Шаги по воде, стр. 14

*****

Машина остановилась на дороге, напротив входа в клуб и Рене, поблагодарив парня в дорогом сером костюме, сидящего за рулём, вышла. Обычно по понедельникам посетителей в клубе было немного, и она всегда старалась добавлять что-нибудь интересное в программу, чтобы их приходило больше. Сегодня это было танцевальное шоу, поэтому парковка перед клубом была полностью занята машинами. Честно говоря, ей совсем не хотелось заезжать в клуб этим вечером. Она устала, проведя целый день в небольшом офисе в центре города, составляя налоговые отчёты со своим помощником. Но приезжать сюда каждый день, хотя бы на несколько минут, чтобы проверить всё ли в порядке, стало для неё привычкой.

Она почти подошла к дверям, когда заметила машину Алекс в самом дальнем углу парковки. Конечно, её подруга была здесь. Девушка проводила в клубе почти каждый вечер. Но внимание Рене привлекло то, что габаритные огни машины горели. Решив, что Алекс просто забыла выключить освещение, она всё же направилась проверить. Несмотря на то, что Алекс не имела постоянной работы, её спорткар блестел и сиял, как новенький.

Когда Рене поравнялась с машиной ей показалось, что в ней кто-то есть. Сделав ещё шаг, она остановилась, а потом быстро отступила назад и стремительно повернувшись, направилась к клубу. Алекс была в машине не одна, и то, чем она там занималась, не вызывало никаких сомнений. У неё на коленях сидела девушка, и Рене отчётливо увидела обнажённую грудь, плавно вздымающуюся в тусклом свете, и руку, опустившуюся на неё, которую узнала бы из сотни других.

Дойдя до дверей, она справилась со смятением и глубоко вздохнув, вошла внутрь. Конечно, она достаточно хорошо знала Алекс, чтобы понимать, что в её жизни много женщин. Она даже видела, как девушка проводила с ними время в её клубе, а потом покидала его вместе с очередной подружкой. Но Рене ещё ни разу не была свидетелем чего-то настолько интимного. Между ними уже давно не было никаких обязательств, но несмотря на это, она всё равно чувствовала неприятную горечь. Она отказывалась думать об этом раньше, но увидеть своими глазами оказалась не готова.

*****

Оливия присела на высокий барный стул и, заказав бокал виски со льдом, сделала небольшой глоток. Это было лучше, чем возвращаться в пустой, одинокий дом. Она знала, что мысли о работе не дадут ей уснуть. Здесь же, среди музыки и людей, Оливия надеялась хоть на короткое время от них отвлечься. Как она могла так ошибиться? Почему у нее не возникло ни тени сомнения, что задержанный ими мужчина может говорить правду. Она успокоилась и провела выходные в полной уверенности, что дело, над которым они работали, практически раскрыто. А теперь, из-за её легкомысленности, молодая пара любящих друг друга людей была убита.

— Пьёшь в одиночестве? Не очень хороший знак, — раздался рядом знакомый голос и, повернувшись, она встретилась взглядом с парой нежно-карих глаз.

— Присоединяйся, — предложила она, отворачиваясь.

— Как я понимаю, твоей напарницы здесь нет? — Рене присела на соседний стул и, сделав знак официанту, повернулась к ней.

— Я отвезла Эшли домой.

На стойке бара перед Рене появился бокал мартини, и она несколькими глотками опустошила его, попросив повторить.

— Неудачный день? — Оливия ещё раз внимательнее посмотрела на девушку.

— Нечего особенного, — спокойно ответила Рене. — А что у тебя?

Её тёплый, проницательный взгляд заставил Оливию немного расслабиться. Похоже, Рене спрашивала не просто для того, чтобы поддержать разговор.

— Я совершила ошибку, — Оливия покрутила в руках бокал, вновь подумав о погибших ребятах.

— Это же не касается Эшли? — в голосе девушки послышалось небольшое беспокойство.

— Нет, — улыбнулась она. — По крайней мере, не так, как ты думаешь. Это по работе.

— Понятно. Не хочешь рассказать? Может быть, это и не такая большая ошибка, как ты думаешь.

— Там, где я работаю любая ошибка может стоит кому-то жизни, — ответила Оливия негромко.

— Мы все ошибаемся, Лив, — в голосе Рене послышалось сочувствие.

— Когда это обходится так дорого, то сложно не винить себя, — сделав большой глоток, Оливия вздохнула. — Я не могу не думать об этом и не хочу идти домой. Я бы поехала на работу, но Эшли взяла с меня обещание, что я не появлюсь там до утра.

