Проклятое Пророчество (СИ), стр. 26

Я, вспомнив свой мучительный пеший путь, сказала:

- Знаю, что в Степи, Горус поставил на главных дорогах придорожные трактиры, где путник может в нормальных условиях попить и поесть, привести себя в порядок, с относительным комфортом переночевать и взять в дальнейшую дорогу запас воды и еды. А что, если и нам организовать такие придорожные гостиницы на дорогах. Да еще и предоставить возможность для тех, кто передвигается на колесах, сменить уставшего ездового ящера на свежего, тем самым давая возможность продолжить путь и ночью, тем кто спешит? Тогда, например, от Асмерона до Эльгномора можно будет, без особого напряжения, добраться всего за три дня.

- Отличное предложение, - одобрил Эдмунизэль. - Я поговорю об этом с Королевой и подумаю, кому можно предложить его реализовать.

Все собравшиеся еще продолжали что-то обсуждать, но я, из-за бессонной ночи, избытка волнений и впечатлений, стала задремывать, теряя нить разговора, и Данирэль, подхватив меня на руки, понес спать. Он хотел занести меня к себе в жилище, но я сквозь сон пробормотала:

- Пожалуйста, давай я переберусь к тебе завтра, а сегодня, последний раз, останусь у себя. Все равно я сейчас отключусь. Сил нет даже на то, чтобы принять душ, - с трудом держа глаза открытыми и еле ворочая языком, попросила я Данирэля, и его ответ уже не услышала, провалившись в сон.

Утром я проснулась одна, на своей кровати, в одежде, но, почему-то, была уверена, что Данирэль был рядом всю ночь.

Во время быстрого завтрака в кругу близких, мы договорились, что через месяц, Эдмунизэль все-таки пришлет из Асмерона за мной карету, чтобы я не была здесь навечно привязана, как пленница. Чтобы могла побывать дома, в Асмероне. Повидаться со всеми, отдохнуть, получить из Королевской Сокровищницы несколько, заранее мне обещанных, кристаллов-накопителей, сделать необходимые покупки и забрать из дома родителей кое-какие свои личные вещи и книги. А если к этому времени вернется с востока Александрэль, то, возможно, я сумею его уговорить, и он согласится поехать вместе со мной назад, в Эльгномор, и помочь при строительстве города, пользуясь своей необъятной магической Силой.

С грустью смотря вслед отряду, уходившему по дороге Древних в Асмерон, я думала о том, что вот и наступила взрослая, самостоятельная жизнь. Но я, почему-то, этому не рада. Тяжело и страшно быть ответственной не только за себя, но и за тех, кто рядом, и не чувствовать постоянной поддержки родителей.

Данирэль, ни на секунду не отпускавший мою руку из своей теплой ладони, демонстрируя чудеса чуткости, тихим голосом произнес:

- Не печалься, Сердце мое, я всегда буду с тобой.

Я благодарно прижалась к нему. От него исходила надежность, уверенность, сила, вселяя и в меня успокоение.

День пролетел незаметно. Данирэль с кем-то из гномов что-то переделывал в своем жилище и устанавливал новую широкую кровать. В общем, готовился к моему переселению.

Бор увел меня на Гномью улицу, хвастливо демонстрируя уже готовые каменные подземные этажи, для первых сорока домов. И уточнил у меня, какой высоты делать цоколь для надземного этажа. Исходя из потребностей высоты потолка для гномов или для любого разумного?

- Высоту потолков делаем из расчета роста орка, - уверенно ответила я.

- А зачем? Это лишние затраты. Ведь, орки или эльфы не будут жить в этих домах, им в своих гораздо удобнее, - с искренним недоумением возразил Бор.

- Мы не знаем будущее. Может кто-то из гномов женится на эльфийке, или гномка выйдет замуж за орка. Мы должны все предусмотреть и позаботиться, чтобы в таком доме всем было удобно, - серьезно ответила я.

- Али, да ты что?! Ну и фантазии у тебя! - возмущенно воскликнул гном, шокированный услышанным. - Этого не будет никогда!

- Никогда не говори “никогда”, - назидательным тоном озвучила я древнюю поговорку. - Но даже уже сейчас, разве ты можешь исключить прихода в гости, в гномий дом, орка?

- Ну, такое может быть, - вынужден был согласиться Бор.

- Тогда из-за чего спор? Сэкономим сейчас, потом будем локти кусать.

