Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 48

Плеснув немного прохладной воды в небольшой таз, я повязала передник вокруг талии. Работа всегда отвлекала от дурных мыслей, а сейчас это необходимо, как воздух. Неужели из нас двоих, только я страдала и испытывала небывалое чувство неудовлетворённости? И как такое возможно? Я понятия не имела, чего ожидать от связи с мужчиной, но отчётливо осознавала, — это необходимо! Разве так бывает? И снова слабая дрожь сотрясла тело. Убирая волосы за спину, я уже не думала о том, видны ли отметины на шее. Никто больше не посмотрит в мою сторону и не проявит интерес. Да это и к лучшему.

Внезапно, громкий смех раздался позади, и я невольно обернулась. Это был Бродерик в обществе Николаса и незнакомой девушки. Её волосы были белоснежными и гладкими. Широкая улыбка озаряла лицо, а фигура казалась совсем кукольной. Слишком красивая и безупречная. Кто это, и почему я не замечала её раньше? Хотя, всё верно. Я мало смотрела по сторонам, в основном акцентируя своё внимание на Бродерике. Лёгкий укол ревности стиснул грудную клетку. Возможно, они просто стояли рядом, или его улыбка предназначалась не для неё… Но лучше не тешить себя напрасными надеждами. Тем временем как я сходила с ума от невыносимого желания оказаться рядом с этим плебеем, он проводил время с другими девушками, радуясь своей счастливой жизни. Неужели во мне, и правда, не осталось ни капли гордости и самолюбия?

Погруженная в мрачные мысли, я отвернулась, замечая, как Джулия направляется в сторону умывальников с тарелками в руках. Она не должна догадаться о том, что мучает и терзает изнутри.

«Никто не узнает. Ни одна душа».

***

Общение с детьми на время отвлекло от проблем, и удалось позабыть о тревогах. Я с улыбкой наблюдала за тем, как несколько маленьких девочек возятся со своим домашним заданием, в то время как остальные уже давно покинули небольшой класс, разбежавшись по своим делам. Не всем учёба давалась легко. Некоторым из детей требовалась дополнительная подготовка, и я с радостью помогала им. Вот и этим пасмурным днём пришлось немного задержаться в классе. За окном, не переставая, шёл дождь. Конец августа нашёптывал о приближении осени. Унылая погода напоминала мрачные и серые стены «Хелдона». Вспоминая о своей прежней жизни, я невольно поёжилась. Мысли сами заползли в голову и заставили постепенно углубиться в себя.

Минуты медленно перетекали в часы. Девочки закончили с заданиями и, аккуратно сложив тетради на краю рабочего стола, попрощались. Я приветливо улыбнулась близняшкам. Как ни странно, но в окружении детей было куда спокойнее, нежели в обществе взрослых людей из деревни. Казалось, грусть отступает, стоит лишь открыть учебник, но на самом деле, всё было не столь радужно и просто. Как только сестры ушли, я сложила тетради в одну стопку на своём столе и, выглянув в окно, снова почувствовала, как душа выворачивается наизнанку. Погода расстраивала, напоминала о прошлом, а в настоящем я не имела ни единой возможности забыться. Впереди мелькало довольно туманное будущее, и никто не знал, какие испытания оно преподнесёт.

***

За ужином я ненадолго расслабилась, прислушиваясь к словам своих друзей. Джулия и Николас рассказали о прошлой ночи в подробностях. Как оказалось, Бродерик не только промолчал о визите в мою хижину, но также не упомянул о том, кто спас ему жизнь. Насколько же хитрым Рик оказался! С одной стороны, уберёг меня от всеобщего порицания, а с другой, попросту избавил себя от нежелательных благодарностей. Идеальная картина. Я усмехнулась и снова бросила взгляд на соседний стол. Дикарь так и не явился на ужин. Разум не покидали тревожные мысли, но больше всего я беспокоилась, что Рик любезничал с той самой блондинкой, которая вполне могла завладеть его вниманием. Раньше я уже испытывала подобные чувства к девушкам, общавшимся с Грегором, но теперь всё по-другому… Душу терзали сомнения. Я ощущала, как ревность впивается в самое сердце и со скрежетом проскальзывает в каждую венку! Почему Рик не пришёл на ужин?

— Тесса! — позвала Джулия, слегка подталкивая локтем в бок. — Нам пора убирать со стола.

