Гирта, стр. 13
- Вот – выразительно потряхивая снова опустевшей трубкой, продемонстрировал подъезд попрошайка. Вертура недоверчиво оглядел фасад. И вправду, на углу была старая, потрескавшаяся табличка с изображением когда-то, наверное, зеленого маяка на косе мола и номер дома – три.
Вытряхнув на твердую как камень, растрескавшуюся от морской соли и пьянства ладонь своего спутника щепоть табака из кисета и прибавив к нему несколько мелких монет, детектив закурил. Подождав пока его спутник не отойдет подальше вниз по улице, искать себе нового собутыльника, кто угостит, а возможно и накормит, вошел под низкую арку подъезда.
Как и во многих других дворах, куда с интересом заглядывал детектив, когда они проходили мимо арок и просветов между домов, тут тоже были установлены большие закопченные котлы под которыми дымно горел сложенный из старых гнилых досок костер. На перекладинах вокруг было развешено серое, перестиранные бесчисленное количество раз, и также многократно латаные рубашки и штаны.
Двое чумазых от сажи мальчишек перемешивали палками одежду, кипятили ее в золе. В другом чане варились овощи на закваску, рядом на деревянном столе ожидали своего часа горшки с рассолом и кувшины.
- Тильда Бирс – обратился детектив к мальчишкам – знаете такую?
- Видели – грубо бросил тот, что постарше, оценивающе глядя на незваного гостя, и прибавил сурово – а что за дело?
Вертура стоял перед ними, широко расставив ноги и уперев свободную руку в пояс, внимательно разглядывая обоих, курил, вдыхал перед собой дым.
- Ну что встали-то? – быстро решив, как надо вести себя с этими маленькими грубиянами, грозно распорядился детектив – веди давай к ней.
- Ну ладно – бросив палку в котел, ответил тот, что постарше и, утирая грязным рукавом разгоряченное от пара и копоти лицо, нехотя направился к низкой двери у ворот.
Они вошли в пропахший кошками и гнилыми поленьями коридор и поднялись на второй этаж. Миновали заклеенное тонкой бумагой окно и оказались у незапертой двери, за которой темнела какая-то тесная, без окон, с тряпкой на проходе в кухню, прихожая.
В комнатах было душно, во всю гудела растопленная на полную силу большая, с чугунной плитой, печка, на ней в медном тазу клокотал кипяток. Пахло стираным бельем, гарью и синькой. У распахнутого настежь оклеенного бумагой, тоже без стекол, окна сидела, смотрела на улицу одуревшая от жара и копоти неопрятная серая кошка.
- Мама… – басом позвал паренек.
Невысокого роста женщина с белыми, морщинистыми руками, торчащими из высоко подвязанных рукавов темной бесформенной хламиды, и изможденным, закопченным лицом, отвернулась от таза, и злобно уставилась на детектива.
- Вы из полиции – безошибочно определила она – мэтр Тропп сообщил вам, что я вдова, у меня трое детей и меня нельзя выселять на улицу? Или вам закон не писан?
У нее были глухой, но певучий голос и длинная черная коса, обернутая вокруг подвязанной какой-то закопченной серой тряпкой головы.
- Нет, я по другому делу… – с сомнением приглядываясь к ней, также неприязненно бросил детектив – вы Тильда?
- Значит, мэтр Троп нанял громилу – заключила она - да, я Тильда. Тильда Бирс. А вы сейчас же убирайтесь вон, иначе я закричу, и вас забьют камнями. Поняли это?
- Да не знаю я никакого Троппа! – только тут Вертура сообразил, что неумытый, в дорожном плаще, в забрызганной по подолу грязью мантии и с мечом он действительно выглядит как налетчик с большой дороги – я не громила, не знаю я никакого Троппа, мне нужен кто-то, кто может нотариально подтвердить, что Тильда Бирс это именно вы, вы можете предоставить такого человека?
- Капитан Мелле. Мой покойный муж, сходите на кладбище спросите у него – дерзко ответила хозяйка кухни и подошла к окну, согнала с него кошку – и я уже пятнадцать лет как не Бирс. Что вам от меня хотите? Говорите быстро, иначе я закричу.
Ее тонкая, необычно жилистая рука, перехватив подол, сжалась на краю таза с кипятком на плите.
- Марк Вертура – приложив руку к груди, представился детектив и тяжело вздохнул – я служил с вашим двоюродным братом. Его звали Мацл. Мацл Авраам Бирс. Он мертв, погиб при исполнении в феврале 1535го…
- Я знаю – опустила руку, но все также неприветливо ответила женщина – тетка Вигго писала мне. А вы тот самый детектив, о котором пишут в газетах. Что вам угодно?
- Я привез для вас письмо от сэра Михаэля Эрнеста Динмара – достал из поясной сумки конверт детектив - Вы уметете читать? Или вам прочесть?
- Умею – с усмешкой ответила женщина – подождите.
Она отвернулась, взяла от умывальника полотенце, утерлась. Прошлась гребешком по прямой челке над красиво очерченным, разгоряченным от жары высоким лбом. Разорвала конверт, взяла со стола в углу, где под иконами на конторке лежали исписанные листы грязно-бурой дешевой бумаги и несколько таких же пожелтевших от сажи и дыма книг, пенсне, отерла о передник покрытые складками от воды и золы руки, надела его на нос. Несколько раз пробежала глазами аккуратный, написанный каллиграфическим почерком текст, подняла внимательный взгляд на детектива.
- Здесь сказано о векселе? – с недоверием и надеждой в голосе спросила она – я точно никому потом не буду должна? Это шутка или очередное мошенничество?
- Никому – ответил уже утомленный этой беседой детектив – сэр Динмар распорядился, чтобы невыплаченное жалование вашего погибшего при исполнении кузина и личная посмертная премия, а также наградная подвеска капитана полиции Мильды были переданы вам в руки лично.
- И где все это? – уставилась на детектива хозяйка кухни.
- На почте. Я отправил их до востребования двумя письмами. В дороге всякое может случиться, я не рискнул везти их при себе.
- Шутник – усмехнулась собеседница, горько покачала головой и снова посмотрела на таз с кипятком на плите.
Но Вертура отогнул полу плаща и, продемонстрировав прикрепленную к ремню портупеи массивную серебряную цилиндрическую подвеску с тремя параллельными бороздами,