— Поэтому ты здесь, — заключила Рене и придвинулась ближе.

Оливия почувствовала слабый цветочный запах парфюма и тепло, исходящее от девушки. Рене сидела близко, но не касалась её и, несмотря на это, она остро ощущала её близость. Она была приятной, успокаивающей и одновременно немного волнующей.

— Расскажи мне, что произошло и тебе станет легче, — предложила Рене.

— Я не могу разглашать подробности дела, над которым мы работаем, — перед Оливией появился новый бокал.

— Расскажи без подробностей. Не бойся, я не агент внутренней службы и не собираюсь выдавать тебя, — тихо рассмеялась Рене.

— Было совершено убийство и всё указывало на одного человека, которого мы сразу арестовали. Его вина казалась так очевидна, что у меня не было сомнений. Мы продержали его почти трое суток. У нас не было признания, но были определённые доказательства. Сегодня выяснилось, что убийца не он. В то время, пока я допрашивала его утром, убили его сына с невестой.

— Я слышала что-то в новостях, — Рене кивнула. — Так в чём твоя ошибка?

— Пока я думала, что мы раскрыли дело, преступник был на свободе.

— Лив, у тебя же нет дара ясновидения?

— Иногда хотелось бы чтобы был, — вздохнула Оливия.

— Ты не можешь брать на себя ответственность за поступки тех, кто совершает преступления, — убеждённо заговорила Рене. — То, что тебя так сильно беспокоит это, не говорит, что это твоя вина. Просто ты хороший человек и воспринимаешь всё близко к сердцу.

— Это же жизни людей, как ещё это можно воспринимать? — Оливия посмотрела ей в глаза, чувствуя, как к горлу подступает комок.

— Мне жаль, — Рене накрыла её ладонь своей. — Но ты не виновата. И никто не виноват, кроме того, кто это сделал.

— Я должна была проверить всё ещё раз, сделать что-то, чтобы убедиться, что мы на правильном пути, — вздохнула Оливия не в силах отвести взгляда от тонких пальцев на своей руке.

— Сделаешь, — кивнула Рене.

— Это не вернёт жизни тем ребятам.

— Но спасёт чьи-то другие, — Рене улыбнулась и убрала руку. — Знаешь, ты меня приятно удивляешь.

— Правда? И чем же? — Оливия вернулась к своему бокалу, стараясь не показать свою заинтересованность.

— Когда я увидела тебя в первый раз, мне показалось, что ты заносчивая и слишком самоуверенная.

— Теперь понятно. Сегодня по моей самоуверенности был нанесён серьёзный удар, — согласилась она. — Я помню, тот день. Джейд привезла нас в клуб, чтобы мы могли спокойно обсудить её участие в нашей операции. Эшли яростно протестовала, не желая даже слушать об этом. И тут зашла ты, — Оливия усмехнулась. — Я сказала тебе что-то грубое, честное слово, позже мне было очень стыдно.

— Ну, ты же извинилась, — улыбнулась Рене. — Это было забавно.

— И я не заносчивая, — добавила Оливия.

— Я же сказала, что приятно удивлена тем, что ошибалась, — повторила Рене.

В клубе играла негромкая музыка. Они сидели рядом и просто разговаривали. Оливия даже не заметила, как напряжение постепенно отпустило её. Вероятно, этому способствовал алкоголь, приятно согревающий её тело, но, с другой стороны, компания Рене успокаивала её и мысли плавно перетекли в другое русло. Тонкая светло-зелёная рубашка Рене плотно облегала её стройную фигуру, подчёркивая грудь и обнажая в вырезе участок нежной загорелой кожи. Тёмно-синие джинсы сидели на девушке как влитые. Оливия обратила внимание, что за всё время их ни разу не побеспокоили, хотя безусловно все в клубе знали Рене. Бармен, тактично меняя бокалы, тут же отходил к другим посетителям. Внимание девушки было сосредоточено только на ней и это оказалось чрезвычайно приятно. После их первой встречи Оливии думала, что, как и все безупречно красивые девушки Рене была высокомерной, но это оказалось не так. Находиться в её компании было легко и приятно. В ней чувствовалась какая-то особая женственность. Не изнеженность, а именно мягкая женская красота, под которой угадывался твёрдый характер. А в светло-карих глазах лучились теплые золотистые песчинки. Оливия вдруг поняла, что ей нравится наблюдать как, они вспыхивают, когда девушка смеётся и как вздрагивают её тёмные ресницы, когда Оливия обращается к ней.