Факультет защитной магии. Силуэт в сумерках (СИ), стр. 66

на спинку сиденья и прикрыв глаза. Как ни старалась, не могла заставить себя думать. Эмоций тоже почти не осталось. Когда водитель остановился возле двухэтажного спортивного клуба в начале нужной улицы, я с трудом заставила себя шевелиться. Но всё-таки заставила.-- Не переживай ты так, -- попытался ободрить меня Питер, отпустив такси. -- Не случится с ним ничего. Посидит, отдохнёт.-- Заткнись лучше, -- прошипела я.Как ни странно, злость на это неуместное замечание придала мне бодрости. И переводить её на пустые разборки, переубеждая Питера, я не стала. Нет ничего удивительного в мнении, что для богатых и тюрьма -- курорт. Не так давно и я его вполне разделяла. Да и сейчас нельзя сказать, что оно в общем и целом ошибочно. Зависит от того, кто и зачем туда отправляет.Не сказав больше ни слова, я зашагала по выложенному плиткой идеально выметенному тротуару, крутя головой по сторонам. Посмотреть было на что -- каждый дом здесь был старинным, памятником архитектуры двухвековой давности. Кажется, тогда у аристократии было больше вкуса. Во всяком случае, денег у них тогда точно было больше, и на строительстве городских особняков они не экономили.За высокими, выше моего роста, коваными оградами прятались, сменяя друг друга от дома к дому, вековые деревья, летом надёжно скрывающие фасады от посторонних глаз, изысканные мраморные статуи и даже сейчас, осенью, ухоженные клумбы. Кому что больше нравилось. Или, правильнее сказать, досталось по наследству.-- Вот он, -- подал голос Питер, отвлекая меня от рассматривания мраморного фонтана.Я посмотрела туда, куда он показывал рукой, и увидела тот самый дом с фотографии на другой стороне улицы. Благо, ни одного автомобиля на проезжей части видно не было, так что перейти, прямо наискосок, сокращая путь, не составило проблемы.Возле ворот имелась и небольшая дверца, снабжённая домофоном. Наверняка не для гостей, исключительно для обслуги. Тех, что что-нибудь доставляет, например. Не сказать, чтобы меня сейчас это волновало само по себе, но мелькнула мысль, что графу могут попросту не доложить о моём... визите.После того, как я нажала на кнопку вызова, тихо было добрых секунд пятнадцать. Я хотела уже позвонить второй раз, когда тишина эта сменилась, наконец, коротким треском, а затем и недовольным женским голосом, поинтересовавшимся, кто там.-- Могу я увидеть графа Эдерленса? -- поинтересовалась я без обиняков.-- Граф не принимает, -- сухо ответила женщина.-- Передайте, что пришла Илона Эста, -- отчеканила я в ответ.-- Да хоть премьер-министр, граф не...-- Передайте, -- всё тем же резким, решительным тоном потребовала я. -- Или очень пожалеете, что этого не сделали.-- Нахалка!Ответить на эту нелюбезность я не успела, связь прервалась. Теперь оставалось только ждать. Стоило всё же дать этой особе время выполнить мою просьбу, прежде чем снова звонить. Конечно, в том, что она это сделает, я от всей души сомневалась, но вдруг? Тогда дёргать её, не давая уйти, точно плохая идея.Ждать, как ни странно, пришлось недолго. Всего минут через пять на крыльце появилась смутно знакомая мне женская фигура, и заспешила по мощёной дорожке к воротам. Присмотревшись, я узнала Марту.-- Правда ты, -- облегчённо выдохнула она, подойдя.-- А вы кого ждали? -- не удержалась я, прищурившись и сквозь ресницы рассматривая опутывающие ограду, ворота и калитку линии магии. Их было много. Мне и за неделю, пожалуй, не разобраться во всём, что тут безопасности ради понакручено. Но защита от иллюзий точно имелась.-- Никого, -- вздохнула Марта, открывая передо мной калитку. -- И ничего. Ничего хорошего. Кто это с тобой?-- Друг, -- коротко ответила я, повернулась к Питеру и попросила: -- Я одна пойду.-- Да конечно! -- запальчиво возразил он.-- Не хочу втягивать тебя в неприятности, -- тихо, но твёрдо сказала я.-- Звучит так, словно ты хочешь от меня избавиться.Я попыталась изобразить беспечную улыбку. Кажется, что-то у меня получилось, но вряд ли очень уж убедительное. Потому что именно этого я сейчас и хотела. Находиться, вдобавок ко всему прочему, рядом с тем, кому я не могла доверять, было выше моих сил.-- Возвращайся домой, -- попросила я. -- Я позвоню тебе, если что.Ответа дожидаться не стала, шагнула в открытую калитку. И услышала, как она с тихим щелчком захлопнулась за моей спиной. Питер всё понял, но ни стыда, ни сожалений я по этому поводу не испытывала. Если я и связывала с ним какие-то надежды в своей жизни, он уже успел их обмануть и полностью уничтожить.-- Куда ты пропала из больницы? -- спросила Марта на полпути к дому.-- Сбежала.-- Не могла до утра подождать?-- А что должно было случиться утром? -- озадачилась я.-- Неважно, -- отмахнулась Марта, распахивая передо мной двери. -- Главное, этот мерзавец до тебя не добрался.Я честно хотела войти, но застыла на пороге, осматривая холл. Картины, статуи, мраморный пол -- музейная роскошь какая-то. Никогда не понимала, как можно жить в такой обстановке. Вот и сейчас даже испугалась, что откуда-то гид выскочит и начнёт назойливо вещать о каждом экспонате.-- Проходи, -- попросила хрупкая солнечно-рыжая женщина, поднимаясь с огромного дивана в центре холла, полукругом огибавшего низкий овальный столик.Отмёрзнув от места, я шагнула вперёд. Дошла до края дивана и остановилась, глядя на мужчину, до этого сидевшего ко мне спиной. В его светло-русых волосах чуть серебрилась седина, возле рта залегли глубокие морщины, но серые глаза были живыми и молодыми. Теперь они изучали меня с ног до головы с каким-то странным интересом.-- Садись, -- постаралась улыбнуться мне женщина.Я не шевельнулась, продолжая рассматривать мужчину. Разумеется, это и был граф Марино собственной персоной, видела я его на фотографиях в сети несколько раз. Но сейчас мне отчего-то смутно показалось, что мы встречались и в жизни, хотя это было совершенно невозможно.-- Илона, -- тихо сказал он. -- Садись, нужно поговорить.Вот теперь я села на диван, на самый краешек, всё ещё не отойдя от неловкости, порождённой окружающей чуть помпезной роскошью. Осмотрелась ещё раз и заметила застывшую в дверях женщину с подносом, на котором стоял окружённый чашками чайник. Рыжая женщина, видимо, сама леди Глория, незаметным жестом показала ей поставить поднос на стол, и только после этого тоже села.-- Нужно, -- согласилась я, пытаясь вернуть хоть каплю уверенности в себе.-- Расскажи, что...Закончить вопрос графу не удалось, его перебил звонок телефона. Аппарат лежал на столе, мне был хорошо виден экран, на котором высветилось имя Декара. Холодная волна паники прокатилась по телу от шеи до пят, я застыла, забыв дышать. Неужели Питер оказался прав? К