Кружок веселого волшебства (СИ), стр. 13

 - Ничего не выяснили - подвел итог Сергей, когда они вышли на улицу.

 - Знаешь что, давай я сегодня на ночь еще внимательно почитаю, а завтра, как родню спроважу, вместе соберемся и будем думать.

 - Ты только сам ничего не делай, хорошо?

 - Вас дождусь. Слушай, а ты же ничего про себя не сказал. Ты сам-то - как?

 - Я сам нормально, - глядя на него сказал Сергей, - пока ночь не пришла. А там  не знаю, в своей постели проснусь, или где еще. И все ли вокруг при этом будут живы. Про двух рецидивистов, которых собаки растерзали, слышал уже?

 - Слышал, но думал - байки. Так это был ты?

 - Это был я. И в следующий раз я боюсь родителей своих в луже крови увидать.

 - Так вы ничего не выяснили? - спросил Ринат. Он был бледен как мел и еле держался на ногах.

 - Пока нет. Давай завтра вечером встретимся у тебя и все обсудим. Что-нибудь обязательно придумаем.

 - Сережа, у меня есть к тебе одна просьба - Ринат внимательно смотрел Сергею в глаза, - Проверяй меня утром. И если я не отзовусь - вызывай милицию.

 - Не надо так. Держись, дружище - сказал Сергей и вышел из квартиры.

Глава 9. Последняя.

Ночь лилась мрачным, словно воды подземной реки, черным потоком. Где-то в темных подвалах под старыми домами отделялись от сырых стен бесплотные тени, скользили вдоль подземных туннелей, проникали в черные ходы домов, заглядывали в заросшие пылью и паутиной двери квартир.  Кого-то звали, о чем-то шептали бесплотные голоса.

Ринат сидел на кровати, скорчившись и зажав уши руками. Периодически он окидывал взглядом комнату, с таким родным пузатым абажуром люстры, книжными полками, уставленными учебниками и любимыми книгами, с поцарапанным письменным столом, на котором темнел согнутый силуэт настольной лампы. Как же хотелось снова вернуться в этот теплый уютный мир, где есть солнце, друзья, книги. Где летом можно купаться в речке, ходить в лес по грибы и ягоды, а зимой играть в снежки и кататься на лыжах. Где теплые руки мамы, спокойный голос отца, где есть смешная непоседливая младшая сестра.

Ничего этого больше не было. Было только полное боли и жажды существование живого трупа. И звучащие вокруг голоса ночи,  которой теперь принадлежал Ринат.  Ночь лилась потоком, увлекая его за собой.

 - Завтра мы встретимся, завтра мы что-нибудь придумаем, - уговаривал себя Ринат.

По набережной проезжали припозднившиеся машины. Периодически подавала голос какая-то ночная птица. С Москвы-реки послышался гудок самоходной бвржи. Ринат не слышал. Зов ночи захватывал его все сильнее и сильнее. «Вставай и иди. Там много теплой беззащитной жизни. Отними ее, забери ее себе. И тогда заполнится твоя пустота внутри, стихнет твоя боль...».

 - Я не хочу отнимать жизнь! Я хотел быть врачом, я хотел спасать чужие жизни, а не отнимать их!

«Теплая, теплая жизнь. Забери ее, и тебе станет теплее. Выпей, выпей, выпей...». В какой-то момент Ринат осознал себя стоящим у входной двери и снимающим с нее цепочку. Он схватил стоящий на коврике тяжелый туристический ботинок и с размаху стукнул себя по голове. Голоса на мгновение стихли, затем пустота внутри расплылась усилившейся болью. «Выпей, выпей, выпей».

Ринат зашел в комнату родителей, подставил стул и достал со шкафа коричневый кожаный футляр. Вернулся в свою комнату, открыл. Достал оттуда приклад с казенной частью, прищелкнул стволы. Три сплетенных кольца. Зауэр, шестнадцатый калибр. Должно хватить.

Гарик долго махал вслед поезду, не в силах поверить вернувшемуся счастью.  Наконец он, приплясывая, вернулся к отцовской Волге и помчался домой, залихватски выставив локоть в открытое окно. Одна проблема исчезла, значит, сейчас наверняка решатся и все остальные. Гарик был оптимист.  Волга свернула с Садового кольца на набережную Яузы, притормозила на светофоре у Астаховского моста, проехала мимо Кошелей. Гарик с улыбкой посмотрел на знакомый дом и подумал, что сегодня у них - точно все получится.

Гарик поставил машину в гараж, и уже открывал дверь квартиры, когда услышал беспрерывно звонящий телефон. Что там еще? Гарик схватил трубку.

