Проклятое Пророчество (СИ), стр. 18

Что же он делает? Он один, их четверо. Несмотря на выдающиеся боевые умения Орестонэля, шансов на победу нет!

Меч - оружие тяжелое, замедляющее движения, а во время боя надо двигаться молниеносно, только тогда можно рассчитывать на победу. Поэтому эльфийский меч выкован из легкой стали, чтобы уменьшить его вес. Он имеет узкий, тонкий, обоюдоострый клинок. И все же, чтобы владеть мечом, мышечная сила рук должна быть очень большой, а значит, нужны регулярные тренировки. Мне несколько раз довелось увидеть такие тренировочные бои воинов, хоть я всегда, при этом, зажмуривалась от страха. Правда, мне нравилось наблюдать за вступлением, когда противники приветствуют друг друга поклоном, салютуют клинками и становятся в боевую стойку. Во время этого красивого, эффектного, традиционного ритуала приветствия, воины отбрасывают все лишние мысли и сосредотачиваются на предстоящем бое.

Но сейчас, ни о каком ритуальном приветствии речи не шло. Все четверо эльфов в масках, подло набросились на Орестонэля. То, чем ответил им Орестонель, мне видеть никогда не приходилось. Он потрясающий мастер! Орестонэль держал меч в одной руке, ухватившись за рукоять у гарды, выставив ногу вперед и отведя одно плечо назад, такой стойкой уменьшая зону поражения, и приставным шагом теснил противников. Его меч порхал, выписывая сложные формы и, казалось, пел и танцевал в руке Орестонэля, действуя не только острием, но и лезвием. Проламывающие, рубящие удары во всех направлениях - вертикальном, диагональном и поперечном, сменялись уколами, скольжением, изгибанием.

Все нарастающий и убыстряющийся звон клинков вывел меня из кратковременного оцепенения. Что же я застыла? Может хоть чем-то смогу помочь? Не хочу, чтобы Орестонэль погиб из-за меня! А вслед за ним и еще неизвестно сколько, орков и полукровок. Да и самой уходить за грань мне еще рано! Я спрыгнула с фаэтона, отмечая как мой страх и волнение сменяются, незнакомым мне раньше, странным, непривычным чувством отчаянной ярости к негодяям, посягнувшим на жизнь, ни в чем не повинного, Учителя.

- Алинаэль, быстро беги в лес, - скомандовал мне Орестонэль, боковым зрением заметив мое движение.

Э, нет, Учитель! Зря, что ли, ты меня учил?! Я сделала шаг назад к обочине дороги и, призвав Силу, направила ее к растущим рядом растениям. Ближайшая лиана вытянувшись, со свистом, мертвой петлей захватила и накрепко оплела ноги одного из нападавших. Эх, жаль, что это не ядовитый плющ! Эльф упал на землю, но быстро сориентировавшись, попытался рассечь лиану мечом. С ближайшей ветки, нависавшей над дорогой, ливнем обрушились хвойные иглы, полностью засыпав еще одного эльфа. В итоге, двое из четырех, пусть на короткое время, все-таки, вышли из строя. Тем временем, один, из двух оставшихся противников Орестонэля, решил, что от меня надо скорее избавиться, как от осложняющей помехи, и ринулся ко мне. Дернувшегося за ним Орестонэля, блокировал его второй противник.

Я стояла неподвижно, опустив руки, и с вызовом смотрела в глаза врагу, через прорези его маски, чувствуя, как это его злит. Он стремительно приблизился ко мне на расстояние вытянутой руки с мечом, и я чуть-чуть отклонилась в сторону. Когда он, продолжая по инерции движение, поравнялся со мной, со всей силы толкнула его в спину. Он пролетел мимо меня вперед, сойдя с полотна дороги. Я сделала траву под его ногами скользкой, превратив росу в изморозь. Все ближайшие ветки кустов заставила цепляться за его одежду. Это затормозило его настолько, что ближайший побег кровохлебки успел присосаться к незакрытому одеждой запястью эльфа. Все это позволило мне повернуться к нему спиной и бегом вернуться к Орестонэлю, за которого я очень боялась.

Забыв о своей тонкой, легко ранимой душевной организации и страхе перед смертью, я с кровожадным удовлетворением увидела, что один из нападавших, уже не представляет опасности и неподвижно лежит на земле, с окровавленной грудью. Орестонэль отбивается сразу от двух других, уже освободившихся от моих ловушек. Учитель крутился в этом страшном танце, в бешенном, изнурительном темпе, уклоняясь от клинков противников.

