Шаги по воде, стр. 44

— Чем могу вам помочь? — доброжелательно спросила она.

— Здравствуйте. Меня зовут Оливия Девис. Я сестра Мегги, — произнесла Оливия и замялась, не зная, что тут можно ещё добавить.

— Я ожидала, что вы придите раньше, — ответила женщина, нисколько не удивившись и изучающе глядя на неё. — Проходите, пожалуйста.

— Что значит, вы меня ждали? — удивлённо спросила Оливия, проходя в дом и поворачиваясь к ней.

— Мегги сказала, что вы обязательно приедете, — женщина тепло улыбнулась.

— Правда? Если бы она дала знать, что ей нужна моя помощь…

— Я знаю, что она не просила вас об этом, — прервала её та. — Меня зовут Долли Паркер. Думаю, нам надо о многом поговорить, так что лучше сделать это не в дверях. Пойдёмте в гостиную, — предложила она. — Подозреваю, что у вас есть множество вопросов, которые вам хотелось бы задать мне.

— Вы правы, — согласилась Оливия, следуя за ней. — С тех пор как я приехала в Биллингс вопросы это единственное, что у меня есть. И пока не нашлось ни одного человека, который смог бы прояснить ситуацию. Откуда вы знаете мою сестру и почему она была уверена, что я приеду к вам?

— Присаживайтесь, — женщина кивнула на широкий кожаный диван у стоящего посередине гостиной кофейного столика и опустилась в кресло напротив. — Хотите чаю? Или чего-нибудь холодного?

— Единственное, чего я сейчас хочу, это узнать хоть что-нибудь о моей сестре, — мрачно отозвалась Оливия.

— Хорошо. Я понимаю. Думаю, вы уже побывали в общине и поговорили с Алексом Уилтоном?

— Да. Это он дал мне ваш адрес, но не захотел объяснять, почему я должна встретиться с вами.

— Это я предложила Мегги пожить в общине, — произнесла женщина. — Наверное, лучше мне начать с самого начала, чтобы вам стало понятно, откуда я знаю вашу сестру. Мой дед владел землёй, на которой сейчас расположена община. Я знаю Алекса Уилтона ещё с тех пор, как он был ребёнком. Однажды, почти три года назад, Мегги появилась на пороге моего дома. Это было как в страшном фильме. Ночь, гроза, дождь стеной и молодая, хрупкая девушка, испуганная и обессиленная, нуждающаяся в помощи. Я не могла оттолкнуть её, — вздохнув, женщина отвела взгляд, словно вновь переживая то, о чём рассказывала. — Она бежала от человека, которого очень любила, но который превратил её жизнь в ад.

Наклонившись вперёд, и чувствуя напряжение во всём теле, Оливия попыталась представить Мегги и это вызывало у неё приступ бессильной тоски.

— Я дала ей крышу над головой и временную защиту, но Мегги была так напугана, что не хотела задерживаться где-то, где он мог бы её найти. Тогда я подумала об Алексе. Всю свою жизнь он посвятил помощи людям, которые остались без поддержки близких, — бросив взгляд на Оливию женщина мягко остановила её возражения. — Я понимаю, что вы считаете, что могли помочь ей, но она так не думала. Так Мегги попала в «Осознание». Через некоторое время она успокоилась. Мы виделись достаточно часто, чтобы я могла судить, что ей нравится её новая жизнь. Я знаю, что за всё время, что она прожила в общине, у неё было несколько срывов, когда она уезжала и пропадала на какое-то время. Думаю, она всё ещё любила мужчину, от которого скрывалась, и пыталась увидеться с ним. Так продолжалось до тех пор, пока этот парень не появился тут, расспрашивая о ней.

— Если вам удалось так близко познакомиться с моей сестрой вы должны знать, что я детектив и работаю в полиции. Почему она не обратилась ко мне?

— Я скажу вам, — кивнула женщина. — Но сначала я должна рассказать, чтобы вы поняли, насколько напугана была она, когда узнала, что он разыскивает её здесь. Мегги говорила, что нет места на земле, где бы он не смог её найти. Три года ей удавалось скрывать от него своё местонахождение. Его появление повергло её в ужас. На следующее утро я узнала, что Мегги участвовала в этом ужасном самоубийстве.

— Что он хотел от неё?

— Вернуть её то, что ему принадлежало, — ответила женщина, вставая и подходя к широкому окну, выходящему в сад.

— Она украла у него что-то? — спросила Оливия, поднимаясь следом.

