Huntington (СИ), стр. 24

На строчке «I’m all alone», Билл замечает вошедшего в студию Тома. Держит лицо, поэтому улыбнуться не может. Том садится на стул, почти в самом конце комнаты. В руках стакан кофе и солнечные очки. Том смотрит на Билла и, кажется, даже не моргает. Брат кажется уверенным, живым.

Билл красив настолько, что Том удивляется, как люди, окружающие его, не слепнут от его красоты.

Том на несколько минут забывает о болезни, он том, что Билл пойдет завтра к психиатру. Он засматривается на брата так, что не замечает, как режиссер останавливает съемки, чтобы Билл переоделся.

Младший подходит к Тому, удивленно смотрит на него, потому что тот не реагирует на его приближение, а просто смотрит на него.

-Том, эй. Пойдем со мной, мне нужно переодеться.

-А, да.

Билл улыбается:

-Ты видишь меня каждый день, и все равно реагируешь на меня так, словно видишь впервые.

-Я никогда не смирюсь с твоей красотой.

-Том, мы идентичные.

Билл смеется и тащит Тома в гримерку. Старший улыбается.

-Да, мы идентичные.

***

Том не заметил, как прошли шесть часов съемок, смотря на брата. Билл же вымотан полностью и все, что он хочет – сигарета и спать.

-Может, заедем куда-нибудь, поедим?

-Нет, я не вывезу. Закажем домой.

Том соглашается. Билл опускает стекло в машине, прохладный весенний воздух приятно освежает. Билл закуривает.

-Больше никогда я не соглашусь на подобные съемки. Это ужасно.

-Как ты? Помимо усталости.

Билл затягивается, откидывается на спинку сиденья.

-Жить можно. Посплю, и все будет нормально. Блять, завтра же к Йосту. Сука, я хотел выспаться.

Том кладет руку на колено Билла.

-Я люблю тебя.

Младший улыбается.

-Что с нами было бы, если бы я не настоял двенадцать лет назад?

И Том понимает, что даже представить этого не может.

-Но ты настоял.

-Ты не жалеешь?

-Никогда.

Билл улыбается, докуривает.

Никогда.

***

Билл дышит рвано, хватается пальцами за спину Тома. Старший целует Билла грубо, прикусывая его губы. Целует его так, что у него останутся синяки на шее и груди. Том хватает Билла за талию, младший постанывает даже от этих движений. Том прижимает Билла спиной к себе, младший запрокидывает голову, открывая шею, Том тут же хватает его, Билл забирает его пальцы в рот. Том громко вдыхает, младший улыбается.

Жизнь сука, но они любят друг друга слишком сильно, чтобы сейчас от нее отказаться.

========== Chapter twenty two ==========

Until The Ribbon Breaks – One Way Or Another

Том будит брата в десять утра. Кажется, переживает за прием Билла больше, чем за свой. Младший встает неохотно.

-Что нам это даст?

-Не знаю, но если поможет хоть чем-нибудь, то оно того стоит.

Билл пьет кофе, Том курит.

-Он же будет задавать вопросы. Как мне на них отвечать?

-Как хочешь.

-Нет, я имею в виду… вопросы о нас?

Том, наконец, понимает, о чем говорит Билл.

-Не обращай внимания. Игнорируй.

-Игнорировать вопросы психиатра?

-У тебя есть другие предложения?

Билл отрицательно мотает головой.

-Ладно. Я собираться.

-Я отвезу тебя и подожду, пока вы не закончите. После довезу тебя до дома и поеду на работу.

Билл вопросительно смотрит на Тома:

-Тебе заняться нечем больше?

-Мне так спокойней.

Билл пожимает плечами и уходит.

Том закуривает.

Долго Билл не позволит себя так контролировать. Скоро начнет возражать против любого контроля. И когда это произойдет, Том даже думать не хочет, что будет делать.

Билл надевает свободную толстовку Тома и синие джинсы. Волосы со вчерашней съемки до сих пор лежат так, как их уложили, поэтому Билл даже не смотрит в зеркало.

-Я готов, поехали.

Том тушит сигарету, протягивает Биллу горсть таблеток, пьет сам. Младший не считает нужным даже запить их.

-Давай, Том, я хочу побыстрее от этого отделаться и вернуться ко сну.

-Хорошо, поехали.

