Гирта, стр. 18
- Да, ваше сиятельство… – кивнул Вертура и с поклоном попятился спиной к дверям.
Герцог Вильмонт строго, как будто детектив уже начал расходовать его драгоценные секунды, посмотрел на него, так что детектив ускорил шаги и почти выбежал из приемной.
***
В спешке покидая герцогский дворец, размышляя о том, как бы ему поскорее сбежать из Гирты, Вертура был остановлен у парадной лестницы капитаном герцогской стражи Габриэлем Форнолле, человеком лет на десять или пятнадцать старше детектива, с уже седеющими волосами, полным жилистым лицом и широкими плечами кузнеца-молотобойца. Словно заранее поджидая его, рыцарь властным и радушным движением раскрытой ладони перегородил детективу путь и проводил под арку в трапезную, где тоже собралось веселое застолье. Усадил на свободное место и представил собравшемуся обществу – как понял Вертура, каким-то кавалерам низших рангов и их женщинам, кому по статусу не полагалось присутствовать наверху, на основном банкете.
- Вы же шпион Мильды? – вполне доброжелательно, с улыбкой поинтересовался капитан при всех, делая такой жест, словно собирался вот-вот поймать детектива за ухо и препроводить в тюрьму.
- Да! – памятуя о словах герцога Вильмонта Булле, сдавленно, но с достоинством ответил Вертура. Сорвал с головы свою малиновую цилиндрическую шапочку из плотной шерсти, какие носят в Мильде, но каких здесь на севере не было ни у кого, хлопнул себя ей по бедру, и заявил с жадностью глядя на накрытый стол, фужеры и бутылки – по личному поручению сэра Вильмонта. Наливайте, все тайны будут ваши!
Все засмеялись шутке.
- Очень хорошо – похлопал его по плечу капитан герцогской стражи и сделал жест пажу, подать детективу обеденный прибор и фужер.
Наверху снова заиграли вальс. Вертуре налили вина. Наперебой начали задавать разные каверзные вопросы, от того, что пишут в Мильде и заканчивая тем, не собирается ли он на прием к графу Августу Прицци, но он сделал благородный предупредительный жест, остановил их и, выпив залпом, потребовал еще, а за вторым фужером и третий, чем весьма развеселил всех.
Было уже совсем темно и поздно, когда, покачиваясь от выпитого, детектив вывалился из коляски на которой его подвезли до комендатуры его новые знакомые: какой-то рыцарь с женой, имена которых у детектива по высадке сразу же успешно вылетели из головы. Всю дорогу от дворца они со смехом, наперебой расспрашивая его о его нелегкой шпионской доле, его впечатлениях от Гирты, его семье и родственниках, постоянно подливали ему сидра из большой, в какие в деревнях разливают самогонный спирт бутылки, от которого ужасно ломило в зубах и от души забавлялись его шумными пьяными ответами.
- Ага – только и сказал детективу, махнул рукой дежурный из будочки у ворот, когда тот по привычке безрезультатно попытался нащупать и продемонстрировать ему поясную табличку с именем, званием и должностью, регалию, которую он предусмотрительно оставил перед отъездом в своем кабинете, в здании полицейской комендатуры Южного района Мильды. Но поняв, что его пропускают и так, детектив тоже махнул рукой на контроль и зашел в ворота полицейской комендатуры Гирты.
За столами ужинала вечерняя смена, штатные служащие и приписанные к полицейской кухне дружинники жандармерии. У дальнего костра за кухней, на чурбаках вокруг треноги собралась сумрачная компания суровых бородатых мужиков и их диковатого вида, облаченных в грубые льняные платья и кожаные крутки с завязками женщин, ели из больших плошек, которые приносили от стоящей рядом телеги, ругались, вели какие-то шумные разговоры, как будто бы что-то делили.
- А, это наш нештатный отдел – махнул рукой на вопрос Вертуры Фанкиль, когда тот поднялся в отдел – бригада Монтолле, едят за десятерых.
На этой загадочной фразе детектив окончательно выпал из реальности и без сил повалился на стул. Только тут он обнаружил, что в кабинете помимо него самого, лейтенанта Турко и инспектора Тралле, присутствует еще одна персона. В большом старом кресле напротив нерастопленной, зияющий холодным черным зевом открытой дверцы печки, положив ногу на ногу, сидела незнакомая темноволосая женщина в черных длиннополых одеждах и на которую, войдя в зал, Вертура едва не бросил свой плащ, спьяну не заметив ее в полутьме.
- Приветствую вас… – попытался оправдать свою невежливость детектив.
- Ну вот мы и встретились – неприязненно бросила она в ответ – что, сразу позвать мэтра Глотте, чтоб вышвырнул вас освежиться в корыте для лошадей?
Инспектор Тралле только покачал головой.
- Анна, прекратите – строго бросил он.
- А ну-ка, расскажите мне милейший про суфражистку и грязные сапоги! – не обратив на начальника ни малейшего внимания, зло продолжала она, вонзив горящий взгляд в детектива.
И продемонстрировала ему подкованную подошву своего огромного, изношенного и изляпанного в грязи казенного ботфорта.
С лестницы послышался смешок. Доктор Сакс и Фанкиль, задорно улыбались во все рты, потешались над детективом.
- Подставляю свое лицо под удар вашего ненаглядного башмачка, прекрасная леди… – галантно бросил детектив, развел руками и нагло откинулся на спинку стула. Он был пьян, и ему не было никакого дела до чужих обид.
- Дурак! – зло и обиженно бросила она через всю комнату и демонстративно отвернулась.
- Анна Мария Гарро, Анна Мариса – представил ее инспектор Тралле и с укором обратился к Вертуре – вы такой мастер, что уже успели заочно поссориться, а она в вас верила. Учтите, это она пишет и будет писать о вас в газету, освещать ваши перемещения. Будете вести себя достойно, напишет хорошо, будете творить непотребство, напишет так, что каждая кошка будет накатывать лужу ваши сапоги.
И обратился к ней.
- Все, Анна, прекратите, это пустое. Не привередничайте, мы на службе.
- Да я вижу, принц-изннанник из деревни. Вертура, вы хоть читать-то умеете? – ответила она тоном, как будто бы одним своим видом он вызывал у нее все самые дурные чувства и, гордо откинувшись в кресле, приложив к подбородку руку, с нескрываемым надменным презрением и разочарованием уставилась на детектива.
Вертура же с интересом разглядывал ее, пытаясь понять, нравится ли