Вихрь. Врачи. (СИ), стр. 35

Лекции начались как всегда интересно. Они разбирали тему по микрохирургии глаза. Им показывали большие и маленькие ролики проводимых операций, снимки, учили как может обнаружить проблему специалист, следуя потоку энергии, которая сбоит. Их учитель был страшненьким, но очень счастливым в браке котом. У него было шесть сыновей и уже два внука. Как оказалось, он омега, которая встала в пару с такой же омегой. Два раза рожал он и три раза супруг. У них одна двойня, причем они первенцы и остальные погодки. При этом один из сыновей страдает зрением. Снимков с его недугом было предостаточно, так как его заболевание являлось редким и генетическим. Не травма или следствие заболевания вирусом, либо банальное переохлаждение и воспаление, а именно генетика.

Самаль слушал, смотрел, запоминал. У него должна быть богатая теоретическая база, иначе не быть ему врачом. Кроме аппаратов, которые имеются для каждого органа свои, еще и знания по анестезии, по противодействию аллергической реакции или бунте зверя. Да, людям без зверя души ниша врачевания дается гораздо легче. Здесь же все упирается в два столпа: физика и энергия.

Микрохирургия, как и вообще отделение врачебной практики, разделяется на два подвида: физический и энергетический. Как им сказал врач, их разделят на два потока. После практики на третьем году, согласно знаниям и успехам. Одни будут физическими микрохирургами, а вторые энергетическими микрохирургами. Если с первыми понятно, то вторые были гораздо интереснее. Они проводили операции с ложе, коконом, самим зверем и нейтральной зоной. Простая хирургия не делится на физику и энергию, только микрохирургия. Если человек думает, что мир его зверя огромен, то в действительности это сгусток точки сил, который чуть больше чем три пальца сжатые в кулак, без ладони и оставшихся двух пальцев. Попробуй на таком пространстве проведи операцию, не обладая терпением и умением микрохирурга!

Самаль хотел именно на это отделение. Просто копаться в органах его не прельщало, а вот помогать самому зверю, этого он хотел больше всего.

Свидания с Мераром, общие темы, ласки и раз-два в неделю завалить его на спинку, услышать, как ему хорошо, почувствовать, как ему хорошо - Самаль погружался в отношения с ним. И…он делал нехорошее. Да, он встречался с Валади. Тайком. Всегда стирая с себя запах второго любимого, чтобы первый ни о чем не догадался и ему не было больно.

Глупо? Да, очень глупо. Все тайное становится явным. Всегда.

Они встречались уже год. С осени до осени. Третий год обучения. Третий и распределение по местам практики. Самаль оказался распределен в больницу, где практику проходят Артур, Яши и Валади. Правда они все разделены временем и отделениями. Хирургия и родовое на разных этажах и все же, именно Самаль и Валади по временной сетке ближе всех.

Сегодня он дежурил, ждал, когда подготовленная операционная будет заполнена врачами и готовящимся к операции пациентом. Артур, которого быть здесь не должно, пришел.

- Самаль, - позвал он друга.

- Артур? Привет, ты чего здесь? Выходной же. - Удивился тот, подходя к нему и пожимая руку.

- Отойдем. - Артур был серьезен, и даже очень серьезен.

Удивившись, пошел следом за широкоплечим другом. Отошли к пустой комнате ординаторской. Вошли, дверь прикрыли. Артур развернулся и спросил:

- Ты уверен в том, что делаешь?

- Не понял, ты, о чем?

- Самаль, - Артур покачал головой, - понимаю, дело не мое, и в принципе лично не задевает, только вы оба мои друзья. Ты понимаешь, что все тайное станет явным?

- Артур, - Самаль вздохнул, - ты все узнал, да?

- Увидел. Ты понимаешь, что для Мерара это полноценная измена? Он ревнивый, собственник и ты сейчас его пара. Пусть вы еще и не обменялись щитами, но вы пара.

- Я не знаю, что мне делать. - Самаль сел на кушетку, вздохнул. - Артур, ты поверишь, что люблю двоих, одинаково?

- Нет. Не поверю. - Артур покачал головой. - Одинаково любить двух разных человек просто невозможно.

- А для меня они одинаковые. И вместе мое единое целое. Для меня нет между ними разницы. Они оба мои. Вот только… - он вздохнул, - только между ними ничего, кроме боли и ревности.

