Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 45

И вновь все произошло слишком быстро. В какой-то момент Бродерик вывернулся так, что удалось выбить оружие из рук врага. Он отбросил дробовик в кусты папоротника, но не успел ударить. Солдат оказался проворнее. Тяжёлый кулак со всей силы пришёлся Рику прямо по голове, и главарь общины упал на траву. Я ахнула. Вдалеке послышались громкие крики… И время будто застыло перед глазами. Не медля ни секунды, я натянула тетиву ещё сильнее, а затем выпустила стрелу. Со свистом рассекая воздух, она попала точно в цель. Мужчина навис над Бродериком, но удара не последовало. Он замер. Стрела угодила в щёку и прошла насквозь. На самом деле я не целилась в голову, всего лишь в грудь, но навыки были не настолько мастерски отточены, как у искусного учителя.

В то время как Хелдоновец замертво упал на землю, Бродерик с трудом приподнялся на локтях, в недоумении изучая глазами бездыханное тело своего врага. Я подбежала к зелёным кустам и, схватив дробовик, подкинула к ногам спасённого мужчины. Тут-то Рик и поднял свои глаза, но то, что проскользнуло в них, повергло в тихий ужас. Выяснилось, главарь непросто зол, он взбешён! Медленно поднявшись на ноги, Бродерик резко схватил меня за плечо и с силой встряхнул, пытаясь привести в чувство.

— Какого черта ты здесь делаешь?! — взревел он, и гортанный голос эхом разлетелся по лесу.

Поначалу, я испугалась, как бы нас ни услышали остальные, но через секунду осознала, что бояться следует не солдат Влада, а мужчины, испепеляющего взглядом.

— Я велел оставаться в доме! — упорно продолжал Рик, с силой отпихивая в сторону лагеря. Это выглядело настолько грубо, что пришлось постоянно прикрывать лицо рукой от ощутимых ударов в плечо. — Несносная девчонка!

— Прекрати! — потребовала я, замирая на месте. — Ты не имеешь права так разговаривать!

— Ох, ещё как смею! — прошипел Рик, с силой сжимая пальцы на предплечье. Его глаза будто почернели, а в грубом голосе проскользнули ледяные и жестокие нотки. — Если сейчас же не вернёшься в лагерь, то, клянусь, сам тебя убью!

Я испугалась, пришла в истинный ужас. Бродерик не шутил, и уж точно не стоило настаивать на своём. Только не сейчас. Я отступила на шаг и едва заметно кивнула, медленно отдаляясь в сторону лагеря. Рик застыл в одной позе, не отводя своих бездонных, переполненных злобой, глаз. Что же я натворила! Навлекла на себя ещё большую ненависть и необузданный гнев! И беды не миновать. Видимо, на мне с рождения клеймо неудачницы. Бродерик даже не удосужился поблагодарить за спасение собственной жизни! Он взбесился и, наверное, хотел догнать, а потом силой отвести в лагерь. Пальцы главаря были тесно сжаты в кулаки, а на лице играли желваки. О, боже, как много злости я прочла в его глазах! Словами не описать, сколько эмоций скопилось внутри, в надежде однажды выплеснуться наружу… Не прошло и секунды, а я уже резко развернулась и поспешила прочь из леса. По неясным причинам на глазах выступили слёзы. Скорее всего, это произошло из-за страха, нежели от обиды. Бродерик прав, не следовало покидать общину, но как я могла изменить то, что уже натворила?

В ожидании неминуемой расплаты за опрометчивое поведение, пришлось покорно вернуться в свою хижину. Дикарь не спустит все на самотёк. Я получу заслуженное наказание. Расплата придёт следом за мужчиной. Он просто уничтожит меня, сживёт со свету! Бродерик никому и никогда не позволял нарушать правила общины, а также проявлять своенравие и непослушание, тем более простой девчонке, живущей в лагере лишь благодаря его милосердию!

И что же предпринять? В любом случае стоит подготовиться, и не только морально, но и физически. От Бродерика можно ожидать чего угодно. И я боялась его, по-настоящему опасалась, но не больше чем себя, ведь, несмотря на все события и душевные терзания, сердце умудрилось привязаться к несносному дикарю. И как же теперь жить со всем этим?

***

Не прошло и часа, как все худшие опасения подтвердились. Мужчины вернулись. Я поняла это по звонким голосам, разносящимся по всему лагерю. Видимо, им удалось справиться с угрозой. С какой-то стороны я даже порадовалась за то, что мужчинам повезло сохранить местоположение общины в секрете, однако, это продлилось недолго. Обхватив колени руками я, с бешено колотящимся сердцем, ожидала появления Бродерика. Он придёт, не стоит и сомневаться.

