Пленник (СИ), стр. 22
Всериил горестно вздохнул: удалось с собой взять лишь немногое, придется влачить жалкое существование. Советник знал, что захваченные заодно прищепки для короны короля, инкрустированные уникальными рубинами, изменяющими цвет несколько раз в сутки и королевская печать из цельного куска зеленого бриллианта бесценны, но он настолько привык врать, что постоянно врал даже самому себе.
Проход ощутимо сузился, и даже тощий до невероятности советник с трудом пролезал сквозь него. Ничего, утешал он себя, осталось немного, поворот и там уже по прямой, прямо под главной залой дворца, к реке, где он собственноручно утопил двух гадов, что пытались его шантажировать.
Узко, совсем узко. Видимо, халтурщики не рассчитали нагрузку на стенки хода. Под ногами все чаще попадаются камешки. И чем дальше – тем крупней. Всериил оттер со лба холодный пот, оставляя на бледном челе грязный след. Застрял. Дальше вроде просторнее. Рывок. Еще…
Огромный зал, яркий свет тысяч и тысяч свечей, которые в выгодном свете подчеркивали блеск золотых оправ древних картин, нежное таинство искусно выполненных статуй и, конечно, главную гордость короля – великолепный трон, инкрустированный невероятным количеством драгоценных камней.
Циоан с презрительной усмешкой обводил взглядом все это великолепие, выставленное напоказ. Его Матушка, вдовствующая королева, была глубоко убеждена, что такая показуха – первый признак, что в королевстве царит разруха и нищета. Поэтому во дворце Шатра почти монастырская обстановка, а Матушка всегда одета скромно, опрятно и подчеркнуто строго.
Принц был уверен, что король появится сейчас при звуке фанфар, заставив его предварительно помучаться томительным ожиданием. Как истинный рыцарь, принц вежливо раскланялся со всеми дамами, находящимися в зале, хотя ненавидел себя за фальшивую улыбку, которую пришлось при этом нацепить. Он не мог понять, как можно так вот одеваться…
Очередная милашка присела перед ним в глубоком реверансе, почти обнажив при этом верхнюю часть тела. Ни одна деталь не ускользнула от глаз молодого принца. И он еще больше ненавидел себя за это. Все эти бесстыдные дамы были похожи на потасканных женщин, что липли к нему на улицах Адахара. За одним лишь отличием: камни в украшениях дам были настоящими.
Нет, Матушка полностью права, с Миндом надо не объединяться против Насада, а захватить этот оплот нищеты и разврата и установить здесь свои порядки… А Насад сдастся сам. И он, Циоан, станет первым императором!
Милашка, принимая счастливый блеск глаз заморского принца на свой счет отчаянно жеманилась и вертелась, пытаясь стянуть корсет еще ниже, хотя его край и так находился на грани приличия королевства Минд.
Замечтавшись, Циоан пропустил появление короля. Маленький толстяк с донельзя мрачным лицом в роскошно украшенном платье и в короне набекрень деловито подкатился к трону. Странно, подумал юноша, даже без объявления и других звуковых сопровождений. И тут же вздрогнул от оглушительных фанфар, взорвавших зал и слух всех присутствующих. В двери влетел церемониймейстер в парике, неровно нахлобученном на потную лысину, громко икнул, в замешательстве запнулся о длинную палку, значение которой осталось для принца загадкой, и грузно осел на пол. Следом вошла невозмутимая стража, взяла несчастного под мышки, и уволокла из тронного зала.
В толпе придворных послышался возбужденный шепоток. Циоан понял, что произошло что-то неординарное и этот балаган тут не каждый день. Но это не могло никак изменить его решение атаковать Минд в самое ближайшее время, как только он пройдет церемонию коронации.
Король сидел на своем троне и, казалось, не замечал никого кроме худощавого мальчика в дорожном сюртуке, застегнутом на все пуговицы. Он жадно обшаривал глазами принца. В королевстве Шатра ценили скромность, но скромность эта была показной. Ибо Король знал, сколько стоят эти невзрачные на вид пуговицы из панциря черепахи с острова Ашиг, окруженного тремя кругами опасных рифов и стоимость дорожного костюма из Називии. Эту ткань делают из специальных водорослей и она заменит любые доспехи. Ни одна стрела не пробьет такой скромный сюртучок. А ведь король сам недавно хотел приобрести жилетку, чтобы одевать её под мантию. Но чтобы купить её, ему пришлось бы продать свой трон! А этот мальчишка был упакован полностью!
