. На втором этаже. Я тоже его видел. Он работал с теми телами в операционной. Там еще было медицинское оборудование, похожее на современное.
Большие темные каменные дома, разделенные поросшими дикой малиной и акацией мусорными кучами, стояли, прижимаясь к высокому каменному обрыву. Улица загибалась вдоль его подножья, уходя куда-то вбок и вниз. Напротив парадной желтела глухая стена какого-то казенного учреждения расположенного немного ниже по склону горы. Из трубы на его пологой черепичной крыше, стекая прямо на дорогу, лился едкий белый дым. От него першило в горле и жгло в носу.
- Баня, наверное – подумал детектив.
Фанкиль остался у дома Дюка. Вертура поехал в отдел, передал докладную записку инспектору. Тот нисколько не удивился, оторвал от уборки Марису, передал ей донесение для Хельги Тралле и велел, чтобы отнесла не задерживаясь. Детективу же приказал взять санитарную телегу и ехать за больным. Когда они выезжали со двора, снова начал накрапывать дождь. Все думали, что это будет полноценный ливень: полицейские попрятались под навесом летней столовой и на скамеечках под ветвями растущих по старому земляному валу у реки тополей, но только несколько особенно крупных капель шмякнулось в сухую пыль на плацу, и дождь прекратился.
Когда детектив вернулся с Фанкилем и Дюком, все собрались в лаборатории.
Доктор Фарне, Инга и Хельга Тралле внимательно осмотрели больного полицейского.
- Вырезать-то вырежем – вдохнул дым из шланга своей курительной машины, заключил криминалист – только уже начался абсцесс и под жаропонижающим температура критическая. Я конечно сделал ему два антибиотика, но он все равно умрет. С нашими средствами это бесполезно.
Хельга Тралле согласно кивнула, в очередной раз аккуратно проверила, пальпировала рукой, разрез.
- Обширное отторжение чужеродных тканей – продемонстрировала опухшие лимфатические узлы на шее и в паху больного Инга, достала скальпель и сделала аккуратное рассечение в районе пораженного участка на животе. В глубине плоти тусклой паутиной мерцали нити отростков, что уже видели следователи, когда вскрывали мертвых, в кого были вживлены уже знакомые диски.
- Они должны дублировать нервную систему для полного контроля тела морфов – пояснила Инга – мы нашли в справочнике описания аналогичных систем. Гибридные паразиты этого класса производятся с учетом технологии биотерминации: намеренным преданием им особенных химических и биологических свойств с целью сделать их несовместимыми с кислоуглеродными формами жизни. Иммунная система человека отвергает их как враждебный инородный организм. В принципе, извлечение на ранних стадиях симбиотического процесса могло бы привести к реабилитации организма, но, похоже, сейчас он пророс уже по всему телу, так что извлечение основного тела паразита не остановит общего отторжения. Чтобы его спасти, надо извлечь все его части, а это технически невыполнимо.
- Да, как паутина – озадаченно теребя бороду, согласился Фанкиль – ну, есть технологии квантового замещения, например…
- Где-то может и есть – пожал плечами, мрачно кивнул инспектор.
- Это значит, что человек с лицом сэра Вильмонта экспериментирует над приспособлением этой технологии к людям? – уточнил детектив.
- Да – как будто до этого было давно очевидно для всех, кроме Вертуры, с раздраженным напором ответил инспектор Тралле – все, пойдемте отсюда.
И они покинули кабинет.
- Значит, они хотят подчинить себе какого-то человека или группу людей – уже в кабинете инспектора, наверху, обсуждали происшествие инспектор Тралле, Вертура и Фанкиль. Начальник отдела Нераскрытых Дел завертел колесиком, набрал код, раскрыл сейф и достал из него массивную треугольную бутылку «Черных Дубов», налил всем троим.
- Возможно – мрачно ответил он и обвел недовольным взглядом коллег – Лео, уточните в оперативном, установили того, кто был четверным в карете сэра Визры. Марк, эту записку сэру Гессу, и вы с Анной на сегодня свободны, отдыхайте. Завтра у вас тяжелый день, утром поедете на Охоту. И не забывайте, что едете не развлекаться, а по службе, ясно это?
Он рыком развернул к коллегам папку и продемонстрировал приказ из канцелярии жандармерии, о временном переводе Вертуры и Марисы в личное подчинение полковнику Дитриху Мунзе, в должности консультантов по безопасности, подписанный майором Марком Иоганном Тинвегом.
***
- Та самая Охота на людей – весело пояснила Мариса, пока они собирались домой. Сегодня она особенно тщательно расчесывалась перед зеркалом, отирала от грязи сапоги и подол юбки, стряхивала с рукавов мантии пылинки – бывала я там несколько раз, писала о ней заметки. Давно, несколько лет назад. Просто так туда не пускают, развлечение не для толпы. У вас, в Мильде, есть такое? Когда берут самых опасных преступников, дают им ножи и выпускают в Лес, а через несколько часов начинают преследование и убивают как диких зверей. Знаешь, нет ничего более захватывающего, чем охота на человека. Я бывала на обычной охоте, но это глупо стрелять с коня из ружья или арбалета зайца, который не может защититься. Если мужчина убивает беззащитное животное ради развлечения, он не мужчина, а неуверенный в себе кусок дерьма. Другое дело охота на человека. Чего эти твари только не придумают, чтобы спасти свои богомерзкие жизни!
- Вот, смотри – она схватила со стола номер «Скандалов», тот самый с негром и бароном Гонзолле на карикатуре, деловито повела тонкими пальцами с недавно тщательно подпиленными ногтями по строкам и прочла вслух – лейтенант бригады Келпи, Кабестан Григге, пленен сэром Прицци накануне фестиваля. Банкир Моше Друль, тот самый, который протратил деньги из казны. И Двинт Нолле… Это же тот самый полицейский, вы же его и арестовали. Он вправду такой опасный злодей?
- Я вспомнил, откуда