Красная Шапочка для оборотня (СИ), стр. 51

– Слушай. Я ведь могу не сдержаться.

А девушка обхватила рукой член, начала ласкать.

– Сдержишься, – и припала губами к головке.

Он смотрел на то, как Яна играет с ним, как вроде собирается взять в рот, но вдруг останавливается и продолжает дразнить языком.

– Возьми его, – произнес на выдохе, а руками вцепился в поручень. Сейчас в нем бесновался зверь, отчего когти вылезли, показались клыки и, само собой, засияли глаза.

И Яна впустила член в рот. Когда тот оказывался почти полностью внутри, волк еще сильнее сжимал поручень, а когти впивались в ладони, но было плевать на боль, удовольствие перебивало все прочие ощущения. Вдруг Яна отстранилась.

– У тебя кровь, – глянула на бурые ручейки, что текли по стенке кабины.

– Да, плевать, – потянул ее вверх, а после приподнял и прижал к стеклу.

Наконец-то он в ней. Женя отыскал горячие губы, начал целовать, а Яна обняла его за шею, скрестила ноги за спиной. От ранок на ладонях на ее коже оставались кровавые следы, и сейчас их страсть выглядела дико, но им обоим было хорошо. С каждым новым движением самка стонала все громче, и стоны эти возбуждали сильнее вида обнаженного тела. Через пару минут волк ощутил ритмичные сокращения, дрожь в ее ногах.

– Теперь ты, – простонала ему в губы.

– В тебя? – и как же хотелось получить согласие.

– Да.

Несколько быстрых движений и Яна почувствовала столь желанную пульсацию внутри.

После такого сил уже ни на что не осталось. Они наскоро помыли друг друга, добрались до кровати, и через пятнадцать минут уже спали. Только вот сон Яне приснился странный неприятный, будто она строила карточный домик, когда же дошла до самого верхнего уровня, возник Женя и намеренно толкнул стол. Вмиг домик развалился.

Семен сегодня тоже вернулся затемно, а дома его никто не встретил. Впервые! Оли не было. Нашел он ее без проблем, запах привел к озеру. И картина вызвала в медведе что-то среднее между умилением и грустью. На мостках лежала белая медведица и водила лапкой по воде, а из глаз полярницы катились крупные слезы. Заметив мужа, Ольга только перекатилась на другой бок, чтобы не видеть его, не показывать слезы. И Семен начал раздеваться, когда последний носок был сброшен, оборотень перекинулся огромным бурым медведем да пошел к своей ненаглядной.

Сел рядом с ней, чтобы согреть. Оля еще какое-то время не реагировала на супруга, но потом все же перевернулась и положила голову тому на лапы. Два зверя провели всю ночь у озера, белая медведица спала, а самец охранял ее сон. Правда, к утру Семен сдался, задремал под звуки просыпающегося леса. Но через час пришлось проснуться, виной тому стали уже совсем другие звуки. Медведь не нашел подле себя Ольгу, бедняжка стояла за деревом, ее буквально выворачивало наизнанку. Он тут же подскочил, обернулся на ходу.

– Оль, – подбежал к ней. – Ты чего?

А медведица тоже начала меняться. Через минуту перед ним на четвереньках стояла обнаженная жена, ее трясло, что уж говорить о жуткой тошноте.

– Плохо мне, – пробормотала и вдруг упала без чувств.

Очнулась уже в своей кровати, рядом с ней на тумбочке стоял горячий чай, баночка меда, а в тарелке источали аромат ванили булочки-улитки.

– Наконец-то, – зашел в спальню Сема, а за ним следом Саша.

– Здравия желанию, генерал! – нарочито отрапортовал Саня и уселся рядом с ней. – Сейчас будем измерять давление, температуру, говорить «А», «Б» и прочее тому подобное.

– Я есть хочу, – покосилась на булки. – Можно потом со своими процедурами, доктор Айболит?

– Нельзя, мне через десять минут на работу. Так что, расслабься и получай удовольствие.

После всех манипуляций выяснилось, что в целом ничего страшного, разве что давление с температурой снижены. Но Саша на всякий случай взял кровь из вены, потом из пальца.