Еще недавно король довольно бы потирал круглые ладошки, узнав, что этот маленький наглый птенчик сам идет к нему в руки. Но сейчас, после неудачного похищения, он сидел на своем мягком троне так, словно тот был набит иглами и с нетерпением ждал начала разговора. Не в силах говорить сам, он лишь важно кивнул юноше.
Увидев, что многочисленные подбородки короля собрались в подобие гармошки, Циоан, поборов чувство брезгливости, вежливо поклонился.
- Приветствую тебя, о светлейший король! – нежный, даже несколько девичий голосок юноши заполнил огромный зал многоголосым эхом.
Дамы в зале томно завздыхали, в руках многих запорхали веера.
Король снова коротко кивнул, радуясь, что щенок еще не принял на себя бремя царствования и ему не обязательно уделять много знаков внимания. Однако сам юноша считал иначе и, нахмурившись, продолжил:
- Я не собираюсь отнимать у вас много времени. Буду краток: заветами наших предков каждый наследник престола должен совершить подвиг, чтобы подтвердить свое право на трон. И Матушка благословила меня в путь…
- А разве в Шатре один наследник, - перебил король, деланно удивившись.
Юноша снова брезгливо поморщился: этих миндянцев этикету еще учить и учить! Но ответил с неохотой:
- У меня еще есть двое старших братьев. Но Матушка уверила меня, что я самый достойный кандидат на престол и должен первым совершить подвиг! – глаза его гордо полыхнули, обеспечив еще один порыв ветра от множества вееров. – К тому же старший принц тяготеет к науке и намерен отказаться от своих прав…
Король хмыкнул: правду бают в народе. Как там в этой неприхотливой песенке народного творчества?
… Старший умный был детина,
Средний был и так и сяк,
Младший – вроде как дурак…
- Так вот, я хотел спросить: нет ли в твоем королевстве чудища какого или другой беды? – почти жалостливо спросил мальчишка.
Король едва сдержал смех: так вот что он все шастает! Все чудо ищет, дракона там выжившего… Точно дурак: вокруг беды, горя – помогай хоть тысячу лет, подвигов не оберешься… посмертно! А он слеп, глух и… храбр!
Глаза короля хищно сузились, в голову пришла отличнейшая идея: «А почему бы и нет! И от мальчишки избавлюсь и горячее золото из костра буду чужими руками загребать!»
- Что ж, о храбрейший, - в голосе короля льстиво заструилась сладость. – Есть у меня для тебя задание. Только оно невероятно опасное и сложное…
Король замолк, скосив глаза на юношу.
Глаза Циоана полыхали надеждой и ожиданием триумфа, он уже мысленно надевал себе корону, попирая ногой поверженное чудище. Ага, наживка заглочена!
- Я готов ко всему! – пылко заявил юноша.
Немного помедлив, сладостно растягивая паузу, король наслаждался моментом собственной мудрости. Он так удачно нашел выход из ситуации, и одним ударом исправит ошибки, допущенные лживым Всериилом. Эх, жаль, что он пригрел на своей груди эту тощую ящерицу! Ну да ладно, местью займемся потом, сейчас мальчишка.
- Что ты знаешь о Хозяине? – ласково начал король. По залу прокатился рокот, некоторые дамы картинно рухнули в обморок. Юноша побледнел.
- Э… - заблеял он. Но осекся, прокашлялся, выпятил вперед грудь и грозно сверкнул глазами: - Только слухи, да сказки. Если верить им, то он само зло!
- Ну зло, не зло, - делано тяжело вздохнул король, - но зла от него много. Девушек похищает, порчу на скот наводит… И все нет храбреца, что поставил бы выскочку на место, а самому все некогда, дела государственные не отпускают…
- Так он просто колдун, - с облегчением выдохнул юноша и быстро тер пот со лба. – И девушек, говоришь, похищает?..