Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 51

— В чём дело? — спросила Джулия, оборачиваясь на шёпот за столом. — Тесса?

Они заметили, разумеется, это произошло.

— Элизабет, — пробормотала я, переводя дыхание, — она рожает. Где Бринейн — Место рядом с Бродериком пустовало.

— Рожает? — переспросил главарь, медленно опуская кружку на стол. Его взгляд застыл на моём лице. — Где она?

— Там, на опушке, — сбивчиво рассказала я, указывая рукой в сторону леса. — Пришлось её оставить. Ты должен поторопиться.

— Джулия, принеси тёплую воду и полотенца! — скомандовал Рик, поднимаясь на ноги. — Николас, приведи Бринейна из патруля! Тесс! Ты пойдёшь со мной. Все остальные занимаются своими делами.

— Хорошо!

Джулия закивала и бегом направилась в сторону жилых домов. Я проводила её взглядом, а затем снова обратила внимание на Бродерика. Он уже прошёл вперёд по тропе, призывая идти следом. Я послушно зашагала рядом, пряча ладони в карманах.

— Как ты обнаружила Элизабет? — спросил мужчина, на ходу закатывая рукава на рубашке, точно так же, как и я несколько минут назад.

— Задержалась в школе и услышала мольбы о помощи.

— Решила заморить себя голодом? — удивился Рик, ускоряя шаг. — Не появилась на завтраке, а теперь осталась без обеда.

— Значит, ты заметил? — удивилась я, бросая косой взгляд на мужчину.

— Так же, как и бегство из хижины ранним утром.

Смущённая замечанием, я не нашла что ответить. Благо, к тому моменту мы уже оказались на опушке, и слова стали излишни. Все посторонние мысли разом вылетели из головы, стоило лишь увидеть Элизабет. На этот раз она уже лежала на траве и поджимала ноги. Слабые стоны срывались с побледневших губ, а пальцы с силой стискивали подол платья.

— Рик… — прошептала девушка, приоткрывая глаза и замечая, как он опускается рядом.

— Тише, успокойся, — мягко попросил мужчина, откидывая подол платья к её груди и прижимая свои пальцы к огромному животу. — Постарайся собраться с духом.

— Бринейн… — выдохнула Элизабет, и я заметила, как вниз по её щекам снова потекли слезы. — Где же муж?

— Он уже в пути. Скоро будет здесь.

Бродерик обернулся. Джулия до сих пор не пришла. Нахмурившись, мужчина перевёл взгляд на меня, а затем тихо заговорил:

— Присядь рядом с ней. Держи за плечи.

— Хорошо.

Я послушно опустилась на траву, подгибая под себя колени. Руки задрожали. Прижимая ладони к хрупким женским плечам, я невольно поморщилась, наблюдая за тем, как Рик обрывает окровавленный подол и, осторожно приподнимая Элизабет, подкладывает мягкую ткань под её бёдра. В ту же секунду с губ роженицы сорвался громкий крик, и тело заколотило невиданной дрожью. Поднимая глаза на Рика, я заметила, насколько он сосредоточен. Прощупывая живот, мужчина снова обернулся и, завидев Джулию, громко закричал:

— Скорее, неси воду сюда! И передай уже мне это чёртово полотенце!

Бродерик вёл себя слишком грубо, но в данной ситуации его поведение было полностью оправдано внезапными родами, а также криками самой роженицы, неподготовленной к сильным схваткам. Мужчина волновался за жену своего младшего брата. Хотя, он и старался выглядеть невозмутимым, я замечала, как его руки подрагивают. Рик принял чашу с водой и опустил на траву рядом, а затем положил ещё несколько полотенец чуть выше, у бёдер Элизабет.

— Сейчас ты должна дышать глубоко, слышишь? — громко спросил Бродерик, слегка надавливая на живот.

— Да, — сбивчиво ответила Элизабет, и пальцы её сжались вокруг моего запястья, вызывая сильную боль. Должно быть, она уже не могла переносить схватки и старалась хоть как-то унять нестерпимые спазмы. Я не возражала.

— Умница, — похвалил Рик, покусывая губы. — Давай же, тужься. На выдохе.

Громкий крик вырвался из груди Элизабет, и она стиснула зубы в попытке избавиться от боли.

— Ещё раз! — потребовал мужчина. — У тебя получается, не останавливайся!

— Я пытаюсь…

— Глубокий вдох-выдох, давай, Элизабет! — Бродерик повысил голос.

