Под тем же солнцем (СИ), стр. 55

Арина затравленно покосилась на окно — там как раз начинала заниматься заря.

— Может, завтра?..

— Э, нет. Сейчас.

Арина закрыла глаза и глубоко вздохнула. И что тут скажешь? Я плачу, потому что мне каждую ночь снится, как ты умираешь?.. А еще тебя предал друг, почти брат. И, кстати, все это было на самом деле.

— Хорошо. Я расскажу.

Антон придвинул табуретку и приготовился слушать. Арина села напротив, опустила глаза и, глубоко вздохнув, начала свой фантастический рассказ.

Она действительно рассказала Антону все. О своих странных снах, о том, как встретила Ярослава, о гипнотизерах и о том, как по крупинке пытается сложить картину чьей-то жизни, которая странным образом смешивается с ее собственной. Антон слушал очень внимательно, периодически сдвигая темно-русые брови.

— Я не исключаю, что все это все-таки плод моего больного воображения. Грустно, конечно, осознавать, что крыша безвозвратно уехала, но и поверить в перевоплощение мне лично непросто. Сейчас у меня в голове немного устаканилось и я почти не отделяю ту девушку от себя самой… Правда, помню я не все. Некоторые самые яркие эпизоды. И еще ее чувства. Потому и книгу начала писать, чтобы хоть как-то все упорядочить в голове. Когда на бумаге, оно не так страшно становится…

— А он? Он все помнит?

Арина нервно повела плечом.

— Говорит, что да. Причем помнит очень подробно.

Вид у Антона был удивленный, но явного желания отправить девушку подлечить голову он пока не выказывал, и уже это было неплохо.

* * *

Антон помедлил, покосился на компьютер, одиноко примостившийся на краю стола, и задал неожиданный вопрос:

— И помнит он себя, как Йавара?

Арина кивнула. Интересно, спросит ли он про Тиану… Арина ждала этого вопроса, и боялась его. Но Антон думал уже о чем-то другом.

— Да… Такое не каждый день услышишь. А можно мне прослушать ту запись, от твоих чудо-кудесников?

Арина пожала плечами и потянулась за диском.

— Можно, конечно. Но это все очень чудно звучит…

Прослушав запись и не комментируя, Антон попросил разрешения еще раз перечитать Аринины литературные наброски. Арина открыла нужный файл и повернула ноутбук к Антону.

Антон прочитал быстро, видимо, нашел все, что хотел, пробежался по последним строкам и кивнул сам себе.

— Ты поэтому заплакала, увидев меня? Тебе показалось, что Тиану — это я?

Арина внутренне вся сжалась. Вот он, момент истины. Или еще чего похуже.

— Да. Только мне не показалось. Я не могу тебе объяснить, как это получается и откуда у меня эта уверенность, но…нет, не могу. Я как будто тебя узнала, понимаешь? И все встало на свои места. Я не помнила еще толком ничего определенного, но после встречи с тобой мое «кино наоборот» явно активизировалось, за довольно короткий срок я вспомнила многое, и очень подробно… Такое со мной было только после встречи с Ярославом.

Антон снова потер грудную клетку и задумчиво протянул, как бы про себя:

— Вот тебе и фантомные боли… Да ну, ерунда.

Арина покачала головой и тяжело вздохнула.

— Не веришь…

— Да нет, я немного о другом сейчас… А тебе я как раз верю, хотя это все, конечно, чудеса в решете. Первое, что приходит в голову, что этот твой Ярослав с ума сойти какой гипнотизер, и всю эту фигню старательно тебе внушил, в рамках суперсекретного эксперимента. Но критики такое предположение при более детальном рассмотрении совершенно не выдерживает… так что, предлагаю немного поспать.

— Да, вариант с шизофренией более правдоподобный, не поспоришь, — тихо отозвалась Арина.

— Нет. В шизофрению никаким боком не вписывается твой черный принц. Я же его тоже вижу. Давай спать.

Арина легла на кровать и свернулась калачиком, чувствуя себя одиноко, как никогда. Антон лег рядом, притянув девушку к себе.

— Спи. Кошмаров больше не будет. Тиану я или нет, но я здесь, и бояться тебе нечего.

