Кто не спрятался, стр. 58

— Сэр! Патрульные выехали к станции «Кристал Пэлас», — позвал Ника сотрудник с другого конца зала. — У Зоуи Уолкер сработала сигнализация.

Ник уже натягивал куртку.

— Поехали, — бросил он Келли.

Глава 28

— Ты подставила мне подножку! — орет на Меган Айзек.

Опираясь на руки, он с трудом встает. Собравшаяся вокруг толпа зевак постепенно рассасывается.

— Именно так. — Меган собирает рассыпавшиеся по мостовой монетки.

Я ей помогаю, чтобы не смотреть на Айзека. Тот уже перестал сердиться и сейчас скорее удивлен случившимся.

— Вы гнались за ней, — объясняет Меган, пожимая плечами. Мол, именно так ей и следовало поступить.

— Я ее догонял. Есть разница. — Он выпрямляется.

— Меган, моя дочь… — Я осекаюсь, не зная, как представить Айзека. — В общем, мы знакомы.

— Ясно.

Меган ничуть не смущена. Возможно, в ее мире то, что мы с Айзеком знакомы, ничего не значит. Он все еще мог гнаться за мной.

«Он все еще мог гнаться за мной».

Я отбрасываю эту мысль — смех, да и только. Ну конечно, он за мной не гнался.

— Почему вы оказались здесь? — Я поворачиваюсь к нему.

— Насколько мне известно, у нас свободная страна и ходить тут не запрещено. — Он улыбается, но меня охватывает раздражение. Наверное, это отражается на моем лице, потому что Айзек поспешно добавляет: — Я шел к Кейти.

— Но почему вы бежали?

Присутствие Меган придает мне храбрости. Девушка отошла в сторону, однако с любопытством наблюдает за нашим разговором, прижимая к себе гитару.

— Потому что вы побежали! — парирует Айзек.

Это настолько логично, что я даже не знаю, что думать. Вдалеке слышится вой полицейской сирены.

— Я знал, что вы нервничаете из-за того объявления в «Лондон газетт», а потом Кейти рассказала мне о сайте. И когда вы побежали, я подумал, что вас кто-то напугал.

— Да, вы! — Мое сердце все еще бешено стучит о грудную клетку, адреналин бушует в крови.

Вой сирен становится громче. Айзек воздевает руки в красноречивом жесте: «Мне не выиграть этот спор». Мое раздражение усиливается. Кто этот человек? Сирены оглушают меня, по Энерли-роуд несется патрульная машина с мигалкой. Она останавливается в десяти метрах от нас и вой сирены обрывается.

На мгновение я думаю, что Айзек бросится бежать, и мне даже хочется, чтобы он так и сделал. Я хочу, чтобы он оказался виноватым — и все закончилось: эта история с объявлениями, с сайтом, мой страх. Но парень сует руки в карманы и смотрит на меня, качая головой, будто я сотворила что-то невообразимое. Затем Айзек направляется к патрульным.

— Леди просто немножко испугалась, — объясняет он.

От злости я лишаюсь дара речи. Как он смеет вести себя так, будто он тут главный? Как он смеет говорить обо мне, что я «немножко испугалась»?

— Как вас зовут, сэр?

Полицейский достает блокнот, пока его коллега, женщина, направляется ко мне.

— Он за мной гнался, — говорю я, и эти слова убеждают меня в собственной правоте. Я начинаю рассказывать патрульной об объявлениях, но она и так знает. — Он начал преследовать меня на станции «Кеннон-стрит», мы доехали до «Кристал Пэлас», и он за мной побежал.

Кто побежал первым, он или я? И важно ли это? Патрульная все записывает, но подробности ей не интересны.

За патрульной машиной паркуется другая, и я вижу за рулем инспектора Рампелло. Рядом с ним — констебль Свифт, и я чувствую охватывающее меня облегчение. Ее-то мне не придется убеждать в своей правоте. Рампелло говорит с полицейским, записывавшим показания Айзека в блокнот.

— Вы как? — спрашивает Келли.

— В порядке, только Айзек напугал меня до смерти.

— Вы его знаете?

— Его зовут Айзек Ганн, он встречается с моей дочерью. Сейчас она играет роль в одной пьесе, а он режиссер. Я думаю, он скачал мой маршрут с сайта.

Я замечаю, как Рампелло и Свифт переглядываются, и понимаю, что они сейчас скажут.