– Ах, да, – еще раз залез в свой волшебный чемоданчик и достал оттуда баночку для анализов. – Вот, надо наполнить.

– Издеваешься? – Оля глянула на мужа в поисках защиты, а тот лишь кивнул на банку. – Предатель, – фыркнула, после чего схватила банку и удалилась в ванну.

Вышла через десять минут и сунула Саше баночку.

– Наслаждайся, – криво усмехнулась. – Теперь я могу поесть?

– Теперь можешь. Ни в чем себе не отказывай, – осклабился Саша. – После обеда позвоню и скажу о результатах.

– Угу, – и вгрызлась в булку.

Когда брат ушел, Семен сел на край кровати, коснулся ног жены:

– Я чуть дуба не дал, Олькен. Что с тобой творится последнее время? Может, нам смотаться куда, отвлечься?

– Наверно ты прав, Семыш, – устало улыбнулась. – Стресс вымотал меня. Каждодневные мысли о детях, потом еще случай в доме Евгена. А куда поедем?

– А куда хочешь.

– Мне все равно, лишь бы климат похолоднее. Устала от жары.

– Тогда я займусь, прозондирую почву.

Глава 21

Саша приехал в клинику и первым делом отдал лаборантам материал для анализов. После отправился переодеваться.

Погода наконец-то восстановилась, светило яркое солнце, небо радовало синевой. Медведь с ночи думал, как бы сопроводить Настю на прогулку. Три дня они толком не виделись. Он разрывался между детской клиникой, штабом Николая и сюда заглядывал, но только чтобы осмотреть текущих пациентов. С девушкой пересеклись пару раз в коридоре, поздоровались и все. А так хотелось посидеть с ней подольше, поговорить, полюбоваться смущением. Именно так. Настя всегда улыбалась сквозь призму смущения.

Через полчаса уже был в ее палате, но Настю не нашел. У него аж глаз дернулся самопроизвольно.

– Катя? – позвал медсестру.

– Да, Александр Семенович, – поднялась девушка со стула.

– А где Троянова Анастасия?

– Она во дворе. Уже час там сидит.

И что-то так обидно стало. Почему не дождалась? Его компания больше не нужна? Не радует? Саша сразу направился во двор, нашел Настю на лавочке. Сидела та с опущенными плечами, крутила в руках кленовый лист. Однако стоило Александру показаться, как волчица мигом встрепенулась.

– Доброе утро, – подошел к ней.

– Доброе, – вот оно, смущение.

– А почему вы здесь?

– Ну, я решила не отвлекать вас от работы. Да и очень хотелось погулять.

– Вы меня вовсе не отвлекаете, – опустился на лавку рядом с Настей. – Точнее, отвлекаете. Но это хорошо, приятно.

– Да?

– Да.

– Лечащий врач сказал, сегодня на ночь снимет повязку, и я смогу открыть глаза. Главное, чтобы было темно.

– Я очень этому рад. И, если позволите, хотел бы присутствовать.

– Конечно.

И они замолчали. Настя сначала слушала природу, а потом сконцентрировалась на сердцебиении медведя, затем втянула носом его аромат, это была смесь из стирального порошка и его собственного запаха. Девушке очень нравилось такое сочетание. А Саша вовсю разглядывал ее. Взять бы Настю за руку, ощутить тепло и мягкость кожи. Желание было настолько сильное, что он не выдержал и коснулся тонких пальцев. Она же вздрогнула, однако не отстранилась, позволила накрыть свою руку, а потом сжать.

Возбуждение не заставило себя долго ждать, Сашу как волной накрыло, даже испарина на лбу выступила и, конечно же, сердце заколотилось, дыхание участилось, что не прошло мимо Насти:

– Что-то не так? – повернулась к нему.

– Все хорошо, – попытался вернуть себе прежнее состояние, но не вышло, тогда отпустил ее руку.

– И все-таки что-то не так, – печально усмехнулась. – Вас смущает слепота? Или, может, мое прошлое?

– Милая Настя, меня ничего не смущает, поверьте. И давайте перейдем на «ты».

– Давай.

– Идем, провожу тебя в палату.

– Хорошо.