Академия Врачевания. Неукротимое пламя (СИ), стр. 57

  Дальше он провел точно такие же манипуляции, как это делала Мелитта, сделав при этом надрез на моей руке как можно более глубоким и неаккуратным. Садист несчастный.

  Когда клятва говорить только правду была дана, Совет перешел к допросу.

  - Скажите, мисс Блейн, - первым начал МакКейн, - какие отношения вас связывают с Его Светлейшеством?

  С Его Светлейшеством? Это он о Кристиане? Вопрос застал меня врасплох. Вообще-то я ожидала, что Совету куда интереснее, кто убил Его Величество.

  - С Господином Фицбруком, мисс, - добавил он.

  Вот какое ему дело, а, если его дочурка все равно собирается замуж за другого? В том, что это Роза наябедничала папочке про меня и Кристиана, я почти не сомневалась. Ну, по крайней мере, в данный момент.

  Я не знала, что ответить. Не потому что боялась врать, а потому что сама не знала ответа. Кто для меня Кристиан? Друг? Нет, разумеется, больше. Я испытывала к нему отнюдь не дружескую симпатию. Но вот кто я ему? И кем мы приходимся друг другу?

  - Я не знаю, - решила ответить, как есть, и будь, что будет.

  Смерть не настигла меня подобно удару молнии или стае адских псов (именно так я представляла себе смерть от нарушения клятвы). Вообще ничего не случилось. Кажется, МакКейн пришел в замешательство.

  - Хм. Что ж, - пробубнил он.

  - Господин, МакКейн, думаю, стоит перейти к главному вопросу, - обратился к нему коллега. Да, давайте уже перейдет к делу, и поскорее закончим эту пытку.

  - Да, разумеется, - отозвался тот. - Мисс Блейн, планировали ли вы убийство Его Величества?

  Скотина. Знает же, что нет.

  - Нет, не планировала, - уверенно, и даже задрав подбородок, ответила я.

  - Знали ли вы о том, что на Его Величество планируется покушение?

  О-па. А это уже сложнее... Могу ли я с уверенностью заявить, что не знала, если мне было известно о том, что Роза с Эллиором замышляли что-то в королевском дворце во время праздничного бала? Нет, я только догадывалась, что они что-то замыслили, но и понятия не имела, что это будет убийство короля, а потому произнесла:

  - Нет, не знала.

  Снова тишина.

  - Итак, коллеги, - первым нарушил паузу тот, что восседал посередине. - Судя по всему, мисс Блэйн не имеет отношения к убийству Его Величества, - он говорил это с явным разочарованием. Мне стало смешно. Как жадно им хотелось обвинить меня, девочку-феппса и приближенную к Его Светлейшеству, в убийстве короля! И смех, и грех. - Что скажете, господин эль - Крэллари?

  Господином эль-чего-то там оказался высокий беловолосый мужчина в длинной серебристой мантии. Он стоял в дальнем углу зала, и до этого момента я совершенно его не замечала. Это был эльфом. И его явно уважали в Совете.

  Я, затаив дыхание, смотрела на него и ждала, когда он заговорит.

  - Госпожа Блейн не является убийцей Готтона Старшего, а потому не имеет смысла и дальше держать ее под стражей.

  Тяжелый груз, сдавливавший все это время плечи и грудь, рухнул, растворился, исчез, позволяя теперь дышать всласть.

  Высокие двойные двери тяжело, шумно открылись, и в зал, цокая каблуками, впорхнула Роза. За ней следом, едва поспевая, бежал молоденький паренек - секретарь. Почему эта стерва врывается в зал, где идет суд, и никто даже не пытается ее остановить?

  - Не торопитесь, - звонким, высоким голосом сказала она. Поглядите на нее - распоряжения отдает! И не кому-нибудь, а членам Совета. Хотела бы я посмотреть, как ее выставят вон.

  - Роза, что ты здесь делаешь? Кто тебя впустил? - МакКейн говорил спокойно. Было не похоже, что бы он был рассержен выходкой дочери.

  - Я, папа, пришла помешать ей обвести всех вокруг пальца, - она уничтожающе посмотрела на меня. Я же смотрела на нее с недоумением и даже любопытством. Интересно, как же она собирается оспаривать решения высшей главы Совета, коим являлся приглашенный эльф? - Я долго молчала, но сейчас... - Роза опустила глаза в притворной стыдливости. Вот же актриса. Я забеспокоилась. От этой змеи можно ожидать чего угодно, и сейчас, к своему ужасу, я не могла даже предположить, что она задумала. Эх, если бы я могла хотя бы догадаться. - Я не могу допустить, чтобы она обманула вас, господа!