***

Билл сидит в коридоре, перед кабинетом Йоста. Теребит рукав кофты, думая о том, что еще не поздно уйти. Но на улице его ждет Том, которому он запретил заходить с ним, и если Билл не появиться у психиатра, Том об этом узнает. Будет еще больше волокиты и ненужных скандалов.

Поэтому Билл негромко стучит в дверь кабинета и заходит.

-Здравствуйте.

Йост, до этого что-то читавший, приветливо улыбается и указывает Биллу на стул перед его столом.

-Здравствуй. Садись. Кофе, может быть, или чай?

Билл отрицательно мотает головой, сильнее пряча кисти рук в рукава кофты.

-Хорошо. Как ты?

Йост говорит тихо, как-то даже мягко. Билл хочет на него злиться, но понимает, что не за что.

-По мне не видно?

-Сколько дней ты без наркотиков?

Билл вскидывает на доктора усталый взгляд, пару секунд помедлив, отвечает:

-Около недели.

-Как чувствуешь себя?

-Готов сорваться сейчас же, если дадите, чем ширнуться.

-Но понимаешь, что не можешь?

-Понимаю. – Билл смотрит в окно, кусает губы.

-Том ждет тебя внизу? – Йост смотрит на Билла странно, как-то слишком спокойно и расслабленно.

-Да.

-Как давно он узнал о диагнозе?

-Почти год назад, прошлым летом.

-А ты?

-В начале апреля.

-Почему?

Билл скрещивает руки на груди, смотрит в стену и заставляет себя ответить.

-Мы были в Амстердаме, он сломал себе пальцы о стену ванной в отеле.

-Что вы делали в Амстердаме?

-Как я понял после, мы сбежали. Он пытался дать нам шанс на нормальную жизнь. Я пытался понять его, пытался понять, почему он это сделал.

-Почему?

-Вы же в курсе, что я не хочу с вами разговаривать?

Йост улыбается:

-Я понял это, когда впервые увидел вас. Но это терапия, поэтому тебе нужно отвечать мне.

-А если нет?

-Рано или поздно ты заговоришь. И для нас обоих лучше, если это произойдет рано.

-Он всю жизнь оберегал меня. И рассказал о Гентингтоне только тогда, когда понял, что врать больше не сможет.

-Ты обвиняешь его в этом?

-В чем? В том, что пытался скрыть все от меня? Да.

-Ты злишься?

Билл почти говорит, что любит Тома, поэтому злиться не может, но вовремя останавливается.

-Да.

-Ты знал, что ваша мать умерла от Гентингтона?

-Нет. Том рассказал об этом недавно.

-Как ты себя чувствуешь? Как работа?

-Не вижу смысла думать о том, как я себя чувствую. Это не изменит того, что я умираю. Заставляю себя работать, потому что иначе сойду с ума.

Йост закрывает медкарту Билла, встает и садится на стул напротив него. Каулитц отклоняется и прислоняется к спинке своего.

-Бывают кошмары, суицидальные мысли?

-Я жду момента, когда сдастся Том. Когда поймет, что, что бы он ни делал, мы умираем, и этого не изменить.

-Мысль того, что вы можете жить еще три, четыре года относительно нормально, принимая препараты, ты не рассматриваешь?

Билл смеется. Протягивает правую руку вперед. Молча ждет минуту, две, пока кисть не дернется.

-Это происходит постоянно. Вы действительно думаете, что я буду ждать, пока хорея не заберет у меня способность самостоятельно зажечь сигарету?

-Как ты держишься?

-Не могу оставить Тома одного. Пока не могу.

Йост на мгновение задумывается над фразой «Пока не могу», но продолжает задавать вопросы.

-У тебя есть девушка?

Билл забывается и начинает смеяться.

-Парень?

-Черт, нет, у меня никого нет.

-Тебе комфортно?

-Вы предлагаете завести отношения, и тогда мне станет легче? Тогда я вдруг решу, что хочу жить?

Йост все прекрасно понимает, но не указывает на это Биллу.

-Хорошо, не будем об этом. Ваши родители знают о диагнозе?

-Гордон, отчим, узнал о нем раньше меня.

-Тебя это задело?

-А вы как думаете?

Билл сжимает кулаки в кармане кофты, подавляет в себе желание встать и выйти. Разговор утомляет, Йост раздражает.