— Можно сказать и так, — не оборачиваясь, произнесла женщина. — Но я думаю, по-другому.

Подойдя ближе, Оливия проследила за её взглядом, и её сердце замерло, а тело бросило в холодный пот.

Окна гостиной выходили на большую зелёную полянку с задней стороны дома. Посередине, среди разбросанных на мягкой траве игрушек она увидела ребёнка. Маленькую светловолосую девочку, в голубом, коротком платьице, играющую на траве. Ей не нужны были слова, чтобы понять кто она. Это была точная копия её младшей сестрёнки. Такая, какой она всё ещё помнила её в своём детстве. Пульс участился и в голове зашумело так, что она подумала, что может потерять сознание. Потянувшись к оконной раме, Оливия закрыла глаза, шумно вздохнув.

— Мегги не хотела, чтобы она попала к нему. Этот человек, отец её ребёнка и имеет на неё все права. Он торгует наркотиками и принимает их сам. Он контролировал жизнь Мегги, пока она не сбежала от него, поняв, что ждёт ребёнка. Я не знаю, где она родила эту малышку. Той ночью она появилась здесь с грудным ребёнком на руках. Я не смогла остаться в стороне. Мои дети и внуки давно уже выросли и живут далеко от меня. Я хотела ей помочь. Она оставила девочку у меня, а сама поселилась в общине. Здесь она могла навещать её так часто, как это было возможно. Когда этот мужчина нашёл её, единственное, что её заботило, так это чтобы девочка не попала к нему в руки.

— Если бы она обратилась ко мне, этого бы не случилось, — голос Оливии сорвался.

— Первое место, где бы он стал искать её, это дом её родителей. Как и ваш дом. И должна напомнить, что у него были все права делать это, ведь он её отец. Мегги очень боялась, что он заберёт ребёнка и девочка повторит её судьбу. Я думаю, она решила, что если её не станет, он не сможет найти малышку.

— Мы могли бы справиться с этим вместе, — хрипло прошептала Оливия. — Он никогда не получил бы ребёнка, если бы я знала об этом.

— Она сделала так, как считала правильным, — ответила женщина негромко. — Мегги рассказала мне о вас в последний вечер, когда была здесь, — повернувшись, женщина окинула её проницательным взглядом. — Она сказала, что вы обязательно найдёте меня. Она оставила для вас кое-что, — продолжила женщина, направившись к старинному резному комоду и достав из него тонкую белую папку, вернулась обратно. — Она хотела, чтобы я передала это вам, когда вы приедете. А ещё, она сказала, что, если вы сделаете вид, что не видели этих бумаг, она не станет вас винить, — протянув папку Оливии, она бросила взгляд на часы. — Келси пора сейчас кушать и спать. Я наняла няню, но всегда укладываю её сама, поэтому вы можете пока посмотреть бумаги, а я скоро вернусь.

— Келси? — с трудом соображая, переспросила Оливия.

— Да. Так зовут малышку, — улыбнулась женщина. — Я оставлю вас ненадолго, а потом вы сможете задать мне все ваши вопросы.

Оливия перевела взгляд за окно, и её сердце неистово забилось при виде маленькой девочки, играющей в саду. Нахлынувший за этим поток мыслей и эмоций заполнил её. К растерянности и боли от потери сестры теперь примешались досада и злость на то, что Мегги довела свою жизнь до того, что оставила своего ребёнка совершенно чужому человеку.

Заставив себя отойти от окна, она вернулась к дивану, и присев открыла папку с бумагами. Первое, что она увидела, были документы самой Мегги и справка о рождении на имя Келси Девис. Малышке совсем недавно исполнилось три годика. Отложив в сторону документы, Оливия извлекла из папки соединённые скрепкой листы бумаги с приколотым сверху маленьким запечатанным конвертом. В нём находился свёрнутый тетрадный листок. Развернув его, Оливия прочла всего одну написанную на листе строчку: «Я знаю, что ты позаботишься о ней».

Сглотнув, она вернулась к сколотым вместе напечатанным листам, быстро пробегая по ним глазами. Это было заявление, составленное у нотариуса, в котором Мегги передавала опеку над своей дочерью Келси Девис своей сестре Оливии. Её руки дрожали так, что строчки прыгали перед глазами, и она с трудом разбирала слова. Опустив бумаги на кофейный столик, Оливия вновь взяла тетрадный лист и провела кончиками пальцев по написанным аккуратным, ровным и таким знакомым почерком буквам.