- Ты ведь выбрал, чего ты мечешься? Ты ведь понимаешь, что если Мерар узнает, то ты его потеряешь. Как бы не навсегда. Он простил тебя, простил и принял. Так чего ты мечешься?

Самаль болезненно улыбнулся.

- Для меня хорошо, когда они оба счастливы.

- Так отпусти одного, и он будет счастлив. Ты дергаешь их обоих, ты делаешь им больно. Тебе мало того, что было, когда у вас только начиналось? Секрет тебе открою - сейчас Мерару будет больнее в разы. Он поверил тебе. Понимаешь? Он тебе поверил и простил, принял, дал зеленый свет. А ты что? Опять заметался, запрыгал как пес на сеновале. И самому не надо, и другим для пользы не даешь.

- Да все я понимаю, Артур. Все понимаю. А как прикажешь сердцу? - Он поднял глаза. - Я с Мераром, да я счастлив. И в тот же момент вторая половинка меня плачет, ведь Валади не рядом, не с нами, не счастлив.

- А ты спросил, Валади такое положение вещей устраивает? Он что, хочет стать третьим, чтобы у тебя там что-то не плакало?

- Артур… - и шепотом договорил, - Валади любит Мерара.

- Чего? - округлил глаза, подумав, что ослышался, таури потряс головой. - Кто кого любит?

- Я и сам удивился. У нас гребанный треугольник, где я и Валади любим друг друга, и любим Мерара, но он любит только меня и ненавидит Валади. Вот так у нас отношения развились. - И подняв голову усмехнулся. - Прикольно?

- Валади влюблен в Мерара? И в тебя? А он не врет? Может он это специально сказал? Чтобы тебя вернуть?

- Не-а. - Самаль покачал головой. - Его зверь подтвердил, что хочет в пару меня и Мерара.

- Охренеть ситуация. - Он даже к лицу ладонь приставил и присел на стоявший стул. - Во дела.

- Вот тебе и дела. - Самаль прижался спиной к стене, покачал головой. - А теперь представь, как он себя ощущает, зная, что своими руками отвернул от себя любимого человека, да до такой степени, что вызвал ненависть. И у нас все еще хуже, чем просто плохо. Когда мы с Мераром помирились, он сказал, что даже обручившись с женихом своим, даже тогда его зверь настойчиво требовал вернуться ко мне. Даже если мы разбежимся… Артур, я так запутался, устал от всего этого. Люблю двоих. Безумно люблю двоих. А между ними, из-за меня, и из-за Валади, ничего не построить.

- Ты уверен? Может все же возможно?

- Я попытался с ним поговорить на эту тему. - Самаль покачал головой. - Он сказал, что делить меня ни с кем не будет. Или мы вместе и только вместе, или лучше не начинать ничего.

- Самаль, - Артур облизнул губы, - ты понимаешь, что больше нельзя встречаться с Валади? Если Мерар узнает, он порвет с тобой. Опять. И возможно уже никогда не простит тебя. Ты должен прекратить встречаться с Валади. Ты это понимаешь?

В ответ только кивок головой. Он все понимает, все осознает. Вот только тянет его к ним обоим со страшной силой. Его альбинос, его леопард с едва различимыми пятнами, он жаждет быть и с марашат и с тем котиком, который прячется за образами, который не показывается даже для него, играется. И если не видит зверь хоть одного из них продолжительное время, а если точнее, то три недели, то начинает тосковать и тянет найти, тянет встретиться. Сопротивляться тяге зверя просто нереально. От этого и есть вся проблема: Самаль не может воспротивиться тяге зверя. Это невозможно. Это бесполезно. Когда они расстались, когда его отбросил от себя Мерар, когда они разорвали отношения с Валади, зверь Самаля начал заболевать, потому что сам Самаль противился. Итог: Мерар с ним, а Валади на подхвате и по тайным свиданиям.

В двери позвонили. Самаль пошел открывать и удивленно, а потом обрадованно заулыбался при виде любимого. В ответ никакой улыбки. И улыбка на губах Самаля завяла.

- Знаешь, я думал ты выбрал. - Мерар посмотрел на замершего на пороге своей квартиры, - я действительно думал, что ты выбрал. - Достал из кармана пачку фотографий и прижал их к груди Самаля. - Я действительно поверил, что ты мой, а я твой и никого больше между нами. - Болезненно улыбнулся, отпустил снимки и те ворохом посыпались на пол. - Извини, но я так, как ты, не умею. И мой любимый человек должен быть только моим. И никого между нами.