 - Гарик, у нас беда! - кричал Сергей, - Ринат ночью покончил с собой!

У Гарика подкосились ноги.

 - Да ты что... почему...

 - Зарядил отцовское ружье пулями и дуплетом разнес себе голову в клочья! Милицию соседи вызвали!

 - Но мы же... собирались...

 - Гарик, ну эту книгу на хрен! Я лучше на БАМ поеду, если что в тайгу уйду, по сопкам бегать! Но к ней я больше и близко не подойду!

 - Подожди, но может, мы найдем какой-то выход?

 - Гарик, я сказал! Сожги ее ко всем хренам и забудь навсегда! Всё, я вешаю трубку!

Гарик сел на стул, и стал раскачиваться, обхватив голову руками. Вот и все. Милые романтичные сестры, спокойный уравновешенный   Ринат.  Теперь их нет, и уже никогда не будет.

Снова зазвонил телефон. Гарик механически взял трубку.

 - Игорь, здравствуйте. Это снова Борис Львович...

 - Да, Борис Львович! Эдик нашелся?

- Нет, Игорь, я потому вам и звоню. Мы уже заявление в милицию написали. Значит, вы тоже ничего про него не знаете? Тогда извините за мой звонок.

 - Что вы, Борис Львович, как что выяснится - звоните мне сразу. Да, до свидания, Борис Львович.

Вот еще одна беда. Куда же он мог пойти? Значит так, я рисовал узор, Эдик вышел в соседнюю комнату, а что потом? А потом он мимо меня не проходил! И с чего я решил, что он убежал? У Гарика зашевелились волосы на голове.

 - Значит, он там где-то в доме! И я его бросил! Вот я придурок! - Гарику хотелось биться головой об стену. - Что же делать, что же делать?

Гарик побегал по комнатам и рухнул в кресло. Что-то скользнуло ему сверху прямо в руки. Книга!

 - Я знаю! Я вызову Хоттабыча, он все исправит! - подскочил Гарик.

Он сунул книгу в сумку и помчался по лестнице вниз, забыв про лифт. Выскочив во двор, он остановился.

 - Крыса! У меня же нет крысы! Чем я буду рисовать знаки?

Гарик суматошно обвел глазами двор. О, вот она, есть! Возле черного хода сидела большая серая крыса. Гарик подкрался, и как огромный кот прыгнул на крысу, пытаясь схватить ее руками.  Крыса пискнула и вырвалась, прокусив ему палец.

 - Ушла, тварь! - взгляд Гарика упал на кровоточащий палец, - Ну ничего, так будет еще лучше!

Он подхватил сумку с книгой, выбежал через арку и помчался к мосту.

В доме было как обычно тихо. В проникающих сквозь окна лучах света плясали пылинки.  Гарик бежал по этажам, заглядывая во все комнаты подряд.

 - Эдик, Эдик, отзовись! - кричал он.

В одной из комнат что-то сдвинулось.

 -Эдик? - вбежал в комнату Гарик.

Груда тряпья зашевелилась и оттуда показалась опухшая пьяная рожа.

 - Чёттена? -  поинтересовалась рожа.

 - Ты Эдика не видел? - спросил Гарик, - Невысокий, щуплый такой?

 - Ниддел... - рожа скрылась в тряпье.

 - Нету, нигде его нету! - Гарик побежал в знакомую комнату, где достал из сумки книгу и свечи. Затем он полоснул осколком стекла себе по руке и начал рисовать замысловатый узор.

Старик открыл термос и плеснул в алюминиевую кружку крепко заваренный чай. Второй день подходил к концу, а дилетанты никак себя не проявляли. Оставалось только ждать.

Хлестнуло так, что старик едва не потерял сознание. Где-то рядом буквально рвалось пространство и время. Старик вскочил, опрокинув термос, и побежал к дому. Здесь! Первый этаж! Второй! Третий! Коридор, проходная комната, вот оно! Посередине комнаты застыл от ужаса молодой парень. А перед ним стояла огромная  фигура в остроконечном капюшоне, будто кто-то ножницами вырезал из окружающего мира силуэт, и на этом месте осталась зияющая дыра в никуда.

- Беги, дурак! - закричал старик, но было поздно.

Фигура из тьмы одним движением приблизилась к парню, и он мгновенно высох, падая на пол сморщенной мумией. Старик выхватил из кармана продолговатый предмет и с размаху бросил его в середину комнаты.  В следующий момент пространство будто сжалось в точку, затянув при этом темную фигуру в себя, затем развернулось обратно, хлопнув, как мокрый парус. Дом содрогнулся. Старика выбросило через окно, где он упал спиной на покатую крышу сарая, а затем уже без сознания скатился вниз.