На звездных крыльях Времени. Обратный отсчет (СИ), стр. 17

   Жека вылез из кабины, спустился, и снял шлем с перчатками. Посмотрел в небо, чистое и синее.

   - Сейчас бы искупаться - мелькнула мысль - в речке или ставке, все равно, а потом уже лечиться...

   Вскоре он уже звонил в полк, докладывая, что с ним все в порядке, и он скоро будет. Немного раззнакомился с пилотами штурмовиков, но поскольку хотел быстрее вернуться к себе в полк, особо не запомнил - как, кого зовут. Пораспрашивал не знает ли кто, где базируются "яки"? И уже был готов ехать. Но подполковник Высотин, как и обещал - полечил, выделил транспорт, и ближе к вечеру, Жека трясся на полуторке, добираясь в часть.

   Прифронтовыми дорогами Евгению еще ездить не доводилось, он в основном перелетал, и сейчас глядя в окно, да на разбитую грунтовку, радовался, что сейчас не дождливая осень. Так отмахали километров двадцать, во время проезда которых вернулись мысли о самолете, и особисте, который мог и потребовать справку о его принадлежности к органам, или о полномочиях куда круче, чем в "Смерше". Может после этого задания, поверит?

   Но вот и аэродром, Жека поблагодарил шофера, вылез и спрыгнул с подножки. Караульному сказал пароль - это обязательное требование, на случай проникновения диверсантов, и пошел сообщать, что он прибыл. Было уже поздно, и Жека отправился искать майора Подорожного, в доме, в котором разместили штаб, и прочие кабинеты, для комсостава. Но нашел того, возле самолета, комполка, что-то разглядывающего сидя на корточках.

   - Товарищ майор, докладываю - поставленную передо мной задачу выполнил.

   - Вольно. - Поднимаясь, ответил комполка. - Это мы все видели. Объявляю благодарность. Ну как там было?

   - Если честно, то страшно. Мало что помню.

   - Я только догадываюсь, что ты пережил. А теперь скажи мне, раз ты все, знаешь наперед - какую необычную задачу, поставили перед полком?

   Евгений задумался, вспоминая книгу Кожедуба, которые тот написал не одну. Он постарался вспомнить самые знаменательные события, и их порядок, затем проговорил:

   - Бомбометание что ли?

   - Каждый раз, когда ты выдаешь что-то из того, что должно случиться, мне все не верится, но это вскоре подтверждается. Хочется, спросит Женя - ты кто? Мне кажется ты здесь не просто так. И поверить что случайно сложно. Может ты какой-то политработник из Ставки?

   - Могу заверить вас товарищ майор, что нет. Я лично ни с кем там не знаком, хотя кое-что и знаю. Но уверяю вас ни на ход войны, будь у меня такие полномочия повлиять не могу. Этот полк, единственный о котором я знаю больше всего. Хотя кое-какими знаниями о летчиках, и полках истребительной и штурмовой авиации тоже обладал когда-то, но уже не помню. Только обрывки. Например, о парне по фамилии Дьяченко, летающем на ИЛ-2, получившим ранение в голову, но продолжавшим летать, с одним стеклянным глазом. Кое-что знаю о торпедоносцах, но все это никак не поможет.

   - Ясно. Подскажешь, как сюда - Сергей Иванович кивнул наа свой "Лавочкин" - бомбу подвесить, или нам самим думать?

   - Подумайте, а будет проблема - кое-что подскажу..... Разрешите идти?

   - Иди отдыхай.

   - Есть.

   Евгений устало пошел к столовой, куда уже все собирались. Однополчане накинулись с расспросами.

   - Рассказывай - как впечатления

   - Ну как тебе вместо стрелка было?

   - Как на штурмовике, трясет?

   - Каково это, в полуоткрытой кабине?

   Но больше всех взволновался Реваз.

   - Женя, кацо спасибо, спас меня. Брат ты мне теперь генацвале. После войны приезжай с мамой познакомлю с отцом - они тебя как сына примут.

   Жека посмотрел на всех и сказал:

   - Только побывав на месте стрелка - понимаешь каково этим парням и девчатам. Редко кто долго живет. Теперь знаю - без прикрытия им очень тяжело.