Минуты тянулись слишком медленно, ну а я сильно закусила губу и, ощутив солоноватый привкус во рту, стёрла алые капли тыльной стороной ладони. Боже, никогда ещё не было так страшно, и даже встреча с диким зверем показалась чьей-то злой шуткой в сравнении с тем, что творилось внутри, но самое удивительное заключалось в другом, — мне действительно хотелось увидеться с Бродериком. Я желала вновь ощутить адреналин, почувствовать, как алая кровь закипает в венах. Нельзя играть с огнём, но что же оставалось?

Постукивая пальцами по мягкому покрывалу, я медленно поднялась с постели, приблизилась к небольшому полукруглому окошку и отбросила занавеску в сторону, разглядывая тропу. Никого. Мужчины медленно расходились по домам, но никто не спешил к хижине. Я даже вздохнула с облегчением, но затишье оказалось недолгим. Внезапно, входная дверь распахнулась, и на пороге появился Бродерик. Тихий вздох вырвался из горла, и я отскочила от окна. Прядь рыжих волос выбилась из хвоста, и пришлось поспешно забрать её за ухо. Не дыша, я молча уставилась на мужчину. Его лицо не выражало никаких эмоций. Рик равнодушно осмотрел меня с головы до пят и, схватив стул, медленно опустился на него, укладывая подбородок на высокую спинку. Я не знала, что сказать, и не смогла отыскать верных слов. Тяжело втянув воздух через ноздри, пришлось собраться с мыслями. Осматривая Бродерика, я заметила местами порванную рубаху, окровавленную на груди. Интересно, все закончилось? Скольких человек он отправил на тот свет? А если нет, тогда, что они сделали с солдатами «Хелдона»?

— Вижу, ты ждала меня, — сухо заметил Бродерик, однако, в его голосе всё-таки проскользнули нотки недовольства.

— Да, — сдавленно ответила я, прочищая горло. — Все предположения подтвердились.

— И на что же ты рассчитывала, Тесса? — спокойно поинтересовался мужчина, пристально наблюдая. — Какие были варианты?

— Я заподозрила, что ты придумаешь наказание за непослушание, или заставишь покинуть общину.

— Это всё, чего так боишься? — его глаза сверкнули, и я поёжилась. Казалось, он заглядывает прямо в душу. — Верно?

— Не знаю, — голос прозвучал, как слабый писк.

После всего, что произошло в лесу, стало сложно контролировать собственные мысли. Я не только убила человека, но и столкнулась, прежде всего, лицом с собственными страхами, преодолела некоторые из них, но на замену пришли новые, неведомые опасения.

— Ты постоянно перечишь, делаешь всё назло, — продолжил Рик, медленно раскачиваясь на стуле. — Неужели намеренно испытываешь терпение?

— Нет. — Я отрицательно мотнула головой.

— Тогда, позволь уточнить, какого чёрта пришла в лес?! — он повысил голос, выпрямляя спину, и я невольно попятилась назад к деревянной кровати.

— Хотела помочь.

— Замечательно. — Бродерик поднялся на ноги и, отшвырнув стул в сторону так, что тот едва устоял на ножках, скрестил руки на груди. — И как ты могла это сделать?

— Если не заметил, я убила того здоровяка, который уже приложился кулаком к твоей голове.

— И за это стоит позабыть о том, что ты нарушила одно из главных правил общины? — поинтересовался Рик.

Приблизившись, он с силой ткнул пальцем в грудь, отчего я чуть было не потеряла равновесие. Рик совсем не рассчитывал силу, и, казалось, понемногу выходил из себя.

— Тебе спасли жизнь, несносный дикарь! — слова сами вылетели из горла, и я, в полном негодовании, отбросила его тяжёлую руку в сторону. — Пришлось убить солдата, а теперь ты приходишь сюда и незаслуженно повышаешь голос?!

Да, я сорвалась, позволила себе много лишнего. Кто бы мог подумать, что ещё несколько часов назад, этот здоровый мужчина лежал на моих коленях, а я прикасалась пальцами к его волосам, наслаждаясь волшебным моментом. Нет, в это верилось с огромным трудом. Теперь я ненавидела его больше, чем Грегора. Бродерик пробуждал в душе слишком много противоречивых эмоций. Я была похожа на факел, вспыхивающий от малейшей искры безудержным пламенем. И пожар невозможно потушить! Прежде я никогда не была настолько раздражительной и агрессивной. Правильно говорят о том, что общество полностью меняет человека, вот и я озверела. Стала превращаться в дикую волчицу, кидающуюся на своих обидчиков; готовилась растерзать каждого из них на части при малейшей угрозе.