— Стараюсь!

И снова надрывный крик разнёсся над лесом, будто разорвал густую пелену спокойствия. Я опустила голову вниз и почувствовала, как душа оцепенела. Столько крови… Ужас охватил разум. Как же Элизабет могла добровольно обречь себя на подобные страдания? Расплата за любовь непомерно высока. Только сейчас, столкнувшись с мучениями рожающей женщины, я поняла, что никогда в здравом уме не решусь на это. Элизабет извивалась, её спина прогибалась, а тело и душа были истерзаны дикой болью. С каждой потугой крови становилось всё больше, и я невольно перевела взгляд на молодого лекаря. Бродерик самоотверженно продолжал наставлять девушку. Лицо его сохраняло все то же невозмутимое выражение. Мужчина знал своё дело и не поддавался панике. Его руки уверенно прижимались к животу, округлость которого постепенно сползла на правый бок, опускаясь все ниже.

— Давай! — громко повторил Рик, надавливая пальцами на кожу. — Тужься, ты сможешь!

Элизабет резко приподнялась на локтях, и пришлось применить все усилия, чтобы снова уложить её на траву. Я почувствовала, как на лбу, у самых волос, выступила лёгкая испарина. Время словно замерло на месте. Несмотря на дикий страх перед родами, я старалась оказать поддержку, и прежде всего не только Элизабет, но и Бродерику. Он позволил вернуться на опушку, попросил остаться рядом с девушкой…

— Ты умница, — похвалил Рик, и тут я заметила, как он обхватывает руками нечто маленькое, покрытое вязкой слизью. — Ещё немного, ты практически справилась!

Стоило лишь расслышать детский плач, как с души сорвался тяжкий груз, и я вздохнула с облегчением. Тело Элизабет расслабилось, и она опустила голову мне на колени. Мучения закончились. Бродерик поднялся на ноги и, укрывая крохотного малыша небольшим полотенцем, передал Джулии. На мгновение я замерла, наблюдая, с каким трепетом мужчина смотрит на своего новорождённого племянника. Сколько заботы и ласки скрывалось в этих огромных и сильных руках. Должно быть, Бродерик уже давно был готов к женитьбе и воспитанию собственных детей, но по каким-то неведомым причинам не спешил связать свою жизнь с кем-то из общины. Возможно, он и не нуждался в этом настолько сильно, как остальные, однако, мне всё-таки удалось уловить нежность в его глазах. Она проскользнула так же незаметно, как и наши взгляды, которые пересеклись, стоило лишь мужчине обернуться. Я сразу же опустила голову вниз и посмотрела на Элизабет. Только в этот момент и наступило истинное осознание того, что прошлой ночью мы с Бродериком зашли слишком далеко, и больше нет пути назад. Придавая лицу ещё большей беспечности, я попыталась помочь молодой матери подняться, но Рик помешал этому. Его рука легла на моё плечо, и от прикосновения щёки снова вспыхнули. Кончиками пальцев, Рик едва ощутимо дотронулся до кожи на шее, и пришлось призвать на помощь все силы, чтобы сохранить полное хладнокровие.

— Дорогая! — послышалось совсем рядом.

Я перевела взгляд на опушку и увидела Бринейна, мчащегося к жене. По пути он встретился с Джулией, которая поспешила отнести ребёнка в дом и обмыть, прежде чем отдавать Элизабет. Задерживая взгляд на малыше, Бринейн радостно заулыбался, а затем приблизился к супруге.

— Любовь моя, — прошептал он, обнимая девушку за плечи и прижимая её лицо к своей груди. — Ты справилась!

— Это мальчик! — торжественно объявил Бродерик, помогая мне подняться и отойти в сторону от влюблённой пары. — Принимай поздравления, брат!

— Наследник! — засмеялся Бринейн, и на его губах заиграла счастливая улыбка. — У нас родился сын, Лиззи. Ты слышишь?

— Да… — слабым голосом прошептала она и тихо добавила: — Я немного замёрзла.

— Сейчас отнесу тебя в дом! — пообещал Бринейн, вскакивая на ноги.

— Осторожнее, — предупредил Рик, роняя ладонь на плечо брата. — Занеси её ко мне в хижину. Думаю, что есть необходимость наложить несколько швов.

— Швы? — переспросил Бринейн, настороженно посматривая на Бродерика.

— Не волнуйся, в этом нет ничего серьёзного, — поспешил успокоить его брат. — Просто сделай так, как прошу.