   А теперь простите - устал очень.

   Ел он вяло, несмотря на картофель, который приготовили как жаркое, хотелось только пить - жара доставала. А после столовой, комэск, поглядев на усталые лица подопечных, на гимнастерки, взмокшие от пота, предложил неожиданно:

   - Можете всей эскадрильей искупаться.

   Просить никого не пришлось - все, тотчас же гурьбой отправились на берег Оскола...

Глава четвертая

Развивая разные умения

***

   Потянулись боевые будни, для эскадрильи - в боевых и разведывательных вылетах, для Жеки, по причине выхода из строя, его самолета - в изучении матчасти, и боевых дежурствах на "остатке". Еще несколько дней, полк вылетал на прикрытие войск. В бой противник, как правило, не вступал, и летчики, в несложной обстановке прикрывая войска, отрабатывали слетанность групп.

   Жека же будучи безлошадным, по приказу комполка дежурил на одном, из уже вновь имеющихся "остатков" - самолетов ни за кем не закрепленных, и латанных, перелатанных. Тех машинах, которые были выведены из строя, и собирались, из запчастей других, не подлежащих восстановлению машин. За линию фронта, на таких самолетах, конечно летали, но когда ситуация с самолетами улучшилась, старались использовать "остатки" по месту.

   Евгений с Мишей Попко, пока их эскадрилья готовилась к боевому заданию, дежурили на земле. И это боевое дежурство заключалось в том, чтобы два часа сидеть в кабине самолета, и ждать ракеты. Как шутили летчики - два часа сидения, на сидении.

   В минуты вынужденного "бездействия", сидя в кабине безхозного "Лавочкина", Жека доставал "мобильный". Включал телефон, и тихо проигрывал пару треков, уже не сберегая заряд аккумулятора - тот хоть и был лучше литиевого, все равно почти сел. Жека отключил все, что можно, но.... В мыслях он грезил, мечтая о боевых вылетах, и все чаще непонятно почему перед глазами начинали мелькать картины с заживо сгорающими советскими летчиками. Появлялись эпизоды расстрелов немецкими летчиками, пилотов выбросившихся с парашютом, или вонзавшихся на своих крылатых машинах в землю, реки и болота.

   Отчего он так грезил, Жека понять не мог. Может, сказывались увиденные когда-то фильмы, может что-то из области запредельного, забросившего его сюда. Как ни странно со здоровьем у него, все было более-менее, это для полетов на реактивных, сверхзвуковых самолетов, его забраковали. Да и медицина в будущем, шагнула вперед, проверяя такие показатели организма, что здесь в сороковых годах, даже и не снились...

   Дежурство закончилось, он передал своеобразный караул, и они вместе с Михаилом отправились к себе в расположение. А там, их товарищи вовсю, готовились к заданию, тщательно изучали карту района - штурман полка проверял всех придирчиво. Яманов усиленно готовил состав эскадрильи, и готовился сам. Его слова: - таких летунов на задание не возьму - страшили каждого куда сильнее вражеского налета. Это значило - вверх таких не берут, и тут, про таких не поют....

   - Жека ты чего такой насупленный - поинтересовался Реваз - случилось чего?

   - "Конь" болеет - невесело пошутил Евгений - а он как бы друг, а я его полечить не могу. Да и жара эта достала.

   - Так скажи комполка или стартеху - пусть озадачат тыловиков.

   - Это все время...

   Тут прибежал адъютант их эскадрильи, и передал команду идти на построение. Все быстро пошли на полевой плац, где уже выстраивались летчики других эскадрилий. Построились, и командир части начал:

   Товарищи летчики! Перед нами стала необходимость - использовать всю мощь нашего истребителя, его летно-тактические качества. Нужно вести бой не только на горизонталях, но и на вертикалях. Изучайте опыт боев на Кубани. Овладевайте в бою инициативой. Техника пилотирования должна быть безукоризненной - управлять самолетом вы должны в любом положении. Ну и главная новость - перед нами поставлена необычная задача: - овладеть новым способом боевой деятельности - бомбометанием - с истребителя, и свободной охотой в тылу врага по наземным целям группой и парами.