- Ладно, уговорила, речистая, - проворчал гном.

После сиесты, Орестонэль, выразив мне недовольство, что я опаздываю, погнал меня на тренировку. Он делал вид, что с ним все в порядке и тренировка прошла как обычно, хоть я и чувствовала, как он ревнует, страдает, становится опять замкнутым. Но мне нечем было утешить его.

Когда наступил вечер, я, в нерешительности, спросила Данирэля:

- Мы с Орестонэлем привыкли, что завтрак готовит он, а ужин я, или мы вместе. Как же быть теперь? Будем ужинать втроем?

- Нет, Сердце мое, он и так проводит около тебя целый день. Я пытаюсь относиться к этому с пониманием и терпением, но хотелось бы иметь возможность побыть с тобой хоть какое-то время только вдвоем. Хочешь, я сам поговорю с ним об этом? - напряженно спросил он.

- Нет-нет. Я сама, - поспешно заверила я Данирэля, направляясь в сторону Орестонэля, стоящего от нас на некотором удалении и не спускавшего с меня взгляда.

Подойдя к нему, я уже знала, что не смогу сказать Орестонэлю то, что хочет Данирэль. Не могу его обижать даже в малом, он этого не заслуживает.

- Учитель, пора ужинать. Ты присоединишься ко мне и Данирэлем? - спросила я.

- Нет, детка. Сегодня, как я понял, ты выходишь замуж?

- Да, - смущенно ответила я.

- Не буду вам мешать, - решительно сказал он, стиснув зубы, и, повернувшись ко мне спиной, направился к своему жилищу.

А я застыла на месте, борясь со слезами сочувствия. Но это продлилось не долго. Сильные руки Данирэля подхватили меня, и он быстрым шагом понес меня к своему жилищу.

- Алинаэль, ты согласна быть хозяйкой в моем доме? - произнес он традиционную брачную фразу, хриплым от волнения голосом и судорожно перевел дыхание.

- Согласна, - ответила я, ласково улыбнувшись ему. Но бурной радости при этом не испытывала и думала почему-то о другом. Его мне тоже было жалко, он столько из-за моей глупости выстрадал.

Данирэль занес меня в комнату и уложив на кровать, устроился рядом.

- Я люблю тебя с первого взгляда. Нет слов, чтобы передать, как я счастлив, что ты со мной. Моя!

С восхищением, какой-то затаенной нежностью он изучал меня так внимательно, как будто видел в первый раз. Его взгляд скользнул по моим волосам, глазам, лицу, шее, груди, животу, ногам. Потом, тот же путь проделали кончики его пальцев, от чего у меня побежали мурашки по коже. Затем, этот путь повторили раздевающие меня руки. Когда он разделся сам, его руки сменили горячее дыхание, влажные поцелуи, осторожные укусы, искусный язык. Все поглощающий, чувственный жар охватил меня, вытеснив из моей головы все мысли.

Отзываясь на его ласки невольными стонами, я и сама испытывала неистовую потребность прикасаться к нему. Завораживающий ритм повлек за собой упоительное блаженство, подводя меня к взрыву нестерпимого, жаркого, страстного пароксизма наслаждения.

Не сразу вернувшимся сознанием, я отметила, что лежу стиснутая крепкими объятьями Данирэля, блаженно прикрыв глаза, наполненная сладкой истомой, счастливая от осознания, что я встретила потрясающего мужчину, способного ввергнуть меня в такую эйфорию.

- Скажи мне, - настойчиво прошептал он.

- Я люблю тебя, - прошептала я в ответ.

- Скажи, что моя.

- Твоя.

Он удовлетворенно перевел дыхание:

- Я до сих пор боюсь поверить в это, Сердце мое. - Нежный поцелуй коснулся моих губ. - Не хочу отпускать тебя из своих объятий, но нам надо подкрепиться, - с довольной улыбкой, сообщил Данирэль.

Я охотно согласилась, поняв, что после близости с ним, пережитых ощущений и эмоций, каждый раз испытываю несвойственное мне чувство голода.

Во время ужина я смущенно спросила:

- Как думаешь, нас не услышали соседи? Я вроде бы как-то шумно себя веду.

- Я наложил на эту комнату заклинание полога тишины. Это очень просто, имея Дар Воздуха, который, кстати, как и Дар Воды, теперь, с появлением у меня Дармии, усилился в несколько раз. Так что, не переживай понапрасну.