В этот момент, я, из-за предельной скорости их движений, даже не увидела, а, скорее, с трудом уловила, что Орестонэль получил скользящее касание меча одного из противников. Увидев, как кровь окрашивает рассеченную на боку рубашку Орестонэля, я почувствовала яростное желание наброситься на его противников с кулаками, впиться в них зубами, запинать ногами! Но понимая, что это невозможно, от меня отмахнутся как от надоедливой бабочки, схватила из нашего фаэтона первый попавшийся под руку рюкзак, и, пользуясь близким расстоянием, размахнувшись, бросила его в спину одному из врагов. Орестонэль успел воспользоваться этим. Оступившийся, от удара в спину, эльф рухнул на землю, пропустив укол меча Учителя.

Я оглянулась на того, который застрял в лесу. Он уже выбрался на дорогу, и я сосредоточилась на ритме его сердца, стараясь замедлить его. Это невозможно трудно делать на расстоянии и мало кому доступно, но эльф пошатнулся и, оценив ситуацию - теперь нас двое надвое, причем Орестонэль, хоть и ранен, более сильный боец, а я более сильный маг, крикнул своему напарнику:

- Отступай! Уходим! - и, запрыгнув на скамейку погонщика своей кареты, рванул вперед.

Отступив от Орестонэля, его противник, на ходу вскочил в проезжающую мимо карету и, через мгновение, в нас полетел большой огненный шар, около полуметра в диаметре. Орестонэль стремительно повалил меня на землю и прижав к дорожному покрытию, закрыл своим телом. Фаербол обдав жаром так, что у меня волосы затрещали, пролетел над нами и где-то недалеко раздался громкий взрыв.

От испуга, дернулся наш ящер и, так случилось, что он прикрыл нас собой от второго огненного шара, который был размером с голову. А сам ящер погиб на месте. Тем временем, карета нападавших скрылась, из нашего поля зрения, вдали.

Орестонэль с тихим стоном, сквозь стиснутые зубы, скатился с меня.

- Учитель, миленький, потерпи! - с отчаяньем крикнув ему, я уже бежала к загоревшемуся от первого фаербола дереву.

Треск пожара, запах горящего дерева и дым горящей листвы, не на шутку испугали меня. Подбежав к объятому пламенем дереву, поняла, что загасить его, я уже не смогу. Но, если не локализовать огонь, будет пожар в лесу. Это страшно, когда горит лес. Пожар распространяется молниеносно. Мы с раненым Орестонэлем и сами не успеем уйти от огня, и все живое вокруг погибнет. Я направила Силу к рядом стоящим деревьям, заставив их ветки опуститься, прижаться к стволу, и тем самым отодвинуться от огня, не давая ему перекинуться. Траву около горящего ствола напитала влагой из земли, чтобы огонь не перешел на нее и не пошел дальше. Развернувшись назад, побежала к Орестонэлю.

Он лежал на земле, зажимая рукой кровоточащий бок.

- Учитель, терпи! Сейчас я тебе помогу, - моргнув, чтобы стряхнуть слезы с ресниц, уговаривала я, пытаясь голосом успокоить и его и себя, тем временем, трясущимися руками, быстро расстегивая пуговицы на его рубашке и снимая поясной ремень.

Открыв обзор раны, я увидела, что разрез длинный, косой, глубоко рассечены мышцы с боку живота, но внутренние органы, к счастью, не задеты. Сосредоточившись на предстоящем деле, уняв нервную дрожь, я положила свои ладони с двух сторон от раскрытой раны, и, сблизила их так, чтобы сомкнуть края раны. Направила в поврежденное место Целительную Силу, закрывая кровоточащие сосуды, соединяя разрубленные мышцы и рассеченную кожу.

- Сейчас, сейчас, тебе станет лучше, - ласково приговаривала я.

- Не волнуйся из-за меня, детка, - прошептал он мне в ответ.

- Помолчи, не трать силы, - сказала я, освобождая его руки из рукавов рубашки. Перешла на другую сторону его тела, опять опустилась на колени. Развязала завязку его штанов и, упершись коленями в дорожное полотно, а ладонями в здоровый бок Орестонэля, с усилием перекатила его на живот.

Ожог на спине уже вызвал образование пузырей на покрасневшей коже. Наложив ладони, я осторожно, слегка касаясь, провела ими от затылка до поясницы, исцеляя пострадавшую кожу. Приспустила штаны, увидела, что ягодицы почти не пострадали, а ноги, так вообще, без повреждений. Закончив с оказанием помощи Орестонэлю, я обессилено улеглась на дорогу рядом с ним.