Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 47

Местные жители вяло рассаживались за столы. Видимо, не только меня мучила бессонница. В свете ночных событий, многие поселенцы взволновались не на шутку, ведь патруль «Хелдона» подошёл слишком близко к лагерю. Девушки неподалёку оживлённо обсуждали последние новости, перешёптывались о том, что все враги были жестоко убиты, а Бродерик и остальные вернулись с беспрекословной победой. Прислушиваясь к разговору, я поёжилась. Неужели мне действительно пришлось убить человека? Эта мысль не давала покоя. Хотя и не стоило мучиться из-за чувства вины, и совесть не сжимала лёгкие в неминуемом раскаянии, но ничто не унимало душевного волнения. Теперь я уже совсем не отличалась от дикарей; стала одной из них, если не по крови, так по инстинктам и поведению! И насколько же противоречивые эмоции я испытала, когда мужчина упал замертво на землю… Видимо, так сильно испугалась за жизнь Бродерика, что даже не задумалась ни на секунду: стрелять или нет. Я уже знала, как поступить, и защищала свой дом.

— Доброе утро, — протянула Джулия, медленно опускаясь за стол.

Она выглядела сонной, как и все остальные, однако, на лице появилась счастливая улыбка. Хоть кто-то этой ночью занимался чем-то приятным.

— Привет, — протянула я, с интересом поглядывая на подругу. — Не думала, что ты придёшь на завтрак.

— Мы дежурим, Тесса, — напомнила девушка, тихонько посмеиваясь. — Брак не освобождает от обязанностей.

— А где же Николас? Он не придёт?

— Ты знаешь о том, что под утро на лагерь было совершено нападение? — спросила Джулия, и я кивнула в ответ. — Так вот, он сейчас обсуждает это с Риком.

— Ах, понятно.

Я опустила глаза на стол, стараясь не проявлять на людях истинных чувств и эмоций. Возможно, и стоило поделиться с подругой своими переживаниями, рассказать ей о том, что произошло не только в лесу, но и в хижине немного позднее, но я всё-таки заставила себя вовремя прикусить язык. Никто не должен знать. Ни одна живая душа.

— Надеюсь, эти события не помешали вам, — пробормотала я, поглядывая на Джулию исподлобья.

— На самом деле нет, то есть, не совсем, — подруга засмеялась, чем и привлекла внимание девушек, перешёптывающихся неподалёку. — В общем, всё прошло очень хорошо.

— Это не может не радовать.

Я тоже заулыбалась и, бросая взор на соседний стол, почувствовала, как сердце замерло в груди. Бродерик стоял неподалёку, нас разделяло всего несколько метров, и до ушей донёсся его низкий голос. Мурашки пробежали по коже, а взгляд скользнул по сосредоточенному лицу главаря общины, по выразительным губам и угловатому подбородку. Рик разговаривал с братом и не обращал внимания на своё окружение, в том числе и на меня. Тихий вздох вырвался из горла. И проскользнуло в нём не только облегчение, но и доля явного разочарования. Какая-то часть меня желала, чтобы он повернулся, и наши взгляды, наконец, встретились. Не хотелось, чтобы мужчина забывал о том, что вспыхнуло прошлой ночью. Мы оба почувствовали странное влечение друг к другу, в этом я не сомневалась, иначе по какой причине Бродерик столь поспешно покинул хижину? Должно быть, он хотел остаться, но не смог себе позволить! Благо, никто в общине до сих пор так и не узнал о том, что произошло. Видимо, спасённая жизнь стоила тайны. И Бродерик её сохранил.

— Все в порядке? — спросила Джулия.

Я перевела на неё задумчивый взгляд и рассмотрела волнение в глазах.

— Да, всё хорошо.

— Здравствуй, Тесса, — поздоровался Николас, присаживаясь рядом с женой. Его рука скользнула по её талии, и подруга нежно улыбнулась.

— Доброе утро.

Слова слетели с губ, а взгляд вновь задержался на главаре общины. У меня пропал аппетит, не было желания ни есть, ни пить. Теперь душу мучила совсем иная жажда. Тягостно вздохнув, я запустила пальцы в волнистые волосы, перебирая золотистые пряди. На протяжении нескольких часов разум твердил о том, что нельзя мечтать о Бродерике, не стоит даже допускать мысли об этом, но теперь вся прежняя решимость таяла и растворялась на глазах. Благо, Джулия и Николас были настолько сильно заняты друг другом, что не обращали особого внимания на моё поведение.