  - О чем ты говоришь? - вопрошал ее папочка. Клянусь чем угодно, что он прекрасно обо всем знает. Что, черт возьми, эти люди замышляют?

  - Господин МакКейн, думаю, вашей дочери стоит уйти, - вмешался один из судей. Да, и я так думаю. Выпроводите ее уже скорее!

  МакКейн молчал, а Роза продолжала петь свою песню, смысл которой пока что оставался понятен только ей одной. Молитвенно сложив руки, она обратилась к отцу:

  - Отец, прошу, позволь мне высказаться! Господа судьи!

  - Говори, - вмешался стоявший в стороне эльф.

  - Спасибо, - в притворной благодарности сказала Роза с улыбкой, которая не имела ничего общего с признательностью. - Эта девчонка, - она ткнула в меня пальцем. Когда-нибудь я ей их сломаю. Ее тощие кривые пальцы-указки. - Она обманщица и самозванка!

  - Дочь, что ты такое говоришь? - притворно ахнул ее папаша. Он, вероятно, тоже с отличием закончил актерские курсы.

  - Я знаю, вы мне не поверите, но вы не сможете не поверить ей, - она крикнула что-то на незнакомом языке и в зал впорхнула птица. Это была неркида. Зачем она здесь? - Все мы знаем, что неркиды не умеют лгать.

  - Мы готовы выслушать вас, мисс МакКейн, но хотелось бы, чтобы вы как можно быстрее перешли к делу, - недовольно проворчал Майрон, который тоже был одним из членов Совета.

  - Да-да, простите, - виновато пролепетала Роза. - Говори все, что слышала у кабинета Мистера Вайза, - приказала она неркиде.

  И та заговорила привычным для неркид каркающим голосом:

  - Господа говорили о мисс Стейси. Господа спорили друг с другом. Господин, называемый Виктором, обвинял профессора Вайза в великом преступлении против воли Высшего Совета. "Фабиан! - кричал он. - Вы совершили непростительную, я бы сказал даже, губительную ошибку! Вы сохранили жизнь младенцу, который может погубить все магическое общество! Вы оставили в живых проклятое дитя! Вы позволили ребенку вырасти, и даже, спустя восемнадцать лет, предоставили убежище в стенах Академии. Я знаю, кто это дитя. Это Стейси Блейн. Девчонка, которую вы выдаете за феппса!"

  Я ощутила, как пол вот-вот уйдет из-под ног. Так вот, кому принадлежала та неркида, что набросилась на меня у дверей ректора, когда я застала ее подслушивающей разговор с Дарном. Это была неркида Розы! Может быть, она и за мной шпионила? Боже...Это конец...

  Некоторое время в зале царила тишина. Первым нарушил ее эльф.

  - Это правда? Ты внучка Лорда Лоркенса? Профессор Вайз, действительно, предоставил тебе убежище в стенах Академии и велел притворяться феппсом? - эльф говорил спокойно, и даже мягко, но, тем не менее, от его голоса веяло холодом, и если вначале он показался мне добрым, то теперь я поняла, что ошибалась - за доброту я приняла хладнокровие и отрешенность.

  Помня о данной мной клятве говорить правду, я вынужденно ответила:

  - Да.

  Тихие возгласы прошлись по залу.

  - Что прикажете делать, господин эль-Крэллари?

  Помолчав, эльф выдал:

  - Наш народ долгие годы боролся с тьмой, сгустившейся над человечеством с приходом к власти Эдварда. Мы понесли значительные потери, но, тем не менее, именно благодаря нам Его Темнейшество потерпел поражение. Мы поклялись, что проклятый род Лоркенсов прекратит свое существование, и когда стало известно о рождении дитя, девочки - последней из рода, наш Совет принял решение уничтожить младенца. Это дело мы передали лучшему и верному нашему стороннику - Фабиану Донатану Вайзу, почетному члену младшего Совета. Как видим, он предал нас. Но теперь стоит вопрос о ребенке, который уже не дитя, а взрослая личность. И хотя я не вижу мрака в душе этой девушки, - при этих словах я в надежде подняла голову и решилась посмотреть на эльфа, но тут же сникла, - первородное зло таится в ее крови, ее плоти и генной памяти.