У осени в долгу, стр. 8

Дом Аванен находился на тихой улочке, вдали от рынков. Здесь пахло сдобой и парным молоком, а еще уютом и покоем. Хозяйка попросила за постой помочь убрать от листьев сад и укрыть растения лапником. Приближалась зима и она переживала за любимые розы, которые выращивала уже много лет.

Собственно, продажей этих самых роз она и жила все лето. А зимой вязала на продажу красивейшие шали и покрывала из тонкой шерсти, некоторые из которых были с гордостью продемонстрированы любопытной постоялице.  Жила хозяйка одна, но в столице у нее была дочь и двое внуков, которые только-только уехали от бабушки домой. Вот она и решила взять кого-нибудь в дом, в обмен на нехитрую работу.

Наконец, досыта накормленная, умытая и переодетая в чистую рубашку, Веда уткнулась носом в подушку, пахнущую сеном и крепко уснула. Уже на грани яви и сна ей привиделись затуманенные глаза ганконера. Что-то в них было не так, но что именно она уже не успела додумать, потому что унеслась в царство снов.

1Имеется ввиду способ защиты жилища от фейри, предполагающий наличие либо железного ножа в дверном косяке, либо венка из рябины.

2 Банши опекают старинные человеческие роды, издают душераздирающие вопли, оплакивая смерть кого-либо из членов семьи. Их считают вестниками смерти.

3 Баггейн - в фольклоре жителей острова Мэн злокозненный оборотень. Людей он ненавидит и всячески изводит. Баггейн способен вырастать до исполинских размеров и принимать какое угодно обличье.

- У Вас такое интеллигентное лицо…

- Для общения с некоторыми людьми интеллигентное лицо

 не подходит, и возникает необходимость состроить наглую морду.

Оксана Панкеева «Поспорить с судьбой»

Утро началось с пузатой кружки молока и блинчиков. Хозяйка, ласково улыбаясь, расспрашивала Веду о жизни в столице и непрестанно подкладывала в вазочку вишневое варенье. Когда уже девушка начала опасаться, что у нее лопнет пояс брюк, варенье, наконец, кончилось.

Листья в саду убрались за пару часов и теперь аккуратными кучками лежали по углам забора. Многочисленные розовые кусты скрылись под еловыми шалашиками, плотно укрытые от холода и ветра. До весны они должны были дожить без потерь.

Веде нравился такой нехитрый труд на свежем воздухе. Летняя изматывающая жара уже прочно сменилась приятной осенней прохладой, а работа не давала продрогнуть в тонкой рубашке. С наслаждением втянув прелый запах листьев, девушка невольно вспомнила свою личную рыжую проблему. От него так же веяло осенью, и благостное настроение быстро сменилось унынием и предчувствием чего-то не хорошего.

Удовлетворенная работой, Аванен в очередной раз усадила работницу за стол. На этот раз, предложив травяной душистый чай и пирожки с мясом. Веда хвалила мастерство и ненавязчиво расспрашивала хозяйку о Замке-на-Холме, стараясь не показывать, что собирается его навестить.

Аванен рассказала, что Замок этот носит дурную славу. Будто бы жил там сам предводитель Дикой Охоты, а в слугах у него мертвецы ходили. Но лет сто назад Замок в одночасье опустел и простоял так до наших дней, постепенно ветшая и разрушаясь.  В последний год только стали люди пропадать. Были охотники, решившие, что это обитатели Замка шалят. Вот только людей он к себе не подпускает, будто прежний хозяин защитил свое жилище от непрошеных гостей.

- Идешь,  бывало по тропинке мимо него, - заговорщицким шептала  Аванен. – а тебя будто ветром каким все в сторону сносит. Словно ветер этот подталкивает, отгоняет.  Мальчишки местные сколько раз туда пролезть пытались, а все без толку. Даже до ворот не смогли добраться.

Хозяйка взмахнула пухлой рукой, как бы говоря, что и так ясно, что попытки эти изначально были обречены на провал. Веда же невольно нахмурилась. Если там такая охрана, то может статься не простые пакостники поселились в старом Замке. Да и зачем людей красть? Если только там не ферришин1 притаились.