Арина благодарно улыбнулась и потерлась носом о его руку. Антон тихонько поцеловал ее в светлый затылок.

Остаток этой ночи Арина спала без сновидений. Антон еще долго лежал, всматриваясь в светлеющее небо, не в силах заснуть. В голове крутились образы, навеянные странной историей Арины, за грудиной привычно саднило.

* * *

С утра, которое, впрочем, у молодых людей началось ближе к полудню, Антон бы вполне бодр, чего нельзя было сказать о самой Арине. Последняя чувствовала себя совершенно разбитой, и тут дело было не в остаточных явлениях после недавней болезни. На девушку с новой силой навалилась депрессия, заставляя раз за разом прокручивать в голове вчерашний разговор. Арина всегда была мнительной, а теперь, после ночных признаний, ей постоянно казалось, что Антон считает ее ненормальной и в ближайшем будущем непременно сбежит от греха подальше.

Между тем в Антоне никаких перемен не наблюдалось, разве что молодой человек стал немного более задумчивым, но при этом он без устали теребил Арину, интуитивно ощущая ее смятение и не позволяя ей углубляться в свои страдания.

Омлет на завтрак у Антона получился такой пышный и сочный, что на Аринином бледном лице даже забрезжило нечто, напоминающее румянец.

— Вот это омлет! Как такой получается, всегда хотела узнать? У меня обычно плоский и такой… бледненький.

— Ловкость рук, — Антон спихнул еще кусочек Арине на тарелку, — и никакого мошенничества. Все дело в количестве яиц и глубине сковородки. В столовках и прочих общественных пищеблоках противни видела какие?.. А-а, ты, наверное, и в пионерском лагере-то не была…

— Нет, конечно. С пионерами у меня как-то не сложилось…

— Я имею в виду выездные лагеря для детей и подростков. В общем, жизни ты не нюхала… Но я тебе все расскажу. Рубрика «Как закалялась сталь…»

Арина хмыкнула и допила чай. После завтрака жить стало явно веселей.

Антон отставил пустую сковороду, помедлил и вдруг задал неожиданный вопрос. Голос его звучал неуверенно, как будто он сам удивлялся тому, о чем спрашивал.

— А ты помнишь… наше детство?

Арина удивленно на него посмотрела, ища признаки недоверия или насмешки в светлых глазах. Но нет, Антон смотрел серьезно, без тени иронии.

— Смутно. Всплывают какие-то отрывочные эпизоды, какой-то праздник, состязания, еще какие-то обряды… Чью-то свадьбу, нет, нет, не мою, точно. То есть, я думаю, что свадьбу. Это и правда, как будто детские воспоминания, очень яркие.

Антон скинул тарелки в раковину и обернулся, окинув Арину оценивающим взором.

— Ты наелась?

— О, да, — Арина похлопала себя по животу. — Вполне. Спасибо.

— Сейчас не об этом. Чувствуешь себя нормально?

— Пожалуй, — осторожно кивнула Арина, не представляя, куда заведут эти вопросы, — а что?

— Тогда поехали.

— Куда?

— К одной очень милой пожилой даме. Поехали, поехали, тебе понравится.

Знакомство с бабушкой и котом Эммануилом состоялось, и, хотя Арина немного нервничала по дороге, в первые же минуты общения с Татьяной Михайловной все ее переживания как ветром сдуло. Самой Татьяне Михайловне, по всей видимости, очень понравилась Арина, она с удовольствием поила девушку чаем и пыталась скормить все кулинарные шедевры, которые приготовила ко встрече с ней. Арина была от пожилой дамы в восторге.

Кот Эммануил, с серьезной миной на кошачьей физиономии, к слову, одобрил Арину молча. Покрутившись некоторое время у ног гостьи, он проводил ее до стола в гостиной, подождал, пока она усядется поудобнее, и уже тогда запрыгнул к ней на колени и даже благосклонно позволил чесать себя за бархатным настороженным ухом.

Пока Антон менял перегоревшую лампочку в коридоре и чинил подтекающий кран, Арина, Татьяна Михайловна и Моня провели в обществе друг друга несколько приятных минут. Когда Антон закончил изображать сантехника и по совместительству электромонтера, в духовке подоспел очередной чудо-пирог, и чай заварили по второму кругу.