— На том веб-сайте можно получить информацию о незнакомых женщинах, — говорит констебль Свифт. — Зачем вашему знакомому им пользоваться?

Инспектор Рампелло смотрит на часы:

— Сейчас еще и полудня нет. А в вашей анкете указано, что вы уходите с работы в половине шестого.

— Начальник отправил меня домой. Это же не преступление, верно?

— Конечно нет. — Инспектор сохраняет спокойствие, невзирая на мой тон. — Но если Айзек Ганн скачал ваш маршрут и пользовался им для слежки, сегодня у него ничего не получилось бы, так? Вы отклонились от маршрута.

Я молчу, вспоминая шаги на «Кеннон-стрит», пальто на линии Дистрикт. Увидела ли я Айзека? Или кого-то другого? Может, мне просто померещилось, что за мной следят?

— Вы должны хотя бы допросить его. Узнать, почему он следил за мной, почему не окликнул меня, когда увидел.

— Послушайте, — мягко говорит Рампелло. — Мы вызовем Ганна на допрос в участок, если он согласится. И узнаем, не связан ли он как-то с веб-сайтом.

— И расскажете мне, что узнали?

— Как только сможем.

Я вижу, как Айзек садится в патрульную машину.

— Вас подвезти домой? — предлагает констебль Свифт.

— Я пройдусь пешком, спасибо.

Меган подходит ко мне, как только Рампелло и Свифт уезжают, и только тогда я понимаю, что она слилась с толпой в тот самый момент, как подъехала полицейская машина.

— Так с вами все в порядке?

— Да. Спасибо, что приглядела за мной сегодня.

— Спасибо, что приглядываете за мной каждый день. — Девушка улыбается.

Я бросаю монетку в ее гитару, и она начинает играть песню Боба Марли.

Погода стоит морозная. Вот уже пару дней синоптики обещают снег, и мне кажется, что сегодня он все-таки пойдет. Небо заволокла белесая пелена, на дороге искрится иней. Я мысленно проигрываю в голове свой путь с работы, пытаясь определить, когда поняла, что кто-то следит за мной. Когда бросилась бежать? Этим я пытаюсь отвлечься от другого тревожащего меня вопроса: что мне сказать Кейти? Что ее парень меня преследовал? Чем ближе я к дому, тем сильнее мои сомнения.

Открыв дверь, я слышу радио на кухне. Саймон тихонько подпевает, запинаясь, когда забывает слова. Давно я не слышала, как он поет.

Входная дверь за моей спиной захлопывается, и пение обрывается.

— Я тут! — зовет меня Саймон. Зайдя в кухню, я вижу, что он накрыл стол к обеду. — Я подумал, тебе захочется чего-нибудь горячего.

На плите тихо булькает сковорода — ризотто с креветками, спаржей и лимоном. Пахнет восхитительно.

— Откуда ты знал, что я приду домой раньше?

— Я позвонил тебе на работу, и твой начальник сказал, что отправил тебя домой.

Я думаю, как меня раздражает, когда Саймон пытается контролировать каждый мой шаг, но тут же упрекаю себя в неблагодарности. Полиция, Грехем, Саймон — они просто пытаются позаботиться обо мне, вот и все.

— Я думала, он меня уволит.

— Пусть только попробует! Мы подадим на него в суд за незаконное увольнение, прежде чем ты успеешь сказать «ладно». — Он улыбается.

— Я смотрю, у тебя хорошее настроение. Собеседование прошло удачно?

— Они мне позвонили еще до того, как я дошел до метро. Пригласили на повторное собеседование завтра.

— Отлично! Они тебе понравились? Работа интересная?

Я сажусь за стол, и Саймон ставит две тарелки с ризотто. Над ними вьется аппетитный пар.

Во мне разгорается бурный аппетит, как часто бывает после выброса адреналина, но уже после первой ложки меня начинает тошнить. Нужно рассказать Кейти. Она ждет Айзека, думает, куда же он запропастился. Может быть, волнуется.

— Там всем лет по двенадцать. Тираж — только восемь тысяч, и я бы с этой работой с закрытыми глазами справился.

Я открываю рот, собираясь спросить о Кейти, но он неверно интерпретирует мое выражение лица и отмахивается:

— Но, как ты и сказала вчера, работа есть работа, и расписание там лучше, чем в «Телеграф». Никакой работы по выходным, никаких ночных смен в отделе новостей. Так я смогу сосредоточиться на своей книге.