Решив все же отправиться на разведку, Ведика договорилась с хозяйкой о еще одной ночевке и попросила приглядеть за вещами. Девушка переоделась в темную, немаркую рубашку и такие же штаны. Сапоги на шнуровке довершали костюм, «шпионский» как она сама его называла. В такой одежде было удобно куда-то пробираться и оставаться при этом незамеченной.

В многочисленных кармашках пояса спрятались маленькие склянки с порошками и травками, а на шнурочках болталась целая связка амулетов. Вот сейчас Веда искренне пожалела, что забыла дома меч. Все-таки, с одним единственным кинжалом, боязно было лезть в Замок с такой славой.

Дорогу спрашивать не пришлось. Как только она вышла на окраину города, оставив за спиной шумную суету, вдали появился внушительный холм с виднеющимися на вершине развалинами. Даже отсюда Веда могла разглядеть непролазный бурьян, которым поросли подступы к Замку. Вкруг холма вилась тропинка, уходя желтой лентой куда-то вдаль, к лесу. По ней-то она и направилась, особо не таясь, но напряженно вглядываясь в залитые солнцем склоны.

Когда тропа начала сворачивать от холма, Веда не задумываясь сошла с нее и начала пробираться к вершине. Никакого ветра, про который рассказывала Аванен, она не почувствовала. Колючки постоянно цеплялись за одежду, иногда даже заставляя останавливаться и освобождать ткань от маленьких крючочков.

В какой-то момент Веда не заметила под ногами корягу и, красиво взмахнув руками, растянулась на земле. А когда поднялась, не поверила своим глазам. Развалин не было. Как и бурьяна. А была старая, но все еще крепкая брусчатка, ведущая к массивным воротам, за которыми возвышался старый и обветшалый, но совершенно целый, Замок.

Что-то подсказывало девушке, что идти напрямик было бы глупо. И она, пригибаясь к земле, медленно побрела вдоль стены, рассчитывая найти какой-нибудь лаз или скрытую дверь. Опыт подсказывал, что в таких замках они должны быть обязательно, как и потайные ходы в стенах.

Удача улыбнулась в нескольких метрах от ворот. Серый раствор, скрепляющий камни стены, в этом месте совсем растрескался. Хватило немного покачать одну из глыб, как та, рассыпая пыль и песок, провалилась внутрь. Следом за ней обвалились еще два камня, открывая дыру, в которую Веда, обладающая довольно стройным телосложением, легко протиснулась.

Прямо за стеной находилась какая-то хозяйственная постройка. Видимо когда-то это была конюшня, потому что стойкий запах лошадиного навоза, даже спустя многие годы, не выветрился.

Осторожно ступая и держась в тени, Ведика обошла постройку и выглянула во двор. Вокруг не было ни души. Двор был явно заброшен. Тут и там на клумбах проглядывали длинные, уже пожухлые стебельки цветов. За ними давно никто не ухаживал, и они разрослись пышными кустами, вперемешку с сорняками. Брусчатка тоже вся потрескалась, и в трещинках торчали вездесущие одуванчики.

Через боковую дверь, такую же обветшалую, как и все здесь, Веда попала на кухню. Оставляя в пыли четкие следы, метнулась в сторону мышь, и притаилась за закопченным очагом. Воздух был затхлым, и сильно тянуло плесенью. Здесь она задерживаться не стала, посчитав, что даже самые низшие из фейри не стали бы жить в таких условиях.

Лестница с широкими ступенями привела охотницу на второй этаж. Тут уже было гораздо чище, но все же пыль была. И Веда, не выдержав, оглушительно чихнула. Эхо разнеслось тревожным звоном по всем закоулкам здания и через секунду перед ошалевшей девушкой стояли полукругом пять уродливых существ.

Их серая кожа вся была покрыта трещинками и морщинами, волосы невразумительного цвета заплетены в неопрятные косички, а раскосые глаза светились зелеными огнями. Существа были одеты в одинаковые зеленые куртки и коричневые штаны, заправленные в высокие охотничьи сапоги. На рукаве одного из них виднелся, вышитый алой ниткой, кленовый лист.

Таких красавцев Веда уже встречала, и это не предвещало ей ничего хорошего. Спригганов чаще всего нанимают в телохранители более сильные фейри, также они не прочь и детей своровать, и пакость какую людям устроить. В среде Волшебного народа модно иметь подобную свиту. А присутствие их здесь в таком количестве говорит только о том, что где-то недалеко их хозяин.