— Дорогие друзья, — заговорил Бродерик.

Он вышел вперёд, привлекая к себе всеобщее внимание. Одна из юных девушек громко ахнула, и я недовольно скривила губы. Неприятно было думать о том, что Рик мог овладеть любой женщиной из общины.

— Сегодня ночью люди из «Хелдона» подобрались слишком близко к лагерю, — продолжил мужчина, обводя столы взглядом. — Мы были вынуждены не только прогнать их прочь, но и уничтожить. Теперь я усилил охрану и хочу успокоить вас. Никому неизвестно наше местоположение, поэтому и волноваться не стоит. Часовые оповестили об опасности вовремя. Удалось избежать угрозы. Подобное не повторится. Всем спасибо.

Бродерик склонил голову в знак почтения, а затем присел на своё место рядом с братом. Я отодвинула тарелку в сторону и обхватила голову руками. Понадобилось несколько минут, чтобы собраться с мыслями и избавиться от навязчивых воспоминаний. Кончики пальцев едва ощутимо скользнули вниз по шее и прикоснулись к алым покраснениям там, где кожа до сих пор саднила.

— Я слышал, что главарь «Хелдона» ужесточил режим в своём лагере, — тихо заговорил Николас, привлекая моё пристальное внимание и позволяя позабыть хоть на время о прошлой ночи. — Казни происходят регулярно.

— Откуда вам известно об этом? — удивилась я, поднимая глаза на мужчину.

— Они выбрасывают тела за стену, — объяснил Ник, понижая голос до шёпота. — На рассвете мы с Риком снова обнаружили несколько убитых стариков, а также и молодых девушек.

— Какой ужас… — прошептала Джулия, отпивая горячий кофе из чашки. — Зачем Влад делает это?

— Если бы мы только знали, — мужчина пожал плечами, отправляя в рот кусок сыра. — Скорее всего, в «Хелдоне» снова ужесточили режим. Они больше не выходят на улицы.

Я ничего не сказала. Губы плотно сжались, а сердце забилось немного быстрее обычного. София. Я сразу вспомнила о ней. Как же девушка выживала среди всего этого безумия? Сколько жестокости! Перед глазами появилось искажённое ненавистью лицо Грегора, и меня передёрнуло. Он затащил подругу в комнату. Что произошло потом? Жива ли София? Страх зародился в душе, словно выворачивая внутренности наизнанку. Наверняка подруга считает меня мёртвой и понятия не имеет о том, насколько сильно мы ошибались! Джулия оказалась права, — настоящая жизнь началась именно за пределами «Хелдона». Только здесь я обрела себя, почувствовала свободу и жажду к жизни. Как же хотелось, чтобы и София оказалась рядом! Ах, если бы я только могла забрать её с собой…

— Что это такое, Тесса? — спросила Джулия, с явным волнением в голосе.

— Мм?

Я посмотрела на подругу и в ту же секунду поняла, что именно настолько сильно взволновало её. Она заметила алый след от губ, который Бродерик оставил на память прямо под правым ухом. Душа мгновенно ушла в пятки. Должно быть, я задумалась и снова откинула волосы за спину.

— Ничего.

Я прикрыла шею рыжими кудрями, поспешно подвигая к себе кружку с чаем.

— И глупый знает, что это такое, — заметила подруга, склоняя голову к плечу. — У тебя появился мужчина?

— Нет! — я сдавленно рассмеялась, закашлявшись. — Конечно, нет. — Взгляд невольно скользнул по столу, а затем остановился на Бродерике, но я сразу опомнилась и резко поднялась на ноги. — Пожалуй, пора приступить к своим обязанностям.

— Не вздумай играть с огнём, — предупредила Джулия, и на мгновение показалось, будто она знает правду. — Ты слышишь?

— Да. Поможешь с посудой? Я уберу здесь, а ты там.

— Конечно, — девушка пожала плечами. — Поем и приступлю к работе.

— Спасибо.

Я схватила посуду и поспешила в сторону умывальников, однако, проходя мимо Бродерика, всё-таки бросила на него свой беглый взгляд. Главарь был спокоен и о чём-то мирно беседовал с Бринейном и Элизабет. Он не обратил на меня внимания, или сделал вид, что не заметил. Рик повёл себя достойно. Он никому не рассказал о прошлой ночи. Хотя, с другой стороны, и говорить-то особо не о чем. Мы просто оказались слишком близко друг к другу, не более того.