— Да, — я опомнилась, сразу же поднимаясь на ноги. — Идём.

Голова слегка закружилась, но удалось вовремя ухватиться рукой за деревянную столешницу. Разумеется, этого следовало ожидать. За целый день я выпила всего одну кружку чая. Не стоило и удивляться внезапно подступающей тошноте.

— Почему совсем не ела? — участливо спросила Джулия, помогая с тарелками. — Что происходит? Ты сама не своя.

— Нет аппетита.

Я прошла чуть дальше, всё ещё осматриваясь по сторонам, в слабой надежде увидеться с Бродериком.

— Ты можешь не рассказывать, но мне это не нравится, — заметила Джулия, собирая тарелки в глубокую корзину. — Ты выглядишь слишком усталой. Кажется, что ещё несколько мгновений, и упадёшь без сознания прямо на траву.

— Тебе чудится, — пробормотала я, медленно двинувшись в сторону умывальников. — Просто устала. Погода сегодня отвратительная.

Джулия хмуро усмехнулась, опуская корзину на невысокий стул у чана с прохладной водой.

— Ты не умеешь лгать, Тесса, — напомнила подруга, покачивая головой, — и очень жаль, что до сих пор не доверяешь.

— Дело не в этом, — возразила я, окуная тарелки в воду. — В действительности, ничего не произошло. Не стоит беспокоиться.

— Именно поэтому ты целый вечер не отводила глаз от противоположного стола?

Я не ответила. Да и нет смысла отрицать неоспоримые факты. Джулия видела меня насквозь и всегда знала, когда говорю неправду. Она оказалась слишком проницательной для своего возраста, и временами это настораживало.

— Знаю, что он тебе нравится, — спокойно продолжила подруга, и я выронила тарелку из рук.

— Что?

Встревоженный взгляд замер на Джулии. Она была абсолютно серьёзна, ничто не выдавало и доли иронии, которая могла проскользнуть в её словах.

— Рик тебе нравится, Тесса. — Девушка стояла рядом и ополаскивала посуду. — Он интересует абсолютно каждую юную девушку в общине хотя, и не только молодых, но и женщин в возрасте.

— Прошу, давай сменим тему.

— Тебе нечего стесняться, многие теряют голову, когда Бродерик рядом. Но стоит усвоить одну немаловажную вещь. — Джулия резко повернулась ко мне и, заглянув в глаза, продолжила: — Никогда не оставайся с мужчиной наедине до венчания. Это приведёт к беде.

— Ерунда.

— Да, многие заметили это на твоей шее.

От этих слов я просто обомлела и отложила чистые тарелки в сторону, стараясь прийти в себя. Щёки запылали. Она поняла. Ну, конечно же, догадалась!

— Я повторяю, не вздумай играть с огнём! — напомнила Джулия. — Рик человек чести, но всё может измениться, если девушка сама напрашивается на неприятности.

— Это не так! — воскликнула я, хватая полотенце и с силой вытирая руки о грубую ткань. — Он сам пришёл. На своих ногах! Я не просила его делать это!

— Ну вот и призналась, — усмехнулась Джулия. — Значит, это был Рик?

— Ты что, специально наговорила всё это? — поначалу я опешила, а затем сильно разозлилась. — Заставила рассказать!

— Уж очень часто ты смотришь на него, отвечаешь на колкости в свой адрес, а затем сама же вынуждаешь обращать на себя внимание. Это заметно. — Джулия пожала плечами.

— И без тебя знаю, что не нравлюсь ему, — угрюмо заметила я, отбрасывая полотенце в сторону. — Не стоит говорить об этом вслух.

— Почему же, нравишься, — девушка усмехнулась, заворачивая проржавевший кран. Стаскивая фартук, она повернулась ко мне и облокотилась руками об умывальник. — Никогда не видела, чтобы Рик посвящал столько времени кому-то одному. Да стоит тебе лишь появиться, как из него льётся все красноречие, накопленное годами.

— Что это значит? — Я прикусила щёку зубами, в ожидании ответа.

— Если бы только знать… — подруга пожала плечами, роняя фартук на стол у кастрюль и тарелок. — Думаю, что между собой вы и сами разберётесь. Только не наделай глупостей. Следы от поцелуев — это одно, а